Пэрри Грин

Деяния пророка

Каньон Сабино



На протяжении всех времён Бог совершал Свои могучие дела посредством избранных людей и в избранных местах. Таким образом, для верующего чудеса деяний неразлучны с самим местом происшествия. С Моисеем это произошло на горе Синай, место, которое до сих пор почитаемо и уважаемо даже в сердцах современного еврейского народа. Давид напоминает о Городе Давидовом, Святом Граде Иерусалиме, колыбели Христианства, по которому Иисус ходил Своими ногами. Здесь произошло избрание многих Его учеников; здесь же Он провёл последнюю вечерю. С другой стороны долины находится Гефсиманский сад, где Он молился: “Не Моя воля, но да будет воля Твоя”. К северу от города находится печально известный Голгофский холм, место агонии и смерти Иисуса, принесённого в жертву Агнца.

Остров Патмос хранится в памяти Христиан как место чудесного откровения Иоанна. Здесь Бог посетил человека и показал ему, что грядёт на землю, начиная с того времени и до конца дней.

Таким образом, Бог, действуя с сердцами людей точно так же, как Он это делал на протяжении всех эпох, избрал массивную, изломанную гряду Каталинских гор, а внутри этой гряды — каньон под названием Каньон Сабино, как место встречи со Своим пророком этого поколения. Город Тусон лежит у подножия этой гряды, и ночью, если подниматься по тропе, ведущей в Каньон Сабино, он предстаёт взору как переливающаяся жемчужина.

С раннего возраста Брата Бранхама манило на запад. В 1928 году он внял этому зову, но по смерти своего брата он вернулся на восток. Только тридцать лет спустя он снова заговорил о западе, когда проводил собрания в Ватерлоо, штат Айова, разговор был с его очень дорогими друзьями, семьёй Норманов. Брат Норман как раз выразил желание уехать из штата Айова, и Брат Бранхам сказал, что на его месте он, наверное, поехал бы на запад. Так как любые слова их друга-пророка оказывали очень сильное влияние, семья Норманов переехала в Тусон. Так они оказались в стратегическом месте, у врат в Каньон Сабино.

Впервые о заинтересованности Брата Бранхама западом я узнал в январе 1961 года, когда он во второй раз приехал в Бьюмонт, штат Техас, на собрания. Я помню, как он говорил, что едет посетить семью Норманов и поохотиться на явелинских свиней, и я был изумлён тем, что он взял с собой только семь пуль. Он отклонил моё предложение о пристрелке его винтовки на стрельбище, членом которого я являлся, ответив, что он пристреляет её в Тусоне, воспользовавшись шестью пулями, а седьмой пулей он подстрелит свинью. Тогда я понял, что передо мной был выдающийся охотник, который вдалеке от дома охотился только с семью пулями. Позже я узнал, насколько превосходно он владел этой винтовкой, которую он называл “блондинка”, 721-ю модель Ремингтона, 270 калибра Винчестера, ею он подстрелил пятьдесят пять голов дичи без единого промаха.

Напротив пасторского дома в Джефферсонвилле, который был построен за счёт пожертвований людей из Калгари, Канада, при въезде на участок стояли столбы, выложенные из камня. Сосед и друг, Брат Бэнкс Вуд, купил соседний участок, рядом с собственностью пасторского дома, и намеревался построить на нём кирпичный дом. Брат Бранхам посоветовал ему этого не делать, потому что он считал, что однажды это место будет использовано под строительство моста через реку Огайо из Луисвилла. Затем, в 1957 году, Брат Бранхам получил видение от Господа, касающееся этой собственности. Он видел, что на его переднем дворе валяются камни, стоит дорожное оборудование, и на территории переднего двора забиты колышки, наподобие колышков геодезиста. Один мальчишка, описанный Братом Бранхамом как “Рикашка”, самоуверенный юнец-бульдозерист, работая на дороге, разрыл ему весь передний двор. В видении этот парень огорчил Брата Бранхама, и он три раза его ударил, прежде чем поймал себя на мысли, что такое поведение не подобает служителю Евангелия. В этот момент он подумал, что никогда так никого не бил, с тех пор как был боксёром. Затем к нему проговорил Дух Господень и сказал: “Не обращай на это внимания. Когда увидишь, как на твоём переднем дворе будут забиты эти колья, проигнорируй это”. Он взглянул, и напротив его ворот стоял “фургон для прерий”, крытая телега, которыми пользовались первые переселенцы, отправлявшиеся на запад. Его жена сидела рядом с местом кучера, упряжка была запряжена, его дети сидели в телеге, и всё было готово к отъезду. Он забрался, взял вожжи и отправился на запад, как вдруг этот фургон превратился в его автомобиль. На этом видение закончилось, и он записал его в книгу видений.

Однажды, в конце 1962 года, собираясь войти к себе во двор, Брат Бранхам обратил внимание, что его ворота и забор были помечены подрядчиком как будто под снос. Собирались расширять улицу. На переднем дворе были забиты эти колышки, которые он видел в видении. Это пробудило его память, он взглянул в книгу видений и увидел: “Когда всё это произойдёт, направляйся на запад”. Об этом исполнении он рассказал своему собранию в послании Господа, который час? [То же, что: Господа, не является ли это знамением конца? — Пер.] в декабре 1962 года. Настало время для его переезда на запад. В январе 1963 года он переехал в Тусон.

В июле 1965 года, когда я зашёл проведать Брата Бранхама, он рассказал мне, как попросил братьев разобрать столбики ворот напротив дома в Джефферсонвилле, чтобы камни можно было сохранить, а позже заново их выложить, после окончания запланированного расширения улицы. Я видел, как Брат Бэнкс и другие братья работали кувалдой и зубилом, усердно пытаясь снять камни. Брат Бранхам рассказал мне об этом и добавил, что братья проработали весь день, и им удалось снять только два или три камня. Он сказал, что Брат Бэнкс сказал ему: “Тут всё сделано как из сплошного бетона”, и что их невозможно разобрать. Тогда Брат Бранхам снова вспомнил то видение и обратился к книге. В видении ему было показано, что эти ворота ломал парень-бульдозерист. Тогда стало ясно, что ворота не могут быть разобраны, пока не появится тот парень на бульдозере. Ворота так и остались нетронутыми.

Наконец тот день наступил. Брат Бэнкс Вуд был свидетелем, как в тот день приехали сносить ворота, и конечно, тут как тут был самоуверенный “Рикашка”, юнец на бульдозере, который вертелся, ударялся о деревья и разворотил весь двор, точно как Брат Бранхам видел это в видении. Это было доказательством того, что видение было от Бога и могло исполниться только так, как Бог это определил.

В Книге Захарии записано: “И вы побежите в долину гор Моих… как бежали от землетрясения во дни Озии, царя Иудейского… И будет в тот день: не станет света, светила удалятся. День этот будет единственный, ведомый только Господу: ни день, ни ночь; лишь в вечернее время явится свет”. Так разве Послание, которое принёс Брат Бранхам, не является “светом в вечернее время”? Разве оно не пришло во время холодной, омертвелой, духовной темноты? Взгляните на город Тусон. Он располагается на высоте восемьсот метров выше уровня моря, однако он находится в долине, которую окружают горы, первые буквы названий которых составляют слово ХРИСТОС (C-H-R-I-S-T). Из того, что мы знаем теперь, видно, что это место помазано Богом.

Согласно передаче Национального Географического Общества за ноябрь 1965 года, ни индейцы племени папаго, ни индейцы племени апачей никогда не останавливались на поселение в Тусонской долине. Племя папаго, самое большое миролюбивое племя, и племя апачей, самое воинственное племя, жили всего лишь через одну горную гряду от того места, и оба эти племени приходили в Тусонскую долину для поклонения. Индейцы говорили, что в Каталинских горах живёт Бог. У них было какое-то откровение Бога, ведь они верили в существование рая, изобилующего дичью, и Великого Духа — Единого Бога Вселенной.

Вскоре после переезда Брата Бранхама в Тусон для нас, следующих его посланию, стало очевидно, что впереди нас ожидало что-то необычное. Однажды был случай, когда по дороге из Финикса в Тусон его остановил дорожный полицейский и спросил, куда он направляется.

“В Иерусалим!” — сказал Брат Бранхам.

“А откуда вы едете?” — спросил полицейский.

“Из Иерихона!” — последовал ответ.

Кому-то его ответы могут показаться странными, но исследование земного шара обнаруживает замечательную схожесть широт двух городов штата Аризоны и их Израильских напарников. Вдобавок, высота Иерусалима над уровнем моря составляет семьсот двадцать метров, что сопоставимо с восьмистами метрами высоты Тусона.

Как мы уже видели в предыдущих главах, Брат Бранхам прибыл в Тусон в январе 1963 года, и находился в постоянном размышлении о видении ангелов и сильнейшем взрыве. Видение очень взволновало его, и хотя он не боялся смерти, он, как и любой другой человек, беспокоился за свою семью. Именно в таком состоянии тревоги, умоляя Бога дать ответ, он проснулся однажды утром, выглянул в окно своих апартаментов в направлении отдалённой местности в Каталинских горах и услышал, как Ангел Господень сказал ему: “Иди туда”. В тот момент он увидел видение, которое уже видел раньше, что-то влекло его на то место в горах. Тем местом, на которое был устремлён его взор, был Каньон Сабино.

В тот день он прибыл к каньону около восьми тридцати утра, проехав как можно дальше, он отправился пешком. Справа от него, всё выше и выше, там, где летают орлы, возвышались огромные, массивные отвесные утёсы восточной стены каньона. Взбираясь по заброшенной дороге, а затем прямо вверх по наклонному утёсу, он оказался там, “где летают орлы”, а затем среди каких-то зубчатых скал. (Фото №18) Здесь он почувствовал присутствие Господа и склонился помолиться. Однажды, в августе 1965 года, он мне лично сказал, что просил у Бога показать ему значение всего этого, чтобы получить для себя ответ. Потом он продолжил рассказывать мне о том времени, когда у него был такой больной желудок, что из него выходила какая-то сальная, водянистая жидкость, ему помогали подняться на платформу, однако когда его руки возлагали на людей, изъеденных раком, рак исчезал. Казалось, что дар был для всех, кроме него самого. Он рассказывал, что целый год Бог отвращал Свой лик от пророка, испытывая и проверяя его. Итак, вот он стоял там в то утро, высоко в Каньоне Сабино, отчаянно прося у Бога дать ему ответ, подняв свои руки к Всемогущему Богу, когда солнце как раз показалось на дне седловины (Фото №19) между остроконечными вершинами, и внезапно в его руке оказалась рукоятка меча.

Брат Бранхам часто рассказывал о появлении этого меча, но я хотел бы рассказать это так, как он рассказал это мне лично. Мы сидели в кафе гостиницы Холидэй-Инн. Я помню, что на стене над нами висел щит с перекрещёнными на нём мечами. Брат Бранхам взял свой нож, поднял его и сказал: “Брат Пэрри, он был таким же реальным, как этот нож, который я держу в руке”. Он рассказал, что рукоятка была жемчужной, а эфес меча был золотым. Он нарисовал мне схему на салфетке, по которой вроде бы можно было определить, что длина лезвия составляла сантиметров сорок пять, шестьдесят. Оно было острым.

“И он сверкал на солнце, — сказал он, — когда проговорил тот Голос”.

“Это Меч Царя”, — сказал Голос.

“О-о, — сказал он, — меч, подобно как царь принимает мужчину в рыцари”.

“Это не царский меч, — воскликнул Голос, — Это Меч Царя!”

Рассказывая это, он сказал мне: “Брат Пэрри, это не был сон, это не было видение, в моей руке был буквальный меч. От него отражалось солнце”. Он рассказывал, как он потёр глаза, чтобы проверить, не спит ли он, но это не было просто сном или видением — это было наяву.

И тогда к нему проговорил Голос и сказал: “Это и есть Третий Рывок”.

После этого фантастического переживания в Каньоне Сабино Брата Бранхама часто влекло возвратиться в этот каньон. Особенно манили его расположенные на высоте зубчатые горы. Здесь он стоял и смотрел вниз на Тусон.

В качестве подоплёки следующего переживания в Сабино, давайте возвратимся в 1923 год, когда его мать, очень редко видевшая сны, хотела было рассказать ему сон, касавшийся его самого. Он остановил её и сам рассказал ей сон, точно как Даниил повторил царю [Навуходоносору — Пер.] его сон. (Он часто делал это в своём последующем служении, напоминая людям те детали, которые они упустили, рассказывая ему свои сны. Однако некоторые всё же говорили, что он рассказал их сон неверно, забывая, что они сами пришли к нему со своим сном, доверяя ему, что он сможет дать им истолкование.) Во сне его матери он находился на западе и строил себе дом на холме, когда к нему подлетели шесть голубей, сели на грудь, приложили свои клювики к его щеке и ворковали. Эти голуби прилетели в виде буквы “S”, и точно в таком же порядке они улетели.

Необходимо упомянуть ещё кое-что из событий, предшествующих этому. Это произошло в клинике Майо где-то в 50-х годах. У Брата Бранхама была отчаянная нужда узнать, как он может излечиться от болезни желудка, которая обрушивалась на него каждые семь лет его жизни. Врачи знаменитой клиники провели все свои исследования, и он ожидал итогового решения: долгожданного ответа на это заболевание, которое лишало его всяких сил и несло в его жизнь столько несчастья и бед. Когда он проснулся в то утро, у него началось видение. Он увидел себя семилетним мальчиком, стоящим у дуплистого ствола дерева. Потом оказалось, что ему уже не семь лет, но он стал мужчиной около тридцати восьми лет. Какое-то странное животное, похожее на белку, залезло в дупло ствола, и он тёр палкой о ствол, чтобы оно оттуда вылезло. Вдруг это животное выскочило из дупла, прыгнуло ему на плечо и начало бегать с одного плеча на другое. В видении у него был нож, которым он пытался убить это животное, но не мог этого сделать. Он открыл рот, чтобы воскликнуть: “Как…”, и это пушистое животное запрыгнуло ему в рот, опустилось в желудок и начало там кружиться и кувыркаться.

Он вышел из видения с криком: “О Господь! Помоги мне! Помоги мне!”

Голос тихо проговорил в ответ: “Запомни, оно только шесть дюймов в длину”. Голос повторил: “Запомни, оно только шесть дюймов в длину”.

В книге Муж, посланный от Бога, Брат Бранхам сам задавался вопросом, означало ли это, что болезнь желудка продолжится ещё шесть месяцев, или, может быть, что у него это повторится шесть раз в жизни? Истинный ответ он нашёл в Каньоне Сабино.

11 сентября 1965 года, в Финиксе, штат Аризона, Брат Бранхам донёс послание Преображающая сила Божья. В тот день мы провели с ним немного времени вместе. Именно тогда я сказал ему, что собираюсь распродать своё предприятие в Техасе, переехать в Тусон и открыть место поклонения для последователей его послания в том городе. На следующей неделе, 18 сентября, находясь в Тусоне, мне позвонил Брат Бранхам и спросил, не желаю ли я с ним позавтракать. Я охотно согласился, и мы встретились в кафе отеля Рамада Инн, в котором я остановился. Он рассказал мне, что очень нервничал последние несколько недель. Проблемы с людьми, переезжающими в город, где не было места поклонения, стали для него тяжёлым бременем. Он выразил радость, что я собираюсь приехать и исправить сложившуюся ситуацию. И он мне снова рассказал об опыте переживания с мечом в Сабино и о том, как на гору три раза опускалось облако. Он спросил меня, видел ли я его новый дом, который он строил у подножия Каталинских гор. В тот день мы так долго пробыли в этом кафе, что заказали обед. Меня беспокоил тот факт, что я занимаю так много его времени. Я задумался о том, что с того дня, как в феврале 1964 года сказал ему, что я вижу, что он пророк, в какой бы город я ни приехал, где он находился в тот момент, он всегда каким-нибудь образом связывался со мной, хоть я никогда и не просил о встрече. Каждый раз, когда мы разговаривали, он пересказывал те же самые переживания. Меня это озадачивало, и я спросил у него, для чего это необходимо, особенно когда так много других людей хотели увидеться с ним. Он просто ответил: “Брат Пэрри, это предназначено”. Теперь я точно знаю, что это было действительно предназначено, потому что по его описаниям событий в Каньоне Сабино я смог определить непосредственные места, где это произошло.

На следующий день, 19 сентября 1965 года, в церкви Грантуэйской Ассамблеи Божьей города Тусона Брат Бранхам читал проповедь Жажда. Это послание вещалось по телефонной связи. Затем, 20 сентября, Бог снова позвал его в Каньон Сабино. В проповеди Что же привлекает на горе? он рассказывает, как он проснулся рано утром, взглянул в окно, и Бог снова напомнил ему то видение о белкоподобном животном. “Вот эта белка”, — сказал он своей жене, взял Библию и отправился в каньон.

Чуть позже, в тот же день 20 сентября, мы с Братом Джорджем Смитом остановились у квартиры Брата Бранхама. Мы отправлялись в Бьюмонт, где, по указанию Брата Бранхама, я должен был “домолить Джорджа” до крещения Святым Духом. Брат Джордж перед отъездом остановился попрощаться с Ревеккой. Брат Бранхам подошёл к дверям с Библией в руке. Было видно, что он плакал.

“Брат Грин, — сказал он, — помнишь, я рассказывал тебе в субботу, что я очень нервничал?”

Я ответил, что помню.

“Ну, сейчас я тебе не скажу, — продолжал он, — ты узнаешь об этом позже. Нечто произошло сегодня утром, и это даёт мне знать, что Бог сказал: я буду в порядке!”

К тому времени к нам присоединился Брат Джордж, и Брат Бранхам, устремив свой взор на запад, его правая рука была поднята к северу, махнул в том направлении над своей головой и сказал: “Сегодня утром я ходил в Сабино. Я поднялся по тропе, прошёл по дуге и опустился в том районе, где эти зубчатые скалы, прямо под той седловиной, где явился меч. Но прежде чем я туда поднялся, Господь посетил меня”.

В тот момент он не углублялся в подробности, так что Брат Джордж и я не знали, что произошло, но мы всё равно уехали с радостью.

Следующие два дня Брат Бранхам возвращался в Сабино, но только 2 октября, когда вместе с Братом Марконда я вернулся в Тусон, чтобы осмотреть недвижимость, которую он нашёл и посчитал годной для церкви, я узнал об этом подробнее. Мы были на заправочной станции Брата Эванса, когда подъехал Брат Бранхам. Когда мы сказали ему о недвижимости, он тоже захотел на неё взглянуть. Брат Марконда и я сели в автомобиль Брата Бранхама и отправились в направлении окрестностей Каньона Сабино. Я помню, что он ехал очень медленно, и у нас ушло сорок пять минут, чтобы проехать от заправки до перекрёстка Ривер-Роуд и Сабино-Кэньон-Роуд. Брат Марконда сидел спереди, я сидел сзади, и во время этой поездки Брат Бранхам рассказал мне о том, как мужчины, которые должны будут стать дьяконами планируемой мной церкви, автоматически подключатся и начнут исполнять свои обязанности без всякого беспокойства и подсказок с моей стороны. Он сказал, что мне не нужно тревожиться, потому что Бог совершит это. Но также в это время он рассказал нам о появлении белого голубя, о наскальной надписи “орёл”, и как он сделал фотографию скалы, на которой было написано это слово. Мы были очень заинтригованы его рассказом, но по-прежнему не имели полного понимания о значении событий в Каньоне Сабино.

Я вернулся в город Бьюмонт, а оттуда с миссией проповедника полетел в Венесуэлу. 2 октября я рассказал тем людям всё, что знал о переживаниях в Сабино, но всё это было с точки зрения моего ограниченного познания на то время. Затем, в ноябре 1965 года, вместе со своей семьёй я переехал в Тусон. Я впервые посетил Сабино и начал узнавать те места, о которых говорил Брат Бранхам. Затем, на День благодарения, мы все поехали в Шривпорт, штат Луизиана. В тот вечер Брат Бранхам проповедовал На крыльях белоснежного голубя, и только тогда, наконец, я полностью понял, что произошло в Каньоне Сабино 20, 21 и 22 сентября.

Утром 20 сентября, после того, как Господь напомнил ему о белкоподобном животном, он поднимался в Каньон Сабино, в направлении того места, где явился меч. Внезапно, когда он огибал дугу тропы, появилось это пушистое животное. Это была не белка; по сути, он никогда не видел подобного животного. Животное прыгнуло на него, промахнулось и приземлилось на кактус чольи, пронзённое колючками. Его охватило глубокое волнение, так как он понял, что это было знамением от Господа, что заболевание, которое доктор Рэйвенсуэй провозгласил неизлечимым (после исследования его желудка он сказал, что его стенки полностью покрыты коркой, как свинцом), скоро покинет его. Полное откровение гласило, что “шесть дюймов” животного означали, что эта болезнь повторится шесть раз. Так как он страдал от этого каждые семь лет и ему шёл пятьдесят шестой год, седьмой семилетний отрезок приближался к концу, и он будет свободен от болезни весь остаток своей жизни.

На следующий день, 21 сентября, он снова вернулся туда, направляясь к зубчатым скалам, где явился меч. Вдруг он почувствовал присутствие Господа. Он снял шляпу, оглянулся по сторонам, и вот, на тропе сидел белый голубь. Он вспомнил сон о шести голубях в виде буквы “S”, в котором он находился на западе и строил дом на холме. Он сказал, что всегда знал: однажды ему явится седьмой голубь. И вот он находился на западе, строил дом на холме, и к нему прилетел седьмой голубь. Он принял это как надлежащий знак с небес о святой, чистой любви Божьей на белых крылах голубя; Бог посетил Ноя голубем; при крещении Иисуса в Иордане — Бог засвидетельствовал голубем.

Утро 22 сентября застало его, когда он снова направлялся в каньон. Так как вчера он с великой радостью вернулся домой, теперь он возвращался назад, чтобы восхвалить и возблагодарить Господа. Он подошёл к развилке тропы, где он всегда поворачивал на ответвление, ведущее в восточном направлении. В это утро на этой развилке он почувствовал сильное влечение направиться в западном направлении. Всё утро он провёл в окружении великолепия каньона, направляясь по западному ответвлению тропы. Он сделал глоток прохладной, искрящейся воды из ручья и где-то к полудню отправился обратно по тропе. Остановившись в тени передохнуть, он прислонился к скале, которая, как он описал, весила около семидесяти тонн. Раздался голос: “К чему ты прислонился?” Он тут же отклонился посмотреть, и на скале, прямо на сломе, белым кварцем было написано слово “еagle” — “орёл”. (Фото №20) (Вспомните его послание об орле и голубе, как он всегда говорил, что голубь будет вести орла и что именно орлиное послание перенесёт Невесту на другой берег.) Никто не знает, как на скале оказалось это слово “орёл”, но на сломе скалы, примерно на уровне сердца пророка, когда он прислонился к скале, написано слово “орёл”. На следующий день он возвратился, чтобы сфотографировать эту скалу. Всего в тот день он сделал восемнадцать фотографий. Вскоре они были проявлены, но до тех пор, пока он не донёс проповедь На белоснежных крыльях голубя, никто полностью не знал о его переживаниях. Конечно же, после этой проповеди это было дорого каждому, потому что не было такого служения, где присутствие Господа чувствовалось бы сильнее, чем на том собрании в городе Шривпорте. Как же мы размышляли об этих переживаниях на протяжении той недели, когда произошла авария, пытаясь как-то совместить значение посещений в Сабино с контрастным ужасом аварии. Хоть мы в то время так и не могли понять значение этого, в одном мы все можем быть уверены: Бог любил Своего пророка, ибо Он послал ему знак — на крыльях белоснежного голубя.

В марте 1966 года Брат Билли Поль рассказывал, каким бременем для него было его одиночество, и сказал, что отдаст всё на свете, чтобы найти места в Сабино, где Бог посещал его отца. Мы осмотрели фотографии и негативы. Когда мы их осматривали, в моей памяти всплыли некоторые картины. Казалось, что я начинал их узнавать. Мы остановились на фотографии, на которой был как бы орёл, сидящий на выступе, со сложенными крыльями, устремивший взор поверх своего правого крыла. (Фото №21) Я не видел этого горного образования, но отметил, что мне казалось, что я смогу найти эту выделяющуюся скалу, даже если придётся зафрахтовать для этого самолёт. Вдруг нам пришла мысль, что ключ к нахождению скалы Орла лежал где-то на этих фотографиях. Брат Бранхам не был фотографом-энтузиастом, но он оставил нам документы, указывающие путь к скале Орла. На одной фотографии была ясно видна белая надпись “eagle” — “орёл”, написанная на сломе (точнее, внутри слома) скалы. В воскресенье вечером Брат Билли Поль принёс эту фотографию в церковь, чтобы показать собравшимся.

После просмотра этих фотографий и разговора с Братом Билли Полем моё сердце было так взволновано, что размышления об этом не покидали меня весь наступивший понедельник. Во вторник днём 13 марта 1966 года, в точности три года спустя то время, когда Брат Бранхам отправился из Тусона в Джефферсонвилл проповедовать Печати, Брат Харольд МакКлинток и я отправились в Сабино, чтобы начать свои поиски.

Только мы поставили автомобиль на стоянку, как я тут же узнал одно из горных образований, которое было видно на одной из фотографий Брата Бранхама, но я заметил, что это было под другим углом; очевидно, он находился где-то выше на склоне и смотрел на формацию горизонтально. Так мы продолжали свои поиски, тщательно сравнивая существующие углы и расстояния с теми, которые были видны на фотографиях, и я постоянно перебирал все детали в своей памяти, которая, как сказал мне пророк, была даром Божьим. Позже я обнаружил, что первая фотография показывала зубчатые скалы, где явился меч. Массивные утёсы на заднем плане и седловина, через которую сияло солнце, вследствие чего меч сверкал, говорили, что это должно быть тем местом. (При более поздних проверках обнаружилось, что это было единственным местом на всём восточном утёсе, которое освещается лучами солнца в 10 часов утра в тот день января, когда явился меч.) Брат Бранхам навёл свой фотоаппарат прямо на те зубчатые скалы, куда бьёт солнечный свет в 10 часов утра. Наглядность доказательства была поразительной.

Обрадовавшись первому открытию, мы с Братом МакКлинтоком поспешили подняться вверх по тропе, намереваясь достигнуть зубчатых скал, которые были на фотографии. Когда мы достигли развилки тропы, в моей памяти отозвались слова пророка: “Меня повлекло назад, на запад…” Мы отправились по западной тропе, прошли какое-то расстояние, не заметив ни единого ободряющего знака, когда же мы взглянули в обратном направлении тропы, было видно, что угол и расстояние соответствовали тому месту, откуда Брат Бранхам сфотографировал зубчатое горное образование. Тогда я понял, что именно по этой тропе пророк шёл к скале с надписью “орёл”, а за моей спиной, на восточной тропе, находилось то место, где явился меч.

Мы обошли по изгибу тропы, и там, как будто нарисованные кистью художника, были ясно видны очертания горного образования, очень сильно напоминающие орла со сложенными крыльями, который смотрит через плечо. И снова это была верная скала, но не под тем углом. Пророк, должно быть, стоял прямо под ней, когда делал её фотографию. Теперь мы без тени сомнения знали, что шли по тропе пророка. “Он стоял не здесь, — воскликнул я, — но он был где-то дальше, и смотрел на неё снизу вверх!”

Наше стремительное движение по тропе было остановлено увиденным нами большим камнем, который выглядел наподобие той скалы, на которой была надпись “орёл”. При внимательном изучении мы нашли, что на том камне, может быть, и были какие-то белые буквы, может быть, даже слово, но не очень отчётливо. Мне вспомнились слова пророка: “Всё проверяй по Слову”. Так вот, он выглядел как та скала, кроме одной детали, пророк сказал, что та скала весила семьдесят тонн, а эта была не больше двух тонн. Брат МакКлинток начал схематично зарисовывать детали скалы для дальнейшего сравнения с фотографией. Когда он это делал, я сказал, что побегу дальше по тропе и постараюсь найти то место, с которого пророк сделал фотографию огромного каменного орла.

Когда я отправился дальше по тропе, я увидел другие горные образования, которые легко узнавал из фотографий, которые сделал Брат Бранхам. Наконец, пройдя ещё несколько метров, я остановился позвать Брата МакКлинтока. Я взволнованно сказал, что, на мой взгляд, где-то из этого района была сделана фотография. Повернувшись направо, спиной к отвалившемуся куску породы, мои глаза вдруг оказались устремлёнными на скалу, не просто на скалу, но в этой скале была отчётливо видна белая надпись “орёл”.

Прежде чем с моих уст сорвались слова, зовущие Брата Харолда, я стоял на коленях и благодарил Бога, что Он, Святым Духом, привёл меня к слову “орёл”, написанному в скале!

С тех пор многие другие брали фотографии Брата Бранхама и, к их удовлетворению, сравнивали и видели, что это было тем местом. Помните Слова Иисуса, где Он сказал, что если люди перестанут восхвалять, то камни возопиют. Я говорю, что Каньон Сабино является физическим доказательством, свидетельствующим против мира и всех тех, кто отверг это послание.



Up