Оуэн Джоргенсен

Сверхъестественное: Жизнь Уилльяма Бранхама

Появление второго знамения

Глава 43

1948



СПУСТЯ НЕДЕЛЮ после возвращения из Клиники Майо Уилльям Бранхам поправился почти на шесть килограммов. Он все еще ощущал слабость и дрожь, но ему было известно, что это — дело времени и просто придется подождать, пока его состояние не улучшится в такой мере, чтобы он мог возобновить свое служение.

По мере того как силы Билла восстанавливались, он с огромным интересом следил за новостями о войне в Палестине. Возрожденный Израиль самостоятельно удерживал позицию, оказывая сопротивление своим более крупным и сильным соседям-арабам. Билл во многом мог отождествить себя с Израильским государством, которое только начинало вставать на ноги. Почти в то же самое время, когда Биллу пришлось приостановить свое служение исцеления из- за нервного состояния, угрожавшего его жизни, палестинские евреи также были вынуждены сражаться за свою жизнь. 14 мая 1948 года они провозгласили себя независимой нацией. На следующий же день пять арабских стран объявили войну Израилю. Их войска пересекли его границы, и они клялись, что загонят всех евреев в море. У Израиля не было своей армии, однако, так же, как и Билл, они были объяты отчаянием. На первых порах казалось, что евреи Палестины были обречены на погибель, но день за днем лагеря, оказывающие сопротивление, объединялись и сражались до тех пор, пока не заставили своих врагов прекратить боевые действия. Теперь война погрузилась в сферу переговоров.

Часами размышлял Билл о библейской значимости этих событий. Израиль снова стал нацией! На протяжении почти девятнадцати столетий евреи были рассеяны по всем уголкам мира. Теперь же они возвратились в Обетованную Землю. Уж не было ли это образом смоковницы, о которой Иисус говорил в 21-й главе Евангелия от Луки? Билл ощущал уверенность, что эта новая нация Израиля уцелеет в данном конфликте, потому что, согласно Библии, Израиль играет ведущую роль в Божьем плане во время конца. События были захватывающими. Казалось, на каждом шагу Билл наблюдал исполнение библейских пророчеств..

В конце сентября он позвонил Гордону Линдсею и рассказал ему о врачах Клиники Майо и их печальном диагнозе, о видении с той странной белкой и о том, как Господь в настоящий момент исцелил его. Услышав это, Линдсей пришел в восторг и сообщил, что у него — полный чемодан приглашений со всех уголков страны, в которых люди просили Билла приехать провести исцелительные кампании. Билл предупредил своего администратора, что он все еще слишком слаб для проведения собраний по полному расписанию. Затем Линдсей, довольно занятый в то время публикацией журнала “Голос Исцеления”, предложил Биллу кандидатуру Эрна Бакстера в качестве другого администратора его кампаний. Эрн Бакстер располагал не только организаторскими способностями, но он, к тому же, был энергичным проповедником и хотел помочь, чем только сможет. Помолившись об этом, Билл согласился поменять администратора.

Почтенный Бакстер оказался хорошим администратором кампаний. У него, а также у Фреда Босворта было намерение помочь Биллу вернуться и продолжать порученное ему служение. Их основная задача состояла в том, чтобы защищать здоровье Билла от перенапряжения. Прежде всего, они проанализировали свои прошлые ошибки. Во время многочисленных кампаний Билла, проводившихся по всему континенту, поместные пасторы, как хозяева, часто сами назначали время окончания каждого служения. Эти люди не понимали, насколько сильно дар различения поглощал энергию Билла. Они считали нормальным то, что от вечера к вечеру молитвенные очереди продолжались часами напролет, полагая, что до тех пор, пока Билл мог стоять на ногах и молиться за больных, с ним было все в порядке. Эти критерии оказались плохими, поскольку у Билла было такое огромное сострадание к больным людям, что он выжимал из себя все силы, пытаясь помолиться за каждого, кто выходил вперед. Когда помазание пребывало на нем, его тело постепенно немело, а разум отключался от собственных мыслей. В конечном счете, Билл полностью ослабевал. К концу каждого служения он доходил до того, что не знал, что делает и где находится.

Бакстер и Босворт договорились, что с этого времени право решения относительно окончания каждого служения будет предоставлено людям, заботящимся о Билле, — людям, которые будут внимательно наблюдать за ним и, заметив первые признаки его усталости, смогут закончить молитвенную очередь. Это простое изменение должно было на практике выполнять важную роль в защите Билла от какого-либо дальнейшего изнеможения.

В качестве других предусматриваемых мер администраторы Билла предложили ограничивать число людей в молитвенной очереди во время каждого вечернего собрания. Билл видел мудрость в этом подходе. Следующий вопрос заключался в том, каким способом выбирать людей для молитвенной очереди. Обсудив некоторые варианты, они решили снова использовать молитвенные карточки.

Раньше, совершая поездки по всей стране, Билл разработал систему для ограничения размера своих молитвенных очередей. Перед каждым служением раздавались пронумерованные карточки, и никому не разрешалось становиться в молитвенную очередь без этих молитвенных карточек. Этот метод действовал как нельзя лучше других, хотя Билл обычно раздавал слишком много карточек — зачастую от 150 до 200 штук за один вечер. К тому же, было немало вечерних служений, когда он вовсе не использовал свою систему молитвенных карточек, говоря аудитории: “Этим вечером я попытаюсь помолиться за каждого больного человека в этом здании”. Затем молитвенная очередь двигалась без конца, и Билл, бывало, молился за людей до полного изнеможения, заканчивая служение около одного или двух часов ночи. Теперь же такое продолжаться не могло — нужно было внести изменение.

Необходимо было не только восстановить систему молитвенных карточек, но и строго придерживаться ее. Во время каждого вечернего служения нужно будет внимательно контролировать число людей, которые смогут встать в молитвенную очередь. Билл не должен вновь допускать, чтобы его сострадание преобладало над его здравым смыслом. Во-первых, он сам должен быть здоровым, прежде чем сможет помогать другим выздоравливать.

Фред Босворт и Эрн Бакстер помогали Биллу улаживать все остальные детали. За час или два до начала служения кто-нибудь из помощников ходил по аудитории и раздавал пронумерованные карточки всем, кто желал быть в молитвенной очереди. Когда наступало время молиться за больных, Билл наугад выбирал номер и, например, говорил: “Сегодня давайте начнем с карточки Б-75. Мы постараемся помолиться за стольких, за скольких сможем, но давайте вначале выберем 15 человек — от 75-го до 90-го номера. Таким образом, никому не придется стоять слишком долго, пока я буду молиться за больных. У кого есть карточка под номером Б-75? Поднимите руку, чтобы помощники могли ее видеть. Вот, здесь. Теперь, у кого карточка под номером Б-76…?”

В то время как он называл номера карточек, помощники выстраивали людей с одной стороны аудитории, справа от Билла. (Билл всегда образовывал молитвенную очередь справа от себя, потому что Ангел Господень находился с правой стороны от него.) Люди, стоя в молитвенной очереди, ожидали у платформы, между тем как человек, за которого должны были помолиться, поднимался по ступенькам, чтобы наедине встретиться с евангелистом. Таким образом администраторы Билла могли следить за расходом его сил и закончить служение, как только замечали, что он уже достаточно усталый.

29-31 ОКТЯБРЯ 1948 ГОДА Уилльям Бранхам испробовал свои силы, проводя трехдневную кампанию исцеления в городе Фресно, штат Калифорния. Затем, 1 ноября, он поехал в Сиэтл, штат Вашингтон, где присоединился к кампании Фреда Босворта, которая длилась уже две недели. После шести последующих вечеров молитвы за больных Билл почувствовал себя истощенным. Осознавая, что он еще не был готов вернуться к служению, он возвратился домой, чтобы лучше отдохнуть.

В январе 1949 года он снова попытался возобновить свое служение, проводя пятидневную кампанию в городе Хот-Спрингс, штат Арканзас. Здесь он лучше перенес напряжение, однако по-прежнему чувствовал, что не сможет совершать служение постоянно. Через месяц Билл проповедовал во время семидневной кампании в Майами, штат Флорида. В этот раз он чувствовал себя как рыба в воде, поэтому попросил Эрна Бакстера заполнить его расписание на оставшуюся часть года.

11 марта 1949 года, после десятимесячного перерыва, во время которого Билл почти не проповедовал, он опять продолжил свой полноценный евангелистский труд, начав с четырехдневной кампании в городе Сион, штат Иллинойс. На протяжении последующих четырех месяцев он проводил кампании в штатах Миссури, Индиана, Техас, Мичиган, Вашингтон, Северная Дакота и в канадской провинции Британская Колумбия. Несмотря на огромное множество служений на евангелистском поприще, направленных на исцеление и освобождение, притягательная таинственная сила, которой обладал Уилльям Бранхам, вовсе не ослабла и не лишилась обаяния за время его отсутствия. Тысячи людей посещали его собрания. Чудеса происходили в огромном количестве.

В июле он начал двухмесячную кампанию, во время которой охватил широкую территорию, проехав через всю центральную часть Канады. Именно во время этой поездки ход христианской истории в корне изменился. 24 июля 1949 года Билл находился в Реджайне, провинция Саскачеван, проповедуя десятитысячной толпе. Он только что вызвал людей, чтобы они встали в молитвенную очередь, и пока помощники выстраивали пятнадцать человек в порядке очередности, он говорил к аудитории.

Когда я был в Майами, Флорида, более года назад, Господь Иисус показал мне видение о мальчике, воскрешенном из мертвых. Этот мальчик был лет восьми-десяти, с коричневыми волосами и карими глазами. Он был одет немного странновато, как будто жил в какой-то зарубежной стране. Это еще не осуществилось, но это ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ, поэтому это должно непременно однажды произойти. Запишите это на листе в начале ваших Библий. Когда это осуществится, я позабочусь о том, чтобы Брат Гордон Линдсей напечатал свидетельство об этом в журнале “Голос Исцеления”, чтобы вы все об этом узнали.

— Похоже, что молитвенная очередь готова. Теперь все пребывайте в благоговении. Сосредоточивайте ваш разум на Иисусе и верьте. Это больные люди. Для некоторых из них это является последней надеждой. Я также должен благоговеть. Ангел дал мне это знамение в моей руке и сказал: “Если будешь искренним и сможешь побудить людей поверить тебе, тогда ничто не устоит перед твоей молитвой, даже рак”. Это было истинным везде, где я побывал. Многие из вас лично это видели. Тот же самый Ангел также сказал мне: “Если будешь искренне относиться к тому, что я тебе даю, тогда однажды ты сможешь говорить людям сокровенные тайны их сердец и то, что они неправильно сделали в своей жизни, а также другие вещи”.

Повернувшись к своему брату Донни, Билл сказал:
— Хорошо, можешь привести первого больного.

Июльский воздух в аудитории нагревался, как в духовке. Крупные капли пота выступали на лбу Билла; спина потела, промачивая рубашку. Он вытирал лоб носовым платком. В горле у него пересохло, и оно охрипло. В то время как первый человек в молитвенной очереди проходил вперед, Билл отошел от микрофона, чтобы выпить стакан воды.

— Благословит тебя Бог, Брат Бранхам, — сказал господин Бакстер.
— Спасибо, Брат Бакстер.

Билл вернулся к микрофону. На подиуме его ожидала женщина средних лет.
— Здравствуйте, леди.
— Здравствуйте, — нервничая, ответила она.

Понимая ее беспокойство, Билл сказал:
— Так вот, это присутствие, которое вы чувствуете, не причинит вам вреда. Это Ангел Господень. Я вижу это в виде света, висящего в воздухе между мной и вами. Я также это чувствую. Это действительно священное ощущение…

Пока Билл говорил, произошло нечто потрясающее. В первое мгновение он смотрел на обычную женщину средних лет, а в следующее мгновение эта женщина начала уменьшаться, как будто удалялась от него со скоростью звука. Казалось, по мере того как она уменьшалась, она молодела. Преображенная до двенадцатилетнего возраста, она перестала видоизменяться. Теперь Билл увидел, что ее вид накладывался на другое изображение, совсем не похожее на платформу, где она стояла. По-видимому, она сидела за партой. Вокруг нее находились другие парты, а на стене висела классная доска. Это было похоже на школьный класс. Эта девочка двигалась, и, хотя это изображение было представлено в миниатюрном виде, Билл мог ясно видеть ее действия.

— Нечто происходит, — обратился Билл к аудитории, и микрофон усилил громкость его слов. — Эта женщина средних лет удалилась от меня, и я вижу маленькую девочку лет двенадцати, сидящую в школьном классе. Она ударяет по парте карандашом… Нет, это ручка. О-о! Я вижу, как она летит вверх и попадает ей прямо в глаз…

Теперь Билл услышал отдаленный крик. Школьный класс исчез. Билл покачал головой и начал в замешательстве тереть себе глаза. Вот перед ним на платформе по-прежнему стояла та же самая женщина средних лет. Ведь она вообще никуда не уходила. Тогда где же он побывал, и что же он увидел?

Женщина, стоявшая перед ним, вновь вскрикнула. Она приложила руки ко рту и задрожала.
— Брат Бранхам, это была я! Это произошло много лет назад, когда я еще ходила в школу. Ручка ударила мне в лицо, и сейчас я слепая на правый глаз.

Билл снова покачал головой.
— Со мной никогда раньше такое не происходило. Минуточку… вот это опять появляется. Я вижу девочку лет шестнадцати, одетую в клетчатое платье. Ее волосы сплетены в две длинные косы, а наверху связаны большой лентой. Я вижу, как она бежит изо всех сил, и она выглядит испуганной. Подождите… за ней гонится собака, большая желтая собака. Я вижу, как эта девочка вбегает на крыльцо. Сейчас открывается дверь, и леди старше нее впускает ее в дом.

Эта женщина средних лет вновь вскрикнула.
— Брат Бранхам, это произошло со мной, когда я училась в средней школе. Я годами не вспоминала об этом!

Кожа на лице Билла онемела, а язык и губы отяжелели.
— Нечто произошло здесь, друзья. Я не знаю, что происходит. Сестра, позвольте мне взять вас за руку.

Он взял ее за запястье, ища ключ к разгадке.
— Что ж, я не чувствую никаких вибраций.

Билл посмотрел на вены на тыльной стороне ее руки, как вдруг окружающая обстановка снова изменилась, и он обнаружил, что видит совсем другое зрелище. Он стал наблюдать, как женщина вышла из красного амбара и подошла, прихрамывая, к белому дому. Билл сказал:
— Я вижу очень медленно идущую леди… сестра, это вы! Я вижу, как вы с трудом поднимаетесь по ступенькам белого дома. Что-то не в порядке с вашей спиной. Я вижу, что вы не можете подняться по тем ступенькам. Теперь я вижу, как вы склоняетесь над цветочной клумбой справа от вас и плачете. Минуточку…

Билл прервал повествование, чтобы расслышать слова женщины в видении.
— Я услышал, как вы сказали: “Если я только когда-нибудь смогу попасть на собрание Брата Бранхама, с этим будет покончено”.

В этот раз женщина не промолвила и слова; у нее закатились глаза, и она упала в обморок. К счастью, один из помощников стоял поблизости, поэтому он подхватил ее и осторожно опустил на пол. Придя через минуту в себя, она не только могла сгибать спину в любую сторону, но она также могла превосходно видеть своим правым глазом!

Напряжение резко возросло. Присутствующие изо всех сил старались понять, что произошло пару мгновений назад. Билл находился в таком же недоумении, как и все остальные.
— Что ж… гм… нечто произошло, друзья, и я не знаю…

Тут Эрн Бакстер схватил микрофон и воодушевленно сказал:
— Брат Бранхам, это ведь именно то, что, как ты сказал нам, произойдет. Это то второе знамение, о котором говорил тебе Ангел.

Из толпы выплеснулось бурное прославление. Люди встали, начали аплодировать, восклицать и поклоняться Господу Иисусу Христу, Который посетил Свой народ, проявляя такие чудеса.

Во время этого шума и суматохи на платформу с помощью костылей поднялся парень без молитвенной карточки, и начал ковылять к евангелисту. Два помощника, осознав, что этот человек пытается сделать, схватили его, чтобы увести с платформы.

Услышав стук костылей, Билл повернулся и увидел эту неразбериху.
— Тебе нужно вернуться, сынок, и получить молитвенную карточку, — любезно сказал он.

Парень начал умолять:
— Брат Бранхам, скажите, что мне делать; это все, чего я желаю — чтобы вы сказали мне, что делать.
— Что ж, сынок, я не знаю, что тебе сказать… Минуточку. Помощники, не уводите его пока.

Это вновь произошло. Парень-калека стал уменьшаться у Билла на глазах, отдаляясь все больше и больше… Билл уже больше не видел аудиторию; вместо нее он увидел автобус с названием “Regina Beach”, четко изображенным над передним стеклом. Дверь автобуса открылась, и оттуда вышел, хромая, этот парень на костылях.

— Ты отправился сегодня утром из Реджайна-Бич, не так ли? — сказал Билл. — Ты приехал сюда в автобусе. Я вижу, как мужчина и женщина говорят тебе, что тебе нельзя ехать. О-о, это твой отец и мать.
— Это верно! — воскликнул парень.
— Я вижу, как другой мужчина дает тебе взаймы деньги на эту поездку. Он чем-то похож на твоего отца, хотя не совсем…
— Это мой дядя.
— Теперь я вижу, как ты стоишь в комнате и смотришь сквозь угловое окно.
— Это дом моей тети. Я в гостях у нее, — сказал парень с явным возбуждением. — Брат Бранхам, что я должен делать?
— Веришь ли ты всем своим сердцем?
— Я всем своим сердцем верю, что Иисус Христос здесь.
— Тогда брось свои костыли и встань на ноги, — повелел Билл и указал пальцем прямо на него. — Иисус Христос исцелил тебя.

Оба костыля полетели вниз, стуча по деревянной платформе. Резким движением освободившись от хватки помощника, парень сделал один осторожный шаг, затем более смелый шаг, потом третий и четвертый. Он шел все увереннее, ускоряя движение, затем поднял руки, с каждым шагом благодаря Иисуса Христа.

В то время как толпа бурлила и переполнялась хвалой, Билл вспомнил, что Господь сказал Моисею: “Если они не поверят тебе и не послушают голоса первого знамения, то поверят голосу знамения другого”.



Up