Оуэн Джоргенсен

Сверхъестественное: Жизнь Уилльяма Бранхама

Три свидетеля

Глава 61

1952



МЕДА БРАНХАМ снова постучала в дверь.
— Билл, с тобой все в порядке?
— Да, — ответил он, — заходи.

Меда вошла в спальню, держа на руках спящего ребенка.
— Билл, что-нибудь произошло? Несколько часов назад мне пришлось встать из-за Сарры, поэтому, пока была на ногах, я решила проведать тебя, но когда я подошла к двери, у меня появилось очень сильное чувство, что мне не следовало ее открывать. Я полагала, что происходило видение, поэтому села в гостиной и убаюкивала Сарру до сих пор.

Билл взглянул на часы. Стрелки показывали шесть часов утра. Ведь он находился в видении более трех часов!
— Да, дорогая, это было видение. Ангел Господень был здесь с трех часов ночи. Бог простил меня, и я оправлюсь от этих паразитов.
— О-о, Билл! — ахнула она. — Это замечательная новость!

Через несколько минут ее воодушевление поутихло и перешло в следующий вопрос:
— Билл, не мог бы ты сегодня навестить ту нервную женщину из Нью-Олбани? Она умоляет меня позвонить ей, когда на тебя в следующий раз сойдет помазание.
— Конечно, любимая. Скажи ей прийти около десяти часов утра. Прежде всего, этим утром мне нужно сходить в банк и осведомиться о тех чековых корешках для учета наших данных с подоходным налогом. Я также собираюсь позвонить доктору Лукасу и узнать, сможет ли он снова меня обследовать.

В то время как Меда звонила миссис Шейн, Билл сел и стал размышлять о значении того видения. Понять смысл первого места Писания не было слишком трудно, так как это соответствовало его несчастью в Южной Африке. Павел сказал тем морякам, что если бы они только послушались его и остались перезимовать на Крите, то не лишились бы своего корабля. Вполне очевидно, что у Павла также были трудности из-за людей, которые не верили, что он был водим Богом.

Павел пострадал из-за той ошибки вместе с людьми на корабле, однако по благодати Божьей никто не погиб. Что же касается Билла, для него этот урок был яснее ясного: он больше ни за что не будет придерживаться человеческих идей, когда Господь будет вести по другому пути.

Понять же, как 1-я глава Книги Иисуса Навина относится к нему, было более трудной задачей. “Как Я был с Моисеем, так буду и с тобою; не отступлю от тебя и не оставлю тебя”. Это, несомненно, было провозглашением Божьего обязательства по отношению к этому служению. Однако в чем же заключалась та особенная взаимосвязь между служением Билла и Иисуса Навина? Уж не поручал ли ему Бог вести церковь в духовную Обетованную Землю, в точности как Иисус Навин вел Израильтян в их естественную Обетованную Землю? Все наводило на эту мысль. “…ибо ты народу сему передашь во владение землю, которую Я клялся отцам их дать им…” Иисус Навин не только был главнокомандующим над детьми Израилевыми в их битвах при завоевании Ханаана, но по окончании этих сражений он разделил ту землю между двенадцатью коленами Израиля, направляя их к их земному наследию. Согласно словам апостола Павла, Бог обещал дать христианской церкви духовное наследие. “Но то скажу вам, братия, что плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления. Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся; вдруг, во мгновение ока, при последней трубе; ибо вострубит, и мертвые воскреснут нетленными, а мы изменимся. Ибо тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему облечься в бессмертие”. Билл недоумевал, призывал ли его Бог вести языческую церковь в ее духовное наследие.

Что бы еще ни подразумевалось в том видении, было очевидно, что Биллу предстояло пройти еще много битв, и Бог воодушевлял его смело идти вперед: “Вот Я повелеваю тебе: будь тверд и мужествен, не страшись и не ужасайся; ибо с тобою Господь, Бог твой, везде, куда ни пойдешь”. Взяв ручку, Билл открыл свою Библию с примечаниями Ч. И. Скоуфилда и вкратце записал содержание того видения на чистом листе в конце, чтобы всегда это помнить и иметь при себе.

Во время завтрака зашла теща Билла и спросила:
— Все ли у вас в порядке? Сегодня утром я пошла к раковине, чтобы помыть вчерашнюю посуду, и почувствовала, как Господь сказал мне: “Зайди к Биллу домой. Нечто произошло”.

Рассказав миссис Брой о частых появлениях Ангела ранее в это утро, Билл вспомнил нечто, сказанное в Библии: “…при словах двух свидетелей, или при словах трех свидетелей, состоится дело”. Она была его вторым свидетелем, подтверждая то, что сказанное ему Ангелом было истинно. Позавтракав, Билл позвонил доктору Лукасу.
— Я хочу пройти обследование сегодня утром.
— Зачем?
— У меня больше нет тех амеб.
— Нет, они еще находятся в тебе. Когда человек заражается этими паразитами, он страдает от них всю оставшуюся жизнь.
— В это утро Господь Иисус совершил нечто для меня. Я хочу, чтобы вы еще раз обследовали меня.
Доктор Лукас колебался.
— Э-э… ну… я ведь на днях уже обследовал тебя. Твой кишечник просто заполнен теми паразитами. Однако если хочешь пройти повторное обследование, тогда приди сегодня пополудни, и я снова тебя осмотрю.

Билл пришел в банк, как раз когда он открывался. Быстро справившись со своими делами, он стал было выходить, как вдруг почувствовал, что ему не следовало еще покидать здание. Отойдя в сторону, в фойе, он стал тихо молиться: “Господь Бог, что Ты желаешь, чтобы я сделал?” Он стоял там некоторое время, держа под мышкой портфель. Затем в его разуме проговорил Голос: “Посмотри на Боба Дэнисона”.

Боб Дэнисон, один из кассиров в банке, был старым знакомым Билла. Опустив голову, он стоял за одним из кассовых окошек. Билл подошел и радостно сказал:
— Доброе утро, Бобби. Как у тебя дела сегодня?

Когда Боб поднял голову, было видно, что глаза его наполнены слезами.
— Билли, я не знаю, как ты это воспримешь, но сегодня ночью я проснулся в три часа, и мне приснилось, что я должен рассказать тебе о моей проблеме. И вот ты здесь. Поэтому надеюсь, ты не будешь возражать.
— Ну что ты, Бобби, конечно, нет. Я тебя слушаю.
— Почти все мои родственники умерли от рака, и сейчас у меня все симптомы этой болезни. В течение последних нескольких дней я до смерти беспокоюсь.

Взяв Боба за правую руку левой рукой, Билл ощутил сильные вибрации демона рака. Левая рука Билла распухла и покраснела.
— Бобби, давай помолимся, чтобы Иисус Христос прикоснулся к твоему телу.
После всего лишь короткой молитвы вибрации прекратились. Рак исчез. “А вот и мой третий свидетель”, — подумал Билл.

К тому времени, когда он вернулся домой, миссис Шейн уже приехала. Поскольку из- за слишком сильного нервного расстройства вести машину она не могла, ее привезли две ее подруги. Билл попросил их подождать в гостиной, пока он будет беседовать с миссис Шейн в своем кабинете. К тому же, домой к Биллу пришел мужчина-баптист, желая, чтобы за него была вознесена молитва. Билл никогда не встречался с ним, но знал его по репутации, потому что раньше этот человек был профессиональным бейсболистом в команде города Луисвилла, штат Кентукки. Теперь же он чах от рака селезенки, и с точки зрения медицины эта болезнь была неизлечимой. Билл попросил его подождать в спальне.

Войдя в кабинет, Билл застал миссис Шейн ходящей туда-сюда и заламывающей себе руки. Он сел на стул и сказал:
— Здравствуй, миссис Шейн. Присаживайся, пожалуйста.
Резко сев на стул, она спросила, заикаясь:
— Бр—Брат Бранхам, а Ангел Господень здесь?
— Да, сестра, мы сидим в его присутствии.
— Отлично. Теперь ты можешь изгнать из меня этот злой дух. У меня такое чувство, что в любую минуту земля подо мной может разверзнуться и поглотить меня.
— Минуточку, сестра. Нам нужно узнать, кого мы будем изгонять. Давай сначала немного поговорим, — он желал отвлечь ее разум от этой проблемы, чтобы она успокоилась.
— Давай мы вместе совершим небольшое путешествие…
— Нет! — завизжала она. — Мне нельзя отправляться в путешествие!
Голос ее повышался с усиливавшейся истерикой.
— Пожалуйста, расслабься, — утешал ее Билл. — Я имел в виду умственное путешествие. Давай мысленно перенесемся в то время, когда Бог создал мужчину и женщину и поместил их в Эдемский сад.
Билл говорил мягко, успокаивая нервы миссис Шейн.

Вскоре он увидел небольшую черную машину, несшуюся в воздухе между ними.
— Ты когда-нибудь была в автомобильной аварии? — спросил он.
— Нет, Брат Бранхам. Почему ты спрашиваешь об этом?
— Я просто увидел нечто.
Он продолжал говорить, и вскоре видение возобновилось, раскрывая скверную истину.
— Ты вышла замуж во время второй мировой войны, и твоего мужа отправили во Францию. Тебе стало одиноко, и ты начала вести распутную жизнь с другими мужчинами. Однажды вечером ты была в черной машине со светловолосым парнем, и ты нарушила свой брачный обет. На обратном пути та черная машина чуть ли не столкнулась с поездом, когда вы переезжали через железнодорожный переезд.

Миссис Шейн вскрикнула и упала без чувств на пол. Меда вбежала в комнату, чтобы посмотреть, что случилось. При содействии супруги Билл помог женщине подняться и сесть на стул. Она неудержимо содрогалась и сказала, рыдая:
— Брат Бранхам, не смей никому говорить об этом!
— Сестра, именно здесь и кроется твоя проблема. И твое состояние ни на нисколько не улучшится, пока ты все это не исправишь. Мне неважно, сколько раз за тебя могут молиться. Они могут топать ногами и кричать, и вылить на тебя 200 литров елея, но это вовсе не поможет. До тех пор, пока в твоей жизни есть неисповеданный грех, тот демон имеет право находиться там. Если ты хочешь выздороветь, тебе придется признаться твоему мужу в совершении того греха и все исправить.
— Я уже призналась в этом, Брат Бранхам. Я уже давно исповедала это Богу.
— Ты согрешила не перед Богом. Ты замужняя женщина и ты согрешила против своих брачных обетов.
— Брат Бранхам, но я не могу сказать об этом мужу. Он ведь, несомненно, покинет меня.
— Сестра, ты знаешь, что я сказал тебе истину. Никто не знает о том грехе кроме тебя, того светловолосого парня и Бога. Ты сказала мне, что ходишь на лечение к психиатру в течение десяти лет. Он не смог вытянуть это из тебя. Однако в этом заключается твоя проблема. Она залегает глубоко в твоем подсознании. Ты вовсе не поправишься, пока не признаешься в этом своему мужу и очистишь свою совесть.
— Я не могу так поступить, — всхлипывая, сказала она. — У меня трое детей. Это ведь разрушит нашу семью.
— Ваша семья в любом случае разрушится, так как умственно ты не сможешь долго совладать с собой. Тебе лучше пойти к мужу и все это обсудить.
— Я—я не могу, — зарыдала она. — Я просто не могу этого сделать. Билл встал.
— Выбор за тобой, сестра. Я сделал все, что в моих силах. Я сказал тебе то, что Бог показал мне, и ты знаешь, что это истина. Все остальное зависит от тебя. Сейчас мне нужно идти в другую комнату и увидеться с мужчиной, у которого рак.
— О-о, Брат Бранхам, пожалуйста, не оставляй меня! — стала умолять она.

Вдруг Билл увидел мужчину, появившегося возле миссис Шейн. Он был высоким, с аккуратно причесанными волосами, и носил белую куртку. Он повернулся так, что Билл смог прочитать слово “CHEVROLET”, напечатанное на его спине. Билл сказал:
— Твой муж работает в автомобильной компании “Шевроле”, не так ли?
— Да, — сквозь слезы ответила она.
— Он высокий мужчина с темными курчавыми волосами, которые он зачесывает на бок.
— Да. Это правда.
— Он должен признаться тебе в совершении того же самого греха.
Миссис Шейн резко схватилась руками за щеки.
— Нет, только не мой муж! Он же дьякон в церкви.
— Мне неважно, как он выглядит снаружи; Бог видит его сердце. Во время войны, когда твоего мужа отправили в Англию, он встретился с девушкой и жил с ней. Но это еще не все. Всего лишь три дня назад он ускользнул с черноволосой женщиной, которая работает в его офисе. На ней было розовое платье. Они устроились под буком в зеленой машине “Chevrolet”, на которой был номерной знак штата Индиана. И прямо там он настолько же изменил тебе, как однажды ты изменила ему.

— Я знаю эту женщину, — сказала она, изумляясь. — И машину тоже.
— Тебе лучше пойти позвонить своему мужу и все это обсудить.

Пока Билл молился за мужчину, пораженного раком, миссис Шейн позвонила мужу на работу и попросила его встретиться с ней на дороге. Две ее подруги подвезли ее к тому месту и ожидали до тех пор, пока не приехал ее муж. Сев на переднее сиденье возле мужа, она начала медленно говорить:
— Я знаю, что все эти десять лет я высасывала у тебя деньги, посещая того психиатра каждую неделю. Но сейчас, похоже, я нашла корень этой проблемы. Однажды я сделала нечто, нечто скверное, что с тех пор не дает мне покоя. Я вынуждена сказать тебе это, и я надеюсь, что ты простишь меня.

Из дому он позвонил Сэму Эдеру:
— Доктор, сделай-ка Дэлберту еще один укол пенициллина.
— Билл, я уже ввел ему предостаточную дозу антибиотиков. Если это должно было чем-то помочь, то к этому времени ему уже стало бы лучше.
— А еще один укол повредит ему?
— Нет.
— Тогда не окажешь ли мне услугу? Как бы там ни было, введи ему еще один укол.
— Хорошо, но от этого ему не полегчает.

Когда она закончила исповедовать свой грех, ее муж вознегодовал. Она добавила:
— А три дня назад не гулял ли ты с секретаршей из твоего офиса? Не припарковали ли вы двое зеленую “Шевроле” под буком и не сделали ли то же самое, что и я?
Мистер Шейн косо посмотрел на жену и спросил:
— С кем это ты разговаривала?
— Я только что была у Брата Бранхама. Он рассказал мне это.
От этого откровения лицемерие автомеханика улетучилось, как воздух из проколотой шины.
— Дорогая, это истина. Если ты простишь меня, я прощу тебя. Я пойду в церковь и откажусь от должности дьякона, а ты откажешься от должности учительницы воскресной школы. Давай примиримся с Богом и будем правильно воспитывать наших детей.

Подъехав к дому семьи Бранхам, они в обнимку подошли к двери. Билл только что закончил молиться вместе с человеком, страдавшим от рака. (Тот пациент чудесным образом исцелился.) Билл сказал супругам Шейн:
— Я рад видеть, что вы уладили это между собой. Теперь мы можем призвать Имя Иисуса и заставить этого демона выйти.
Несколько минут спустя миссис Шейн стала совершенно новой женщиной.

ПОЗЖЕ в тот день Билл поехал в клинику. Хотя доктор Лукас был очень занят, он все же “втиснул” Билла в свое расписание.
— Итак, что ты говорил по телефону сегодня утром?
— У меня больше нет этих амеб.
— Господин Бранхам, ты, скорее всего, испытываешь временное ослабление этих симптомов. Такое иногда происходит. В медицинской терминологии это называется ремиссией.
— Нет, доктор, это не временное. Это постоянное. Я полностью исцелен.
— Ты принес мне пробу кала?
— Да.

Доктор Лукас отнес эту пробу в лабораторию клиники. Вскоре он вернулся.
— Мне хочется обследовать тебя больше.
Проведя это обследование, он сказал:
— Господин Бранхам, амебы все еще там, но они уже не активны. Мне никогда раньше не доводилось слышать, чтобы такое происходило, и у меня нет ни малейшего представления, что могло привести их в бездействие.
— Я знаю, что вызвало это, — с уверенностью произнес Билл. — Господь Иисус исцелил меня около трех часов в эту ночь.
Врач добавил:
— Мне придется регулярно обследовать тебя в течение трех месяцев, прежде чем я смогу сказать, что у тебя больше нет инфекции.
— Можете обследовать меня хоть каждый день, если хотите.

Проходя через приемную, Билл увидел коллегу доктора Лукаса, стоявшего на пороге своего кабинета и разговаривавшего с медсестрой.
— Мистер Бранхам, — сказал врач, подходя к нему, чтобы пожать руку, — приятно вновь увидеться с вами.
Билл стал мысленно молиться: “Господь, если Ты желаешь, чтобы я поговорил с ним о религии, тогда пусть он сам заговорит на эту тему. Я не хочу навязывать ему это”.

Врач сказал:
— А что вы думаете о тех племенах в Африке? Они все время прогрессируют, не так ли?
— Думаю, что да.
— В Южную Африку переселяют много жителей Ост-Индии, не так ли?
— Это правда. Почти половину населения Дурбана составляют индийцы.
— Я много читал об этом. Это индусы, не так ли?
— Многие из них индусы, но некоторые мусульмане.
— Умные люди эти индийцы. Фактически, на мой взгляд, Махатма Ганди был мудрейшим человеком, когда-либо жившим на земле.
— Каждый человек вправе придерживаться своего мнения. Но здесь я с вами не согласен. Я считаю, что мудрейшим был Иисус Христос.
— Держу пари, что у вас не было большого успеха в обращении тех индусов и мусульман в вашу религию, не так ли?
— О-о, совсем наоборот. У нас всего лишь в один день было около 30 000 обращенных.
— Что?! — выпалил врач, уронив сигарету на пол. — Тридцать тысяч обращенных в один день?!
— Если вы в этом сомневаетесь, можете позвонить Сиднею Смиту, мэру Дурбана, и спросить у него об этом. Вы узнаете, что при подсчетах мы, скорее всего, занизили количество обращенных.
— А вы уверены, что это были индусы?
— Многие из них были индусами. Когда они увидели в своих рядах движение силы Всемогущего Бога, они поверили, что это был Господь Иисус, точно как я и сказал им. Я лично наблюдал, как сотни индусок, приняв Христа, стирали со лба красную точку.

Все присутствовавшие в приемной, казалось, слушали этот разговор. Врач затушил туфлей тлевшую сигарету, которую он уронил. Затем он похлопал Билла по спине и сказал:
— Вот это да! Так вы, должно быть, гений.
— Нет, сэр. Я недоучка с семилетним образованием. Мой Господь Иисус является гением.
— О-о, я не знаю, что сказать по поводу этого, — ответил врач. — Мне до этого не дотянуться. Это заходит в некоторые крайности.
— Прошу прощения, доктор, что говорю с вами так прямо, но вы нечто упускаете. Вы умный человек, обладающий знанием. Однако знание может довести вас только до определенного отрезка. В Эдемском саду были два дерева. Одно из них было деревом познания, а другое — Деревом Жизни. Когда Адам ушел от Дерева Жизни, чтобы вкусить плод с дерева познания, он отделился от своего Творца. С тех пор человек продолжает вкушать от того дерева познания, и оно губит его. Он научился добывать и обрабатывать металл, и что же он создал? Мечи и стрелы. Затем он изобрел порох. Через какое-то время он создал автомобиль, который погубил больше людей, чем порох. Теперь же он изобрел атомную бомбу.
— Но если бы человек не изобрел всего этого, он все равно бы умер.
— Нет, не умер бы, если бы оставался с Деревом Жизни. Он жил бы вечно. Смерть появилась из-за того, что он ушел от Дерева Жизни к дереву познания. Однако человек по- прежнему может жить вечно, если он возвратится к Дереву Жизни, которое является Иисусом Христом.
— Насчет этого я не уверен, — пробормотал врач.
— Я не против образования, — продолжал Билл, подытоживая свою мысль. — Однако проблема, в которой вы, ученые, находитесь при всем вашем образовании, заключается в том, что вы пытаетесь все логически рассудить. Вы поднимаетесь по дереву познания так высоко, насколько можете, но когда вы оказываетесь так высоко, что уже не в силах подняться выше, тогда вы отвергаете все, чего не можете понять. Дерево познания неплохо, но когда вы на этом дереве поднимаетесь так высоко, что не в состоянии подняться выше, вам следует перепрыгнуть на Дерево Жизни и продолжать взбираться дальше. Именно в этом и заключается вера в Божье Слово.



Up