Анжела Смит

Поколение

Жаклин Уилер



Жаклин Уилер

 

РОДИЛАСЬ 
8 июня 1948 г.

НАСТОЯЩЕЕ МЕСТО ЖИТЕЛЬСТВА
Тусон, штат Аризона

В раннем возрасте она посвятила свой
музыкальный талант на служение Господу.

КОГДА МНЕ было пять лет, я начала брать уроки игры на фортепиано. В девять лет мы с моей сестрой Маделин пели в методистской церкви, которую мы тогда  посещали. Но я не играла на церковном служении. Я никогда не могла  подумать, что смогу сделать это, так как от одной мысли об этом мне становилось плохо. 
            Я не помню имя того человека, который подошёл ко мне в Скинии и попросил меня играть на церковном служении. Брат Невилл однажды попросил меня и Маделин спеть для Библейского класса, который мы посещали с другими  детьми. Когда в собрании просили кого-нибудь спеть сольную песню, мы не поднимали рук! Брат Док Бранхам и брат Иган, который тогда был дьяконом,  знали, что я играла на пианино, возможно один из них однажды попросил меня сыграть на пианино на служении в Скинии. 
            Мне было только пятнадцать лет, и хотя я волновалась, я почувствовала себя почтённой тем, что меня попросили сыграть. Помню, что я не могла понять, почему они попросили меня, ведь у меня не было никакого опыта и я не понимала, что делала! Я играла вместе с сестрой Хайнс, игравшей на органе, она играла только по нотам и именно так, как было написано в них. В её сборнике песня "Верь, только верь" была написана в тональности ре-бемоль - пять бемолей, только чёрные клавиши - именно в такой тональности я и должна была играть её. Моя бабушка научила меня играть на слух, постепенно я научилась играть в различных тональностях, что было важно, потому что обычно брат Бранхам начинал петь без предупреждения, и нам нужно было быстро выбрать правильную тональность.
ПОМНЮ, как я впервые играла для брата Бранхама. Вы и представить не можете, как я нервничала. Меня подташнивало и я постоянно задавалась вопросом: "У меня получится?" Брат Бранхам попросил спеть "Свят, Свят, Свят". Я не знала этой песни, сестра Хайнс была очень смущена, но она начала играть песню "Свят, Свят, Свят Господь Бог Всемогущий..»., которая заканчивалась словами: "...Бог в трёх личностях, благословенная троица». Я начала играть за ней.
            Брат Бранхам сказал: "Думаю, что я не знаю этот вариант, давайте я спою её для вас». Конечно же, песня, которую он хотел спеть, была совершенно другой. Мне хотелось провалиться сквозь землю!
            Брат Билли Пол как-то сказал мне: "Ты  не сможешь подобрать тональность, когда он начинает петь без предупреждения». Но всё оказалось не так плохо, как я думала.
КОГДА я была на платформе во время проведения молитвенного ряда, я всё время плакала. Я ощущала Присутствие Святого Духа и думала: "Что если я сделаю что-нибудь не так, и этот нежный Дух уйдёт?"
Я всегда боялась сделать нечто такое, что оскорбит Его. Помню, что я много раз играла песню "Великий Врач", так как я знала, что она нравится брату Бранхаму. Я не решалась играть другую песню, потому что думала, что это нарушит дух молитвенного ряда. Я всегда хотела быть только частью музыкального сопровождения. Иногда брат Бранхам подходил ко мне и просил сыграть что-то другое. Думаю, что все они следили за мной, так как тогда я была ещё молодой. 
            Я всегда чувствовала, что находилась очень близко к этому Помазанию,  и если бы я в чём-нибудь нуждалась, я бы получила это. Я не думала, что мне нужно проходить через молитвенный ряд. Я знаю, что когда брат Бранхам говорил, что он брал под свой контроль все духи, это включало и всех находившихся на платформе. Когда он просил всех склонить головы и не смотреть, я низко склоняла свою голову над клавишами. Я не хотела, чтобы изгоняемые демоны вошли в меня.
            Никогда не забуду служения, на котором проповедовался Брак и Развод. До собрания ощущалось волнение и велись разговоры, у людей были большие ожидания, а также определённое беспокойство. Все пребывали в тишине.
            Я должна была играть на пианино, но плохо себя чувствовала и не знала, смогу ли я это сделать. Должно быть брат Бранхам знал, насколько я была больна. Поднявшись на платформу, он повернулся и кивнул мне. С того момента всё было в порядке. Думаю, что он помолился за меня.
            Я уверена, что любой, кто когда-нибудь встречался с ним или находился рядом, подтвердит, что он всегда побуждал людей чувствовать себя значительными. Он просто поднимал вас в ваших глазах. 
ПАПА хотел, да будет благословенно его сердце, чтобы у нас с Маделин была возможность съездить в Тусон. Он знал, что брат Бранхам в то время находился там, но не знал, будет ли у нас возможность встретиться с ним. Мы поехали туда с братом и сестрой Манн, нашими родственниками, и остановились в мотеле Вэйворд Инн.
            Мы и не думали, что брат Бранхам позвонит нам, но он позвонил. Мы очень удивились, потому что никто из нас не звонил ему, и мы не знали, откуда он узнал, что мы ехали туда. Он спросил, найдётся ли у нас время, чтобы он показал нам окрестности города!
            В то время можно было проехать по дороге прямо до каньона Сабино, в конце дороги он захотел, чтобы мы поднялись пешком вверх по тропе. Я очень боялась змей. Ничто не вызывало у меня такого страха, как мысль о том, что я увижу змею. Так что когда мы заехали в тот каньон, я просто не хотела подниматься по той тропе! Брат Бранхам сказал: "Здесь нет змей». Он действительно хотел, чтобы мы прогулялись по дикой местности, поэтому мы все пошли вверх по тропе. 
            Это было одним из самых величайших переживаний в нашей жизни  провести с ним это непродолжительное время.
УСЛЫШАВ о том, что он попал в автоаварию, помню, как я в слезах побежала вверх по лестнице в нашем маленьком доме. Папа сразу же захотел поехать в Амарилло, чтобы находиться рядом с ним, и он с дядей Верноном Манном вскоре выехали туда. Мы чувствовали, что вскоре всё будет закончено. Для всех нас всё  было закончено.
            Я играла на его похоронах. Помню как люди хотели мне помочь, они подходили и предлагали поиграть, чтобы я несколько минут отдохнула. Но я не могла остановиться. Возможно я играла три или четыре часа подряд. 
            Я не знаю, почему избрали именно меня. Я была очень привилегированным человеком.



Up ^