Оуэн Джоргенсен

Сверхъестественное: Жизнь Уилльяма Бранхама

Ангел сфотографирован в Хьюстоне

Глава 46

1950



НАКОНЕЦ, Уилльям Бранхам достаточно окреп, чтобы проводить более продолжительные кампании. Итак, в январе 1950 года его администраторы составили для него расписание на семнадцать последовательных вечерних собраний в Хьюстоне, штат Техас. Они начали проводить эти собрания в музыкальном зале, в котором могло поместиться только 4000 человек. В первый же вечер стало очевидно, что это небольшое здание не могло вместить массы людей, желавших присутствовать там. На следующий вечер собрания перенесли в Колизей Сэм Хьюстон. Теперь всех можно было рассадить. В среднем на каждом собрании присутствовало 8000 человек; затем, вследствие неожиданной рекламы, во время двух последних вечеров кампании здание заполнилось до отказа.

Хотя многие христианские служители в городе сотрудничали вместе, чтобы сделать эти собрания успешными, другие служители не оказывали никакого содействия. Один проповедник дошел до того, что начал подвергать кампанию Бранхама ожесточенной общественной критике. Только что окончив баптистскую семинарию, господин Бест сейчас являлся пастором большой церкви в Хьюстоне. Вопреки его строгим предупреждениям, некоторые из членов его церкви посещали служения Бранхама. От этого доктор Бест кипел злобой. В утреннем выпуске местной газеты он опубликовал огромную рекламу, яро критикуя божественное исцеление как таковое и, в особенности, Уилльяма Бранхама.

Фред Босворт принес этот выпуск газеты “Хроника Хьюстона” в номер Билла, в гостинице “Райс Хоутэл”.
— Брат Бранхам, взгляни-ка на это. Здесь в городе есть служитель, доктор Бест, который бросает тебе вызов участвовать с ним в дискуссии о божественном исцелении. Вот послушай, что он написал: “Уилльям Бранхам является религиозным фанатиком и самозванцем. Его следует выгнать из города, и я должен быть тем, кто это совершит”. Брат Бранхам, будь я на твоем месте, я бы воспользовался этим вызовом и преподал бы этому юнцу- наглецу пару уроков о Слове Божьем.
— Брат Босворт, мне не хочется ни с кем ссориться. Бог послал меня молиться за больных. Есть тысячи, кто этому поверит. Зачем же тогда возиться с одним человеком, который горячится и этому не верит? Оставь его в покое. Иисус сказал, что будут люди, подобные ему — слепые вожди слепых.

Когда его вызов остался без ответа, на следующий день доктор Бест заплатил за другую рекламу, которая оказалась язвительнее первой. Фред Босворт пришел в комнату Билла, бросил газету на кровать и сказал:
— Ты не поверишь, что этот служитель сказал о тебе сегодня.
— Что же он сказал в этот раз?

Босворт схватил газету и прочитал: “Уилльям Бранхам боится Истины. Он боится исследовать свое учение о божественном исцелении в свете Слова Божьего. Когда истинное Евангелие предоставляется ему, он стыдится дискутировать на эту тему, ибо это раскрыло бы его заблуждения. Он доволен тем, что обманывает бедных и необразованных людей своей коварной смесью психологии с суеверием”. Босворт снова бросил газету на кровать.

— Брат Бранхам, не позволяй ему так уничижать Слово Божье. Прими его вызов.
— Брат Босворт, — сказал Билл, по-прежнему невозмутимый, — каждый вечер на собрания приходит около 9000 людей, и примерно 7000 из них хотят, чтобы за них помолились. Мне осталось пробыть здесь в Хьюстоне всего лишь несколько дней. Зачем же нам возиться с этим одним чудаком, когда мы можем молиться за больных и нуждающихся?
— Но Брат Бранхам, все эти люди, приходящие на собрания, должны знать, что является Истиной. Некоторые из них начинают недоумевать, знаем ли мы, на чем стоим.
— Брат Босворт, на мне пребывает помазание Святого Духа. У меня нет времени суетиться и дискутировать.
— Тогда позволь мне принять этот вызов.

Глядя на этого 73-летнего воина Евангелия, Билл подумал о прочитанном месте Писания, где говорится о том, как Халев попросил Иисуса Навина предоставить ему привилегию напасть на сынов Енаковых, говоря: “Сейчас мне восемьдесят пять лет, и я настолько же крепок, как и тогда, когда посылал меня Моисей осмотреть землю Ханаанскую сорок пять лет назад”.

Билл сказал:
— Брат Босворт, я восхищаюсь твоим рвением…
На этом он сделал паузу, не имея полной уверенности, что ему следовало сказать: да или нет.

Чувствуя эту неуверенность, Босворт решил дальше отстаивать свое дело.
— У этого служителя нет ни одного места Писания для обоснования своих доводов. Позволь мне это доказать — не только ему одному, но и всем тем, которым нужна вера для исцеления.
— Хорошо, Брат Босворт, если желаешь, можешь это делать, но только пообещай мне, что не будешь там устраивать беспорядок.

Фред Босворт засиял от радости.
— Обещаю, что не буду с ним спорить. Я просто преподнесу ему чистое Евангелие.

Переполненный воодушевлением, Босворт покинул комнату, чтобы сообщить об этом репортерам, ожидавшим его внизу.

В следующем номере газеты “Хроника Хьюстона” была опубликована статья о предстоящих дебатах с причудливым заголовком: “ПОЛЕТИТ ЦЕРКОВНЫЙ ПУХ”. “Ассошиэйтед Пресс” тотчас же отправила эту статью в редакции других газет по всей стране. Тысячи людей приехали в Хьюстон, чтобы увидеть это словопрение воочию. К шести часам вечера, в который должен был состояться этот диспут, почти все 30 000 мест в Колизее Сэм Хьюстон были заняты.

На первых порах у Билла не было ни малейшего намерения идти слушать эти дебаты; сама мысль о том, чтобы слушать, как эти два человека будут дискутировать о божественном исцелении, просто не укладывалась у него в голове. На его взгляд, следовало жить Словом Божьим, а не дискутировать о нем. Однако, по мере приближения этого вечера, он ощущал странное побуждение идти туда в любом случае. Меда сопровождала его вместе с его братом Говардом и двумя полицейскими. В момент их прибытия в Колизей Сэм Хьюстон были только два свободных места, которые находились высоко на балконе третьего яруса. Подняв воротник пальто и надвинув шляпу на глаза, Билл поднялся по ступенькам в 30-е отделение и сел. Никто его не узнал.

Фред Босворт, никогда раньше не участвовавший в общественных дебатах, пришел с длинным перечнем мест Писаний, полагая, что они оба будут просто поочередно обсуждать определенные отрывки и понятия Библии. Однако доктор Бест научился в семинарии проводить дискуссии в своем стиле. Он настоял на том, чтобы господин Босворт использовал первые полчаса для представления своих доказательств, а он затем намеревался воспользоваться оставшимися тридцатью минутами, чтобы изложить свою точку зрения. Если будет необходима какая-нибудь дискуссия, она состоится в самом конце.

С уверенностью, прочно укоренившейся от многолетнего изучения Библии и пребывания в молитвах, Фред Босворт поднялся на подиум.
— Доктор Бест, я сожалею, что нам приходится вот так спорить о Слове Божьем, но вы поместили в газете утверждение, что Брат Бранхам является самозванцем и что божественное исцеление вообще не существует. Так вот, темой нашей дискуссии в этот вечер не является дар Брата Бранхама, различающий сердечные помыслы — Божьи дары сами себя докажут. Тема нашей дискуссии такова: учит ли Библия о божественном исцелении или нет?

Босворт поднял вверх свои заметки, продолжая говорить:
— У меня здесь записано несколько сотен мест Писания, которые доказывают, что отношение Христа к больным людям является сегодня таким же, каким оно было всегда. Если вы сможете взять один из этих стихов Писания и доказать ложность моего тезиса оставшейся частью Библии, тогда нам нечего будет больше дискутировать об этом — я признаю свое поражение и уйду с платформы.

После этих слов Босворт предложил своему оппоненту копию этих ссылок на места Писания. Доктор Бест отказался прикоснуться к ним, сказав:
— Я займусь всем этим, когда поднимусь туда. Вы продолжайте говорить то, что собираетесь высказать.
— Тогда, мистер Бест, я задам вам один вопрос, и если вы ответите мне “да” или “нет”, я буду этим удовлетворен. Применялось ли к Иисусу искупительное Имя Иеговы? Да или нет? Доктор Бест и глазом не моргнул.

Босворт продолжал:
— Поскольку вы, доктор Бест, ученый, я знаю, что вы знакомы с семью составными именами Иеговы, которые разбросаны по всему Ветхому Завету. Однако я быстро рассмотрю их ради нашей аудитории. На 6-й и 7-й страницах моей Библии с примечаниями Скоуфилда доктор Скоуфилд пишет в своей сноске: “Иегова, несомненно, является искупительным Именем Божества и означает “Самосуществующий, Который открывает Себя”. Как Искупитель, Иегова имеет семь сложных имен, показывающих Его способность ответить на всякую нужду человека, начиная от его падшего состояния и до самого конца”. Мистер Скоуфилд перечисляет эти семь сложных имен:

1. Иегова-ире
- ГОСПОДЬ усмотрит Себе жертву (Бытие 22:14)
2. Иегова-рафа
- ГОСПОДЬ — Целитель наш (Исход 15:26)
3. Иегова-нисси
- ГОСПОДЬ — знамя наше (Исход 17:15)
4. Иегова-шалом
- ГОСПОДЬ — мир наш (Судьи 6:24)
5. Иегова-раах
- ГОСПОДЬ — Пастырь наш (Псалом 22:1)
6. Иегова-цидкену
- ГОСПОДЬ — оправдание наше (Иеремия 23:6)
7. Иегова-шаммах
- ГОСПОДЬ, пребывающий всегда (Иезекииль 48:35)

Женщина сказала, что поступит так. Даже не молясь за девочку, Билл дал указания ее матери:
— Возвращайтесь домой и снимите сегодня эту шину с ноги ребенка. Вы увидите, что ее нога будет нормальной. Приведите девочку снова сюда завтра вечером и засвидетельствуйте о великом деле, которое совершил Иисус Христос.

— Доктор Бест, я снова хочу задать вам мой вопрос. Применялось ли к Иисусу искупительное Имя Иеговы?
Доктор Бест изменил свою позу, однако не сказал ни слова.
— Еще бы, мистер Бест, я удивляюсь, что вы ничего не отвечаете. Это один из моих слабейших доводов. Уж не осознаете ли вы мою точку зрения? Если Имя Иегова-ире применимо к Иисусу — и каждый христианин согласится с этим — тогда Имя Иегова-рафа должно также применяться к Нему. Если Иисус является усмотренной Богом Жертвой для нашего спасения от грехов, тогда Он должен быть и нашим Исцелителем. Что вы скажете на это, мистер Бест?
— Я… а!… я разберусь с этим, когда выйду туда. Просто используйте свое время.

Итак, в течение последующих двадцати минут господин Босворт рассмотрел столько мест Писания, относящихся к исцелению, сколько успел за назначенное время, объясняя и сплетая их в убедительное “кружево” истины. Он затронул такие стихи Библии, как:

“…Я Господь, целитель твой”.
Исход 15:26
“Он прощает все беззакония твои, исцеляет все недуги твои”.
Псалом 102:3
“Когда же настал вечер, к Нему [Иисусу] привели многих бесноватых, и Он изгнал духов словом и исцелил всех больных, да сбудется реченное через пророка Исаию, который говорит: “Он взял на Себя наши немощи и понес болезни”.”
Матфея 8:16,17
“И ходил Иисус по всем городам и селениям, уча в синагогах их, проповедуя Евангелие Царствия и исцеляя всякую болезнь и всякую немощь в людях”.
Матфея 9:35
“И куда ни приходил Он [Иисус], в селения ли, в города ли, в деревни ли, клали больных на открытых местах и просили Его, чтобы им прикоснуться хотя к краю одежды Его; и которые прикасались к Нему, исцелялись”.
Марка 6:56
“И весь народ искал прикасаться к Нему [Иисусу], потому что от Него исходила сила и исцеляла всех”.
Луки 6:19
“…Бог Духом Святым и силою помазал Иисуса из Назарета, и Он ходил, благотворя и исцеляя всех, обладаемых дьяволом, потому что Бог был с Ним”.
Деяния 10:38
“Иисус Христос вчера и сегодня и вовеки Тот же”.
Евреям 13:8
(Господин Босворт повторил это место Писания, подчеркивая то, что это было основной темой во время всех кампаний Уилльяма Бранхама: Кем Иисус был в прошлом, Тем Он является в наши дни и будет таким на протяжении всей Вечности.)
“…ранами Его вы исцелились”.
1 Петра 2:24
“…се, Я с вами во все дни до скончания века”.
Матфея 28:20
“Верующих же будут сопровождать сии знамения: Именем Моим будут изгонять бесов… возложат руки на больных, и они будут здоровы”.
Марка 16:17,18
“И молитва веры исцелит больного, и восставит его Господь…”
Иакова 5:15
“…все, чего ни будете просить в молитве, верьте, что получите, — и будет вам”.
Марка 11:24
“Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, все возможно верующему”.
Марка 9:23

К тому времени, когда его тридцать минут истекли, господин Босворт охватил всего лишь небольшую часть тех мест Писаний, которые он выписал. Однако у собравшихся людей уже сложилось представление о том, что Иисус Христос-Спаситель является также Иисусом Христом-Исцелителем. Сейчас пришло время доктору Бесту выйти на сцену и опровергнуть это верование.

Доктор Бест начал свою речь с 15-й главы 1-го Послания к Коринфянам: “…Так и при воскресении мертвых: сеется в тлении, воскресает в нетлении… сеется в немощи, восстает в силе… Когда же тленное сие облечется в нетление и смертное сие облечется в бессмертие, тогда сбудется слово написанное: “поглощена смерть победою”.” Доктор Бест приводил доводы, что Бог заинтересован только в спасении душ людей, а не в исцелении их тел. В противном случае, христиане умирали бы только от старости, и ни от чего другого, потому что Бог исцелял бы их всякий раз, когда они заболевали бы. Поскольку христиане заболевают и умирают, как и все остальные люди, тогда где же исцеляющая Божья сила? Правда, Иисус исцелял, когда Он был на земле, однако это относилось только к Его дню для подтверждения того, что Он был Сыном Божьим. В наши дни исцеление больше не нужно в качестве доказательства, так как наше доказательство — записанный Новый Завет.

К тому моменту, когда полчаса доктора Беста начали истекать, было очевидно, что его доводы не оказали влияния на присутствовавших. Это привело доктора Беста в ярость.
— Только умалишенные святые скакуны верят в божественное исцеление, — закричал он. — Никакой истинный баптист не будет верить такой чепухе.

Фред Босворт подошел ко второму микрофону.
— Минуточку, мистер Бест. Я хочу спросить у этой аудитории: сколько баптистов, сидящих здесь, могут доказать, подтвердив письменным заключением от врача, что исцелились во время этих собраний в Хьюстоне? Пожалуйста, встаньте.
Поднялось человек триста.

Это вовсе ничего не доказывает, — фыркнул доктор Бест. — Люди о чем угодно могут засвидетельствовать.

Босворт спокойно сказал в ответ:
— В Слове сказано, что это истинно, и вот прямо здесь живое доказательство в людях. Как же вы можете продолжать отрицать это?
— Приведите сюда этого божественного исцелителя, и я посмотрю, как он будет это совершать, — в гневе закричал его оппонент.
— Мистер Бест, Брат Бранхам ведь не является никаким божественным исцелителем. Он никогда не говорил, что им являлся. Он просто просит Иисуса Христа исцелять людей.
— Приведите сюда этого божественного исцелителя и позвольте мне увидеть, как он исцелит кого-нибудь, — повторил доктор Бест.
— Мистер Бест, вы проповедуете спасение в Имени Иисуса Христа, не так ли?
— Да, проповедую.
— Делает ли это вас божественным спасителем?
— Конечно, нет.
— Что ж, тогда и проповедование исцеления во Имя Иисуса Христа не делает Брата Бранхама божественным исцелителем.
— Тогда объясните мне, почему он повесил на улице вывеску со словами “Чудеса каждый вечер”.
— Во-первых, я повесил эту вывеску. Тем не менее, слова на ней правильны. Чудо — это нечто, чего невозможно понять человеческим разумом. У Брата Бранхама есть сверхъестественный дар, который может проникать в жизнь людей и предсказывать будущие события. Его видения всегда сбываются таким образом, как он их видит. Это чудо. Такое происходит на собраниях каждый вечер. Вы можете прийти сюда завтра вечером, и будете наблюдать это со всеми присутствующими.

— Минуточку, — сказал доктор Бест. Он повернулся в сторону и показал жестом двум фотографам, чтобы они вышли вперед. Кипперман и Айерс были профессиональными фотографами из Студии Дуглас в Хьюстоне; они были членами Американской Ассоциации Фотографов. Доктор Бест лично пригласил их производить съемку этих дебатов, чтобы опубликовать фотографии в завтрашнем номере газеты; а поскольку он нанял их, то сам же намеревался контролировать содержание фотографий. Резко приставив палец прямо к носу своего оппонента, он сказал:
— Вот, сфотографируйте это.
После вспышки Бест поднес кулак к подбородку Босворта и рявкнул:
— Сделайте еще одну.
Он продолжал принимать высокомерные позы, пока не было использовано шесть негативов.

Фред Босворт сказал:
— Что касается меня, собрание закончено. Мистер Бест не может ответить ни на одно из тех мест Писания, которые я ему дал. Я думаю, что он проиграл эти дебаты. Сколькие из вас здесь придерживаются такого же мнения? Скажите: “Аминь”.
Под огромным сводом зала прокатилось громогласное эхо от голосов людей, кричавших: “Аминь”.

Доктор Бест яростно заорал:
— Приведите сюда этого божественного исцелителя, и посмотрим-ка, что он сможет сделать, когда я буду наблюдать за ним.

Босворт спокойно сказал:
— Я знаю, что Брат Бранхам находится здесь в здании, потому что я видел, как он вошел. Он не будет спорить с вами, доктор Бест, — это не в его стиле. Но поскольку мы подошли к концу этих дебатов, если он желает прийти сюда и распустить людей, я не буду возражать. Однако он не обязан это делать.

Люди по всему зданию начали оглядываться вокруг. Говард Бранхам положил руку Биллу на плечо и прошептал:
— Сиди спокойно.
— Я намереваюсь сидеть, — ответил Билл.

Однако спустя несколько мгновений он услышал тот свистящий звук, подобный дуновению вихря: “Хш-ш-ш-ш!” Затем он ощутил то неизбежное давление, сжимающее его тело, и понял, что у Ангела Господня были другие планы.

Билл встал.
Меда схватила его за руку, сказав:
— Дорогой, нет…
— Любимая, Ангел Господень велит мне пойти туда.

Когда Билл поднялся на платформу, мистер Айерс направил на него свой фотоаппарат. В то же мгновение Гордон Линдсей нарочно встал между ними, прося мистера Айерса и мистера Киппермана больше не фотографировать. Увидев мотивы этих двух мужчин при съемке господина Босворта, Линдсей не хотел, чтобы имидж Уилльяма Бранхама был так же запятнан.

Билл подошел к микрофону и сказал:
— Я сожалею, что эти дебаты должны были состояться. Не имейте плохого отношения к мистеру Бесту. Он вправе отстаивать свои идеи в такой же степени, как и я.
— Я вовсе не божественный исцелитель. Я никогда не утверждал, что являюсь исцелителем. Иисус Христос — единственный Божественный Исцелитель. Однако я скажу вот что: произошло нечто сверхъестественное в тот день, когда я родился. Это было в бревенчатой избушке в лесной глуши штата Кентукки. В старенькой лачуге не было пола — не было даже окна; был просто небольшой ставень, установленный в двери на уровне глаз. Спустя несколько минут после моего рождения, около пяти часов утра, тот ставень распахнули, и в избушку влетел Свет; он стал кружиться на кроватью, где лежала моя мама и держала меня на руках. С тех пор я осознал, что это Ангел Божий, потому что это сопровождает меня во все дни моей жизни. Это приходит на собрания в виде Света, и затем я могу видеть определенные вещи о людях — иногда об их прошлом, а иногда об их будущем. Я бросаю вызов любому человеку в любом месте, чтобы он сказал мне, где я хоть бы раз когда-нибудь сделал утверждение во Имя Господа, которое не исполнилось в точности так, как я об этом сказал. Бог есть Истина, и у Него не будет ничего общего с заблуждением. Если я свидетельствую об Истине, Бог засвидетельствует обо мне…

Снова Билл услышал тот звук — “Хш-ш-ш-ш!” — в этот раз громче, чем раньше. Посмотрев вверх, он увидел тот сверхъестественный Свет, зависавший на балконе третьего яруса, в 30-м отделении, в том самом месте, где он только что сидел. В этот же миг, когда Билл увидел его, Свет направился к нему.
В здании внезапно воцарилась тишина: люди в аудитории почувствовали, что происходит нечто необычное. Некоторые из них подумали, что им послышался странный звук. Другие же увидели спиралевидное свечение наподобие миниатюрной галактики, которое, кружась, спустилось с балкона. (Произошло это настолько быстро, что позже люди недоумевали, не было ли это обманом зрения.) Этот венчик Света спустился на платформу и повис прямо над головой Уилльяма Бранхама. В то же самое мгновение мистер Айерс выскочил вперед и сделал снимок своим фотоаппаратом. Яркая вспышка на несколько секунд ослепила собравшихся. К тому времени, когда их глаза снова привыкли к нормальному освещению, таинственный Свет исчез.

По пути в свою фотостудию оба фотографа обсуждали это сверхъестественное явление.
Айерс спросил у своего коллеги:
— Что ты думаешь об этом?
— Я еврей. О христианстве я знаю совсем немного, — ответил Кипперман, пожав плечами.
— А я католик, — сказал Айерс, — и нас учат, что чудеса могут происходить, но они должны совершаться через католическую церковь, иначе они не будут от Бога. Я раньше верил в это, но сейчас даже и не знаю. За прошедшие несколько дней я увидел, как произошли некоторые поразительные вещи. Может быть, здесь происходит нечто, что выше моего понимания. Возможно, я был слишком критичным по отношению к Бранхаму.
— Да, ты довольно сильно его критиковал.
— Что ж, я думал, что на днях вечером он загипнотизировал того солдата-инвалида. Как же иначе человек с переломанным позвоночником мог бы встать и ходить?
Кипперман снова пожал плечами.
— Затрудняюсь ответить. Я вообще ничего об этом не знаю.
В фотостудии Айерс сказал:
— Прежде всего, я проявлю пленку. Мистер Бест желает получить несколько снимков на глянцевой бумаге для завтрашнего номера газеты.
— А я устал, — ответил Кипперман. — Пойду-ка я наверх и прилягу ненадолго.

Мистер Айерс вошел в фотолабораторию, закрыл дверь и искусными пальцами проявил свою пленку. Завершив этот процесс, он включил свет и посмотрел на первый негатив. К его изумлению, он был засвечен. Такими же оказались второй и третий кадры. Как странно… Он часто использовал этот фотоаппарат и фотопленку этой определенной марки, и такое никогда раньше не происходило. Что же могло быть не в порядке? Он взглянул на четвертый, пятый и шестой кадры. Они также были засвеченными. Но когда он посмотрел на седьмой негатив, который был последним — там было изображение!

Айерс вскрикнул и отшатнулся. Острая боль обдала жаром его грудь, как будто у него случился сердечный приступ. Дрожа и тяжело дыша, он выбежал в коридор и стал кричать, зовя своего напарника.
Тед Кипперман тотчас же прибежал.
— Что случилось?
— Взгляни-ка на это, — сказал Айерс, указывая на негатив. — Это истина, Тед. Фотоаппарат не может солгать.

В течение десяти минут оба фотографа сделали несколько фотокопий этого негатива. На фотографии был вид Уилльяма Бранхама в профиль, с левой стороны; он был одет в темный костюм и опирался о кафедру. Он положил правую руку на кафедру и держал в пальцах листок бумаги. Левая же рука свободно свисала сбоку. С левой стороны на фотографии были видны два микрофона, которые были наклонены к евангелисту, как будто им не терпелось усиливать громкость его слов. Однако в этот определенный момент он как раз ничего не говорил. Рот его был закрыт, а лицо было спокойным. Черты лица Уилльяма Бранхама контрастно выделялись на темном фоне, подчеркивая его лысевший лоб, вертикальную складку кожи между носом и губами, легкую ямочку на подбородке и глубоко посаженные глаза, которые с напряжением смотрели на аудиторию.

Однако поразительнейшим элементом этой фотографии — элементом, от которого оба фотографа пришли в трепет, — была длинная, тонкая полоска света, находившаяся в наклонном положении в верхнем правом углу фотографии. Неужели это могло быть тем мистическим Светом, спускавшимся с балкона, который они видели? Кипперман внимательно рассмотрел эту полоску света. Края ее были неясно очерчены. Это само по себе сильно отличалось от всего остального. Другие линии на фотографии выделялись в четком фокусе, но края этой световой полоски были расплывчатыми, как будто свет пульсировал настолько быстро, что фотоаппарат не мог точно зафиксировать его кромки. Этот Свет, как нимб, повис над головой Бранхама. Это было похоже на божественное провидение.

Осознав, что они держали в руках предмет огромной ценности, оба фотографа помчались с фотографией в гостиницу “Райс Хоутэл”, где находился Билл. Несмотря на их просьбы, им не удалось передать сообщение через охранников, которые не допускали, чтобы кто-либо нарушал покой и уединение евангелиста. Поэтому они поехали в аэропорт, и к 11 часам в тот вечер негатив был на пути в Вашингтон, округ Колумбия, чтобы на него наложили авторское право.

На следующий день кто-то показал Биллу копию этой фотографии. Он выразил благодарность. На протяжении многих вечеров Билл видел то пламя Святого Духа во время своих собраний и рассказывал об этом присутствовавшим людям. Посредством этой фотографии Бог подтвердил истинность его свидетельства.

Фред Босворт напомнил всем о том, что это не впервые, когда Столп Огненный был сфотографирован на собраниях Билла. В каждом предыдущем случае критики подвергали эти фотографии сомнению. Может быть, в этот раз случится то же самое?

Гордон Линдсей заявил, что в этот раз будет по-другому. С согласия Студии Дуглас, Линдсей договорился, чтобы этот негатив был передан на экспертизу Джорджу Дж. Лэйси, частному эксперту, которого представители ФБР часто нанимали для исследования спорных документов. Лэйси взял негатив и в течение двух дней подвергал его всевозможным научным экспериментам. Помимо тщательного исследования самого негатива Джордж Лэйси также внимательно осмотрел фотоаппарат, чтобы убедиться, не просочился ли свет на пленку. Он даже посетил Колизей Сэм Хьюстон, чтобы увидеть, не вызвана ли эта аберрация отражением от прожектора.

Через несколько дней мистер Лэйси организовал пресс-конференцию. Помимо корреспондентов газеты “Хроника Хьюстона” (“Houston Chronicle”) там присутствовали редакторы журналов “Взгляд” (“Look”), “Коллиерс” (“Colliers”) и “Время” (“Time”). Билл сел в конце зала.

Джордж Лэйси сидел за столом в углу помещения. Представившись, он, с видом бывалого начальника полиции, сделал краткий обзор цели этого собрания. Затем он спросил:
— Кто здесь будет почтенный Уилльям Бранхам?
Билл встал.
— Я, сэр.
— Господин Бранхам, вы уйдете из этого мира, как и все прочие смертные, но пока будет существовать христианская нация, ваша фотография будет жить вместе с ней. Насколько мне известно, это первый случай за всю мировую историю, когда сверхъестественное существо было сфотографировано и научно доказано. Что касается меня, я также критиковал вас. Я читал о ваших собраниях в журналах и скептически слушал ваше утверждение об Ангеле. Я сказал в своем разуме, что это психология. Но мистер Бранхам, механический глаз фотоаппарата не воспримет психологию. На объектив упал свет. Негатив доказывает это. Мистер Бранхам, пожалуйста, пройдите вперед. Билл подошел к столу.

Джордж Лэйси продолжал:
— Неверующие часто говорят, что нет доказательства о сверхъестественном Боге. Эти дни теперь канули в прошлое. Господин Бранхам, возьмите, пожалуйста, негатив.

Билл покачал головой.
— Он не принадлежит мне. Насколько я понимаю, авторское право принадлежит Американской Ассоциации Фотографов.

Джордж Лэйси удивился.
— Господин Бранхам, вы не доживете до того дня, когда эта фотография обретет свою настоящую цену, потому что завещание вступает в силу после смерти завещателя. Однажды эта фотография будет продаваться в каждом универсальном магазине страны. Однако осознаете ли вы ее стоимость сейчас? Если бы мне пришлось сделать приблизительный подсчет, я оценил бы ее более чем в 100 000 долларов.
— Сэр, для меня это стоит жизни. Если Иисус Христос так заботился обо мне, что сошел и сфотографировался со мной, я слишком сильно люблю Его, чтобы извлекать из этой фотографии прибыль. Фотографию сделала Студия Дуглас; пусть тогда они распространяют ее. Я не буду иметь с этим ничего общего. Единственное, чего я прошу — это чтобы они продавали ее по довольно низкой цене, чтобы малоимущие люди могли купить ее копию.
— Мы так и поступим, — сказал Тед Кипперман, проходя вперед, чтобы взять негатив.
— Но меня беспокоит то, как мы сможем доказать, что фотография является подлинной.

Мистер Лэйси сказал:
— Я могу дать вам фотокопию моего отчета, которую вы могли бы размножать и раздавать с каждой продаваемой фотографией.

Билл прочитал этот отчет:

Джордж Дж. Лэйси
Эксперт по спорным документам
Здание Шелл
Хьюстон, штат Техас

29 января 1950 г.
ОТЧЁТ О ПРОДЕЛАННОЙ ЭКСПЕРТИЗЕ И МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Предмет экспертизы: спорный негатив

ЗАПРОС

Почтенный Линдсей запросил провести научное исследование упомянутого негатива. Он потребовал, чтобы я определил, если это возможно, и высказал свое мнение о том, была ли проведена ретушь негатива или обработка его иным способом после проявления пленки, что было бы причиной появления полоски света в положении нимба над головой почтенного Бранхама.

ПРОВЕДЁННАЯ ЭКСПЕРТИЗА

Было проведено макроскопическое и микроскопическое исследование всей поверхности обеих сторон фотопленки, которая представляет собой пленку фирмы “Кодак” (Eastman Kodak Safety Film). Пленка с обеих сторон была исследована в пучке ультрафиолетовых лучей, пропущенных через фильтр, и была сфотографирована в инфракрасном излучении.

ЧЛЕН АМЕРИКАНСКОГО ОБЩЕСТВА ЭКСПЕРТОВ ПО СПОРНЫМ ДОКУМЕНТАМ

ОТЧЁТ О ПРОДЕЛАННОЙ ЭКСПЕРТИЗЕ И МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА 
стр. 2 29 января 1950 г.

Микроскопический анализ пленки подтвердил отсутствие следов ретуширования, выполняемого известными способами. Кроме того, микроскопический анализ подтвердил отсутствие следов разрушения эмульсионного слоя пленки в исследуемом месте и вокруг него, где находится полоска света.

Исследования пленки в пучке ультрафиолетовых лучей позволили подтвердить отсутствие посторонних веществ, следов каких-либо химических реакций с обеих сторон негатива, которые могли бы послужить причиной появления венчика света на негативе. Снимок в инфракрасном излучении также не обнаружил следов, указывающих на какое-либо ретуширование фотопленки.

Проведенный анализ также не обнаружил на исследуемом негативе фотопленки ни монтажа негативов, ни двойной экспозиции.

Никаких доказательств того, что исследуемый венчик света явился результатом каких- либо манипуляций в процессе проявления пленки, не получено. Никаких доказательств того, что негатив был проявлен какими-либо другими неизвестными способами, не получено. Сравнительный анализ плотности светового пятна также не показал каких-либо отклонений от нормы.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

В результате проведенной экспертизы и исследований, я выражаю свое определенное мнение о том, что представленный на экспертизу негатив фотопленки не подвергнут ретушированию, не является результатом монтажа или двойного экспонирования.

Кроме того, я определенно заявляю, что венчик света над головой в положении нимба образовался в результате воздействия пучка света на негатив.

С уважением,
GJL/ll Джордж Дж. Лэйси
(George J. Lacy)


Билла это вполне удовлетворило. Какое же еще большее доказательство можно было бы преподнести? А люди пусть сами решают, верить этому или нет.

ПОСЛЕ каждой кампании на протяжении нескольких недель в офис Билла в Джефферсонвилле потоком шли свидетельства от людей, исцелившихся во время его собраний. В этот раз — после служений в Хьюстоне, штат Техас — многие люди упоминали о том, что в тот вечер, когда проходили те дебаты, они видели необычный свет вокруг головы Билла.

Типичное письмо пришло от мистера Беккера, торговца из Кливленда, штат Техас, страдавшего от ужасных спазмов в желудке. Хотя он не верил в божественное исцеление, его жена уговорила его посетить служения пробуждения, проводившиеся Биллом. Они пришли туда в тот вечер дебатов. Он написал: “Я увидел свет вокруг головы господина Бранхама, когда он стоял на платформе после окончания дискуссии. Это не было сиянием от лампы-вспышки; это больше напоминало нимб над его головой”. Когда Билл сделал призыв к алтарю, мистер Беккер встал и посвятил свою жизнь Иисусу Христу. Он присутствовал на последнем вечернем собрании и получил молитвенную карточку, но его номер не был объявлен. Тем не менее, его проблемы с желудком прекратились, когда Билл закончил кампанию в Хьюстоне общей молитвой об исцелении. Это вновь доказало истинность слов, которые Билл так часто говорил: “Чтобы исцелиться, вам нет необходимости становиться в молитвенную очередь. Вы просто должны иметь веру”.



Up