Анжела Смит

Поколение

Руфь Самнер



Руфь Самнер

РОДИЛАСЬ 
8 августа 1932 г.

НАСТОЯЩЕЕ МЕСТО ЖИТЕЛЬСТВА
Тифтон, штат Джорджия

Месяцы, которые она провела,
перенося проповеди Уилльяма Бранхама 
на бумагу в письменном виде, 
положили начало подоготовке книги
      Изложение Семи Периодов Церкви.
 Её муж Т. С. Самнер умер 
19 сентября 1997 года.

В СЕМЬЕ нас было восемь детей, и мама умерла, когда мне было около тринадцати лет. Мой папа был проповедником в Церкви Божьей, и до окончания средней школы я жила в сиротском приюте Церкви Божьей в Кливленде, штат Теннесси. Потом я переехала в Тифтон, штат Джорджия. Брат Бранхам говорил о том, что мой папа, брат Коггинс, был болен, и он помолился за него 1 апреля 1962 года. Папа смог попасть на следующее собрание брата Бранхама. 
            В другой раз, 22 августа 1965 года, папу положили в больницу с инфарктом. Брат Бранхам помолился о его исцелении на утреннем собрании, и в тот же день папу выписали из больницы. Оба эти события записаны на плёнках. 
            Посещая Церковь Божью в Тифтоне, я встретила моего будущего мужа Т. С. Самнера. Мы посещали много церквей и поняли, что каждая деноминация говорит что-то своё. 
Мы чувствовали и осознавали, что это было неправильным. Т. С. и я познакомились с братом Уэлчем и сестрой Клео Эванс, которые в то время также жили в Тифтоне, они засвидетельствовали нам о служении брата Бранхама и принесли нам плёнки. 
            Мы побывали на одном собрании Орала Робертса в Джексонвилле, штат Флорида, и позади нас сидели две леди, рассказавшие о том, как они побывали на собрании брата Бранхама. Мы слушали их рассказ о том, что там происходило, и Т. С. решил в своём сердце узнать, где находится брат Бранхам, посетить его собрания и самому посмотреть на то, что там происходит. 
            Эта возможность появилась у него в 1955 году, когда брат Бранхам проповедовал в Мейконе, штат Джорджия. Для поездки в Мейкон люди заполнили несколько машин. У Т. С. был двоюродный брат, у которого был магнитофон и он собирался записать служение, так что Т. С. вызвался помочь ему, чтобы сесть как можно поближе к платформе. Пока все ожидали, когда брат Бранхам поднимется на платформу, туда привезли мужчину в инвалидной коляске и оставили его в конце того ряда, где сидел Т. С. Тело этого мужчины было деформировано - согнуто и искривлено - он не мог держать голову прямо. Во время молитвенного ряда брат Бранхам начал вызывать людей из аудитории. Он указал на этого человека и сказал ему кто он такой, откуда он приехал и почему он оказался в таком положении. Затем брат Бранхам объявил о его исцелении и тело этого человека стало    распрямляться. Он выпрыгнул из инвалидной коляски и начал бегать взад-вперёд по проходу, толкая перед собой коляску. 
            Было очевидно, что произошло самое настоящее чудо. Человек, который не мог ходить, не только получил исцеление, но Бог дал ему способность ходить и силы бегать. Известно, что если вы несколько дней пролежите в кровати, у вас не будет никаких сил, а этот человек всю жизнь просидел в этой коляске. Многие люди не видели дальше этих чудес, но Т. С. видел больше этого; он видел, что Бог дал этому человеку способность ходить и бегать. Когда это произошло, он сказал: "Вот оно". После этого он не смотрел по сторонам и не слушал других проповедников. С этого момента он просто хотел знать, где брат Бранхам будет проповедовать в  следующий раз.
МЫ ПОЕХАЛИ в Джефферсонвилл на пасхальные служения 29 марта 1959 года. Это была наша первая поездка в Джефферсонвилл. Мы с Т. С. оба хотели быть крещёнными в Имя Господа Иисуса Христа.
            Когда мы уезжали в Джефферсонвилл, мать Т. С. была очень больна и лежала в постели. Мы присутствовали на утреннем служении и были оба благословлены, так как брат Бранхам крестил нас. 
            На вечернем служении Т. С. смог попасть в молитвенный ряд, чтобы помолились за его мать. Брат Бранхам сказал ему: "Думаю, что вы были крещены в это утро, потому что я вижу, что вы сделали нечто хорошее". Затем он сказал: "Я вижу, как между вами и мной появляется женщина. Да, это ваша мать..." Затем он сказал, что она будет здорова.
            Когда мы вернулись домой, она встретила нас в дверях кухни. Она готовила завтрак и спрашивала нас о собраниях, она хотела узнать, когда Т. С. попал в молитвенную очередь. Когда они выяснили время, оказалось, что именно в тот момент она была полностью исцелена.
У НАС было непреодолимое желание присутствовать на собраниях брата Бранхама. Расстояние между Тифтоном и Джефферсонвиллем составляло 984 километра. И большая его часть - узкая дорога в два ряда. Обычно требовалось 14 - 16 часов, чтобы доехать туда, но эта поездка стоила затраченных усилий. Мы стремились, по возможности, посетить каждое его собрание. Чтобы ездить на собрания брата Бранхама, мы продали свою ферму и использовали эти деньги только для этого. Мы следовали за ним по всей стране, и в Канаде, и последние деньги от продажи фермы мы использовали, чтобы попасть ещё на одно собрание, которое оказалось  его последним собранием в 1965 году в Джефферсонвилле. Господь обеспечил нас достаточной суммой денег на эти поездки.
ОДНАЖДЫ Т.С. пришлось съехать с дороги в придорожную канаву, чтобы     избежать лобового столкновения с другой машиной. Мой трёхлетний сын Дуайт стоял на сидении и Т. С. протянул руку и схватил его, чтобы предотвратить удар о лобовое стекло. Вследствие этого у Дуайта произошёл вывих бедра, но тогда мы этого не знали. Он мог ползать но не хотел ходить, а когда мы пытались заставить его ходить, он просто кричал. Так продолжалось около двух месяцев, и Дуайт начал понемногу ходить, но его нога и ступня были вывернуты наружу.
            Мы узнали, что брат Бранхам собирается проводить служение в Джефферсоввилле, так что мы поехали туда. Во время молитвенного ряда я подумала, что брат Бранхам вызовет нас, так как он смотрел прямо на нас, но затем он стал смотреть на других людей. Но до того, как мы вернулись домой, мы обратили внимание, что ступня Дуайта стала занимать нормальное положение.
            Брат Уэлч и сестра Клео Эванс остались в Джефферсонвилле, чтобы поужинать с братом Бранхамом, и когда они разговаривали за столом, брат Бранхам сказал: "Я вижу маленького мальчика, который был исцелён..." И он начал описывать Дуайта. Брат и сестра Эванс с нетерпением ждали встречи с нами, чтобы рассказать нам об этом.
МЫ ПОЕХАЛИ в Бирмингем, штат Алабама, и в пути наша дочь Латрель заболела. Тогда мы не поняли, что у неё была тяжёлая форма кори. Т. С. сказал Билли Полу о том, что за неё надо помолиться, и брат Бранхам под проливным дождём вышел к нашей машине, сел на заднее сиденье и помолился за неё. На пути в Бирмингем она лежала с очень высокой температурой, которая постоянно повышалась, но на обратном пути мы уже не могли удержать её на месте!
МЫ СЛЫШАЛИ, что брат Бранхам несколько раз выражал своё желание, чтобы те послания, которые он проповедовал о церковных периодах, были напечатаны в форме книги, и у Т. С. появилось бремя помочь сделать это. Если я не ошибаюсь, Т. С. спросил об этом Билли Пола перед тем, как я начала их печатать. 
            Брат Бранхам как-то упомянул, что на это потребовалось шесть месяцев, и я думаю, что если бы я занималась только этим, то я уложилась бы в это время. Я печатала какую-то часть, потом отдыхала, потом снова возвращалась к этому. Я работала с бобинным магнитофоном, у которого была большая ручка, которую нужно было придавить и повернуть, чтобы включить. Иногда мне приходилось  пальцем перематывать плёнку назад, так как у меня не было педали для ног, а также не было электрической печатной машинки. Я прослушивала плёнку, иногда останавливала плёнку, перематывала её назад, чтобы убедиться, что я правильно поняла мысль, затем печатала.
            Когда я закончила печатать, понадобился шпагат, чтобы соединить листы. 14 октября 1962 года мы отвезли эти листы в Джефферсонвилл и передали их брату Билли Полу, который затем передал их брату Бранхаму. Он упомянул об этом с кафедры, и даже предлагал заплатить мне за это. Конечно же, мы даже не хотели думать об этом.
Я ПОМНЮ как крестили брата Джорджа Смита. Выезжая из города, мы проезжали мимо Скинии, и увидели машины, припаркованные на стоянке.
            Брат Док и сестра Мэйбл Бранхам стояли на улице, и брат Док сказал: "Заходите. Билл собирается крестить Джорджа".
            Там было несколько человек, и мы с сестрой Мэйбл были там единственными женщинами.
            Брат Бранхам находился в бассейне без рубашки. Он крестил брата Джорджа и затем извинился за то, что он был без рубашки, сказав, что он не ожидал, что там будут женщины.
ПРИЕЗЖАЯ в Джефферсонвилл в субботу рано утром, мы всегда встречались с бабушкой Бранхам, матерью брата Бранхама. Мы любили общаться с ней. Много раз мы подвозили её в магазин за продуктами, а затем она хотела приготовить пищу чтобы покормить нас. К ней домой на обед всегда приезжало много людей, поэтому мы перестали заезжать к ней, так как мы не хотели быть бременем для неё. Перестав заезжать к ней, мы даже не подумали, что этим причинили ей боль, и она спросила нас через других людей, чем она обидела нас. Это очень огорчило  нас. Мы объяснили, что для неё это является большой нагрузкой. Она сказала: "Вы не обременяете меня. Больше никогда так не поступайте. Приезжайте ко мне домой."
            Бабушка Бранхам любила цветы и животных. Я помню, что у неё был длиннохвостый попугай, которого она научила говорить: "Хвала Господу! Билл - проповедник!" Она на самом деле могла научить этих птиц говорить. Когда она умерла, мы пошли в похоронное бюро. Там было много красивых цветов, и брат Бранхам объяснил нам, как сильно она любила цветы. Он сказал: "Нет сомнения, что и сейчас она ходит и наслаждается цветами". Я оглянулась, чтобы увидеть её, когда он сказал это. Я не увидела её, но судя по тому, как он сказал это, он видел её.
БРАТ Уэлч позвонил нам и рассказал об автоаварии в Техасе. Т. С. не был уверен, ехать ему в Амарилло или нет, и он принял решение остаться дома, чтобы молиться об этом. С того момента как мы узнали о происшествии, Т. С. не выходил из дома. Он находился в спальне в постоянной молитве рядом с телефоном. Мы не знали, что нам делать, если брат Бранхам умрёт. Казалось, что все зависели от него. Он стал для нас всем, и вдруг он уходит от нас. У нас было такое ощущение, что всё рушится на нас. Это было сильное, почти непомерное чувство неизмеримой утраты.
Я ДУМАЮ, что в 1959 году во дворе брата Бранхама поставили табличку с номером телефона, по которому можно было позвонить, чтобы записаться на собеседование. К нему приходило так много людей, что брат Бранхам практически не отдыхал. Когда стали приезжать толпы людей, брат Бранхам сказал нам: "Я хочу кое-что вам сказать, когда я вижу, как приезжает столько людей, мне хочется взять эту табличку и забросить её как можно дальше." Знать то, что он переживал, тогда это так много значило, и даже сегодня мы можем оценить его труд. У вас могут быть особо близкие друзья. Он был таким другом, и даже гораздо больше.



Up ^