Оуэн Джоргенсен

Сверхъестественное: Жизнь Уилльяма Бранхама

Развязка в Индии

Глава 66

1954



ИЗ ГРЕЦИИ Уилльям Бранхам полетел в Эр-Рияд, столицу Саудовской Аравии, где он побывал с Бароном фон Блюмбергом на обеде у короля Сауда. Саудовская Аравия — строго мусульманская страна с антихристианскими законами, поэтому Билл не смог проводить там собрания. В середине последней недели сентября 1954 года он полетел оттуда в Бомбей, в Индию, где его встретили десятки христианских миссионеров и церковных лидеров.

Архиепископ методистской церкви Индии сказал ему:
— Мистер Бранхам, я надеюсь, что вы приехали сюда не как миссионер. Мы знаем о Библии больше, чем вы, американцы. Как-никак, это ведь восточная книга. Святой Фома проповедовал здесь Евангелие 1900 лет назад. Однако мы слышали, что Бог дал вам дар, который делает Библию вновь живой. Как раз это мы и хотим увидеть.
— Разумеется, — ответил Билл. — Я хочу показать вашим людям, что Иисус Христос вчера, сегодня и вовеки тот же.

Хотя ему сказали, что Бомбей переполнен нищими людьми, он не был готов попасть в такую круговерть столпотворения, кишевшего везде: люди теснились вдоль тротуаров и гурьбой выбегали на улицы, так что его такси, сигналя сиреной, должно было постоянно петлять, чтобы не столкнуться с ними. У людей в толпе преобладали черные волосы и темная кожа; некоторые из этих жителей выглядели даже чернее африканских негров. Все они были тощими и босыми. Многие женщины были одеты в традиционные сари, в то время как многие мужчины носили только набедренные повязки. Изобиловали разновидности одежды. Переводчик Билла указывал на представителей определенных этнических групп. Там ходили чернобородые сикхи, у которых на голове был тюрбан, а за поясом — длинный нож; бенгальские монахи-мистики, одетые в оранжевую одежду; мусульманские суфии, полностью одетые в белое и носившие козлиную бородку. Были там и тамилы с юга, которые вели карликовых свиней на поводке, продетом через дырку в ухе этих животных; на земле сидели факиры, чьи руки и ноги были в позе йоги; парсы поклонялись огню, стоя на коленях перед небольшим жертвенником, установленном на тротуаре; а джайны ходили с маской на рту, остерегаясь, как бы случайно не проглотить насекомое, что, согласно их верованию, считалось бы убийством. Кроме этого Билл видел уймы бедняков, розничных торговцев, факиров, монахов и купцов. Везде свободно ходили куры, козы и брахманские коровы.

Грязь на улицах была омерзительной. Везде были кучи мусора, разлагавшегося и вонявшего при жаре и влажности, в результате чего разводились тараканы, мухи, комары, крысы, и распространялись болезни и отчаяние. Здания высотой до десяти этажей, казалось, могли рухнуть в любую минуту. Один из миссионеров сказал Биллу, что в этих непрочных строениях находятся одни из самых высоких концентраций людей в мире: в некоторых частях Бомбея плотность населения достигает колоссальной величины — до 200 000 человек на одну квадратную милю.

Билл сам вырос в бедности и насмотрелся нищеты среди чернокожих людей на американском Юге и в Африке… Однако никогда раньше не приходилось ему видеть настолько нуждающихся людей, как эти нищие с протянутыми оловянными чашками. Они надеялись получить одну рупию, чтобы купить 230 грамм риса — пищи, которой могло хватить на три дня. Целые семьи, не имевшие крова, размещались на обочинах улиц. У них было место на тротуаре, которое они считали своим местом, и именно там они спали, в то время как пешеходы обходили их или наступали на них. Христианский миссионер объяснил Биллу, что всего лишь несколько лет назад Индия стала независимой от Великобритании. Внезапная потеря британской поддержки повергла эту огромную страну в банкротство. Производство достаточного количества пищи для 400-миллионного населения поставило перед правительством Индии трудную задачу. Миллионы индийцев ежедневно мучились от голода. Билл видел это по их глазам, особенно по глазам нищих: например, прокаженного, державшего оловянную чашку между двумя белыми обрубками, которые некогда были кистями его рук, и мальчика, пораженного элефантиазисом и волочившего огромную ногу, которая была похожа на пень дерева.

После регистрации в гостинице “Тадж-Махал” Билла отвезли обедать с мэром Бомбея и другими государственными чиновниками, включая Явахарлала Нехру — премьер-министра Индии, который был высокообразованным человеком и великолепно владел английским языком. Во время обеда Нехру посмотрел на своего гостя и сказал:
— Мистер Бранхам, я полагаю, что вам нездоровится..

Билл взглянул на свою тарелку, на которой были овечьи ножки, приготовленные с рисом и приправленные оливковым маслом. Это блюдо на вкус было таким пресным, что Билла чуть ли не тошнило.
— Думаю, что это просто зависит от еды. Она немного отличается от той, к которой я привык, — вежливо ответил он.

Такой ответ не убедил Нехру. Когда Билл вернулся в гостиницу, он увидел, что его ожидает личный врач премьер-министра, чтобы обследовать его. Все казалось нормальным до тех пор, пока врач не проверил его кровяное давление.
— Мистер Бранхам, вы чувствуете чрезмерную усталость?
— Да, сэр. А что такое? Что со мной не в порядке?
— Ваше кровяное давление понизилось до опасного уровня. Фактически, оно настолько низкое, что я не понимаю, как вы еще остаетесь в живых. Я советую вам возвратиться в Америку как можно скорее и пойти на обследование к вашему врачу.
— Сначала мне нужно провести два собрания здесь в Бомбее, — устало ответил Билл, — и затем я смогу отправиться прямо домой.

На следующий вечер его спонсоры отвезли его в большую епископальную церковь для проведения первого собрания. Правительство не позволило ему проводить кампанию на открытом воздухе, потому что они не могли гарантировать его безопасность. В январе одна евангелистка из Америки, миссис Дауд, приехала в Индию и провела несколько собраний под открытым небом на окраине Бомбея. Она рекламировала себя как христианку, проповедующую божественное исцеление, однако придала слишком большое значение деньгам. Когда она попыталась собрать пожертвование от бедных людей, присутствовавших на ее собрании, вспыхнул бунт. В голову миссис Дауд попал кирпич, и она тут же лишилась чувств, а два других человека были заколоты. Воспоминания о том фиаско до сих пор не покидали разум городских чиновников. (Теперь-то Билл понял, почему Господь велел ему отложить поездку до сентября.)

Епископальная церковь, где ему предстояло проводить собрания, была громадной. В самом святилище можно было разместить несколько тысяч человек, а на территории церкви под открытым небом могло поместиться в двадцать раз больше людей. К тому же, громкоговорители были установлены на протяжении многих кварталов вдоль каждой улицы возле церкви, поэтому переполненная толпа могла бы слышать служение. Сотни христианских пасторов и миссионеров в Бомбее и близлежащих местностях сотрудничали вместе для продвижения этих собраний. Этот факт наряду со всемирной известностью Уилльяма Бранхама привлек огромное множество людей. По приблизительным подсчетам мэра, собралось около 500 000 мужчин, женщин и детей. Установить точное количество людей было просто невозможно, однако Билл знал, что там было, по крайней мере, 300 000 человек, потому что именно это число Ангел упомянул ему в видении в феврале 1952 года.

В этот вечер Билл объяснил своей аудитории, что Иисус Христос, Сын Божий, тот же самый сейчас, каким Он был 19 столетий назад; поэтому, если Он воскрес из мертвых и жив сегодня, тогда можно ожидать, что Он будет действовать сейчас таким же образом, как и в те дни. Когда пришло время начать молитвенное служение, раздавать молитвенные карточки в такой громадной толпе было просто немыслимо, так что Билл попросил нескольких миссионеров выбрать сколько-то людей с тяжелыми заболеваниями и выстроить их в очередь. Один за другим они проходили вперед, и Билл говорил им, кто они такие, в чем заключались их проблемы, и затем он молился за них. Он не мог произнести их имен, поэтому говорил их по буквам, и все было точно до мельчайших подробностей. Однако, видя это сверхъестественное знание, присутствовавшие не обратились в христианство; они привыкли наблюдать, как индийские колдуны совершают различные необъяснимые трюки. Затем мать привела своего молодого сына по ступенькам к евангелисту. Она объяснила через переводчика, что ее сын глухонемой от рождения. В огромной толпе воцарилась тишина; все ожидали, навострив слух. Они слышали, как этот американец хвалился о силе своего Бога; теперь же им хотелось посмотреть, может ли Иисус на самом деле делать то, что, по словам американца, Он мог делать.

Билл стал молиться: “Господь, Ты обещал верующим-христианам, что когда мы попросим чего во Имя Твоего Сына, это будет дано нам, если мы будем просить по воле Твоей. Для того чтобы эти люди могли узнать, что Ты — единственный истинный и живой Бог, я повелеваю духу немому и глухому выйти прямо сейчас из этого ребенка, во Имя Иисуса Христа”.

Отойдя за спину глухонемого, Билл хлопнул в ладоши. Вздрогнув, мальчик подпрыгнул. Затем, повернувшись, чтобы посмотреть на Билла, ребенок произнес первый звук за всю свою жизнь. Микрофон уловил эти слова и усилил их для сотен тысяч людей. Аудиторию наполнил громкий шум восторженных голосов, которые никак не затихали. Собрание пришлось закончить раньше, чем намечалось. Однако почва для грандиозной развязки была уже подготовлена.

Более того, огромная толпа, собравшаяся во время кампании Бранхама, возбудила любопытство лидеров других религий Индии. Они спросили, будет ли у них возможность встретиться с американским евангелистом. На следующий день Билла отвезли в джайнский храм, где у него взяла интервью группа духовных лидеров, представлявших более десятка различных индийских сект: индуизм, даосизм, джайнизм, буддизм, конфуцианство, ислам, брахманизм, сикхизм, зороастризм и другие. Все эти лидеры отрицали христианство, и каждый из них задал Биллу вопрос или выразил критику.

— Если Америка является христианской страной, тогда почему же они сбросили атомную бомбу на Японию, убив 100 000 граждан? — сказал монах-джайн.
Калиф-мусульманин добавил:
— И почему же они разрешают женщинам ходить на улицах чуть ли не голыми?
Билл ответил, что не все люди в Америке живут согласно законам Иисуса Христа. Затем брахманский священник спросил:
— Если Иисус был таким святым Человеком, тогда почему Он должен был умереть?
Билл объяснил:
— Иисус не был обычным человеком. Сам Бог сошел на землю в облике Иисуса Христа, чтобы умереть за грехи человека и тем самым позволить человеку жить вечно.
Единственное требование, которое Бог установил — это чтобы человек поверил в то, что совершил Иисус.
— А как же смерть Иисуса может убрать наш грех и дать нам жизнь? — спросил буддистский монах.

Поскольку Индия кишела насекомыми, Билл использовал наглядный пример, который эти люди могли бы хорошо понять.
— Грех похож на смертоносную пчелу. В конечном счете, она ужалит каждого человека и умертвит его. Однако смерть находится в плоти, а не в душе. Ужалив, пчела оставляет свое жало в теле человека, поэтому она уже больше не сможет ужалить. Бог должен был стать плотью, чтобы вырвать у смерти жало. Именно это и сделал Иисус. Он позволил смерти ужалить Его, и таким образом Он лишил смерть ее власти. Итак, если любой человек поверит в то, что совершил Иисус, он сможет жить вечно. Иисус доказал это, воскреснув из мертвых.
Один из сикхов бросил ему вызов:
— Если Иисус воскрес из мертвых, тогда почему мы не можем его видеть?
Билл ответил:
— Я знаю, что христианские миссионеры представляли вам Иисуса Христа в виде библейских учений, брошюр, школ, больниц и сиротских приютов. Я все это поддерживаю, но, тем не менее, Христос не был полностью представлен вам. Если вы придете на мое собрание в этот вечер, вы увидите, как Иисус Христос будет представлен в Своей сверхъестественной силе.
К удивлению Билла, они согласились прийти.

В этот вечер для автоколонны Билла, окруженной полицейскими, понадобилось два часа, чтобы проехать через толпу и доставить его к епископальной церкви. Войдя в церковь, он изумился, увидев четыре ряда полицейских, стоявших перед кафедрой. В первом же ряде за полицейскими находились те религиозные лидеры, с которыми Билл беседовал в джайнском храме ранее в этот день.

Тысячи индийцев заполнили церковь до отказа. Снаружи здания толпилось около полумиллиона людей, желавших встать как можно ближе к громкоговорителям, чтобы слышать речь американского евангелиста. Во время своей проповеди Билл объяснял, почему Иисус Христос умер и воскрес из мертвых, вновь используя пример о том, как пчела, ужалив, лишается своего жала. Наконец, настало время Иисусу Христу явить Себя в силе. После того как через молитвенную очередь прошло сколько-то людей с внутренними проблемами, вперед вышел мужчина, у которого внешне было нечто не в порядке — нечто, что все могли видеть. Билли Поль провел за руку слепого человека мимо стены полицейских и поднялся с ним по ступенькам к своему отцу. Билл взглянул с состраданием на этого тощего мужчину, на котором была только набедренная повязка, и чьи глаза были белыми, как рубашка Билла.

Вскоре он увидел, как этот человек стал подниматься в воздух, переходя в видение и становясь все моложе и моложе, пока не достиг того возраста, когда он был еще зрячим. Появились и члены его семьи. Затем Билл увидел, как этот мужчина поклоняется солнцу с такой глубокой искренностью, что смотрит на него весь день напролет, пока сетчатая оболочка его глаз полностью не разрушилась от ультрафиолетовых лучей солнца. Теперь он был нищим. Видение закончилось, не показав никакого намека на чудодейственное исцеление слепца.

Билл разговаривал с нищим через переводчика, а звукоусилительная аппаратура усиливала его слова для миллиона ушей.
— Вы женатый мужчина, и у вас двое детей, два мальчика. Ваше имя… гм… — Он не мог произнести его имени, поэтому сказал его написание по буквам. — Вы религиозный человек, очень искренний. Вы поклоняетесь солнцу. Двадцать лет назад вы смотрели на солнце весь день, и от этого вы полностью ослепли. Это правда?

Бедняк подтвердил, что это истина. Поскольку в видении не было показано его исцеление, Билл просто намеревался помолиться за него и перейти к другому больному в очереди.

Внезапно то видение возвратилось. Вот то-то и оно! Билл увидел, как сам возлагал руку на глаза слепого мужчины, и в видении было показано, что произойдет после этого.

Билла объяла уверенность. В аду не хватило бы бесов, чтобы остановить это сейчас. Ведь эти видения всегда сбывались. Они не могли подвести, ибо это “ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ”!

Указывая рукой на религиозных лидеров Бомбея, сидевших в переднем ряду, Билл сказал:
— Джентльмены религий Индии, сегодня днем вы говорили мне о том, насколько велики ваши боги и какой незначительный Бог христиан. Теперь я хочу спросить у вас, что могут ваши боги сделать для этого человека? Я знаю, что вы скажете, что этот человек поклоняется неправильному богу, и вы попытаетесь склонить его к вашей точке зрения. Вы, буддисты, сделали бы из него буддиста; вы, магометане, сделали бы из него мусульманина. У нас в Америке происходит то же самое: методистам хочется, чтобы католики стали методистами; баптисты хотят, чтобы методисты стали баптистами, а пятидесятники хотят, чтобы все они стали пятидесятниками. Это всего лишь психология — перемена их мышления от одной философии к другой. Однако Бог, Который сотворил этого человека, может, конечно, восстановить и его зрение, не так ли? Что ж, тогда какой бог реален? Если один из богов, представленных здесь сегодня, сможет исцелить этого мужчину, согласитесь ли вы все поклоняться тому Богу и только Ему одному? Если вы согласитесь это сделать, поднимите руки.

Поднялся океан рук как внутри здания, так и снаружи.
— Джентльмены религий мира, вот ваш шанс. Может ли какой-нибудь из ваших богов вернуть этому человеку зрение? Если любая из ваших религий является настоящей, я бросаю вам вызов пройти вперед прямо сейчас и доказать это.

В аудитории вдруг стало тихо, как в библиотеке. На улице родители унимали своих детей, чтобы не упустить то, что могло бы произойти в ближайшие несколько минут. Билл чувствовал себя, как пророк Илия, стоявший на горе Кармил и бросавший вызов 400 священникам Ваала, чтобы они вышли на открытую проверку. Религиозные лидеры Бомбея не шевелились.
— Ваши священники и монахи невероятно тихие, — поддевал Билл. — Почему же они не выходят сюда, чтобы исцелить этого мужчину?
Никто не откликнулся на этот вызов.

— Потому что они не могут этого сделать, вот почему. И я не могу, но Иисус Христос может. Иисус может не только дать этому человеку Вечную Жизнь, но Он также может доказать это прямо сейчас, вернув ему зрение. Он показал мне видение о том, как это произойдет, поэтому если это не произойдет, тогда я лжепророк, и вы имеете право выгнать меня из Индии. Однако если это все же произойдет, вы обязаны принять воскресшего Иисуса Христа и поверить в Него. Вы сделаете это?
Вновь повсюду поднялись руки.

Возложив одну руку на глаза нищего, Билл стал молиться: “Небесный Отец, я знаю, что Ты вернешь этому человеку зрение, потому что Ты показал мне это в видении. Я побудил всех присутствующих здесь пообещать, что они примут Тебя как личного Спасителя, если Ты совершишь это. Бог, Который создал небо и землю, и Который воскресил Иисуса из мертвых, пусть теперь станет известно, что Ты есть Бог. Я прошу это во Имя Иисуса Христа”.

Как только Билл убрал свою руку с лица бедняка, мужчина прокричал что-то на своем родном языке, в результате чего толпа превратилась в сплошной “ураган” шума и движения. Он мог видеть! Переполненный радостью, нищий обнял Билла, затем побежал по платформе и обнял полицейского; потом он повернулся и обнял мэра Бомбея, не переставая кричать: “Я вижу! Я вижу!”

Полицейские сжали свои ряды, чтобы удержать натиск аудитории, но эти усилия были напрасными. Толпа хлынула вперед подобно океанской волне, накатывающейся к берегу: прокаженные отцы и матери с больными детьми — все они старались прикоснуться к американскому евангелисту. Остановить это “цунами” полицейские были не в силах. Они поспешно увели Билла и Билли Поля назад к выходу, в то время как отчаянные люди хватались за Билла с другой стороны. Он с трудом смог обрести безопасность в ожидавшей его машине, лишившись только своей обуви и карманов пиджака, которые оказались в хватке тех тянувшихся рук.

На следующее утро Билл стоял у окна своего гостиничного номера и смотрел вниз на улицу. Она была похожа на муравейник: черные головы двигались во все направления, рикши пробирались сквозь толпу, и розничные торговцы предлагали свой товар прямо возле нищих, умолявших о милостыни, которая могла бы немного удовлетворить их голод на один день. Все это зрелище так сильно встревожило Билла, что он не мог есть свой завтрак. “Они ведь люди и настолько же вправе кушать, как мои Сарра и Бекки”, — подумал он. Взяв апельсины и крекеры, которые были в его комнате, он вышел на улицу и раздал их тем людям, которые, на его взгляд, были самыми нуждающимися. Вокруг него образовалась толпа; люди протягивали руки и умоляли. Когда еда кончилась, Билл стал опустошать свои карманы, отдавая все до последней рупии, которая осталась в его миссионерском фонде. После этого его благотворительные средства иссякли, а нищие по-прежнему теснили его, умоляя о милостыни на непонятном ему языке. Он понимал выражение их лиц, и отчаяние, написанное на тех ликах, сжало Биллу сердце, вызывая у него приступы мучительной боли — особенно, когда он увидел молодую мать, на чьем лице оставались следы какой-то болезни. Одной рукой она прижимала к себе своего истощенного ребеночка, а другую руку протягивала к Биллу, умоляя его дать ей что-нибудь, чтобы накормить своего голодного малыша. Он больше ничего не мог дать, поэтому возвратился в гостиничный номер со страждущим сердцем и обремененным духом. В тот день пополудни Билл полетел домой.



Up