Оуэн Джоргенсен

Сверхъестественное: Жизнь Уилльяма Бранхама

Меч Царя

Глава 87

1963



ГОРОД ТУСОН, в штате Аризона, представляет собой пустынный оазис, расположенный в 65 километрах на север от границы Соединённых Штатов и Мексики. В 1963 году в Тусоне проживало около 300 000 человек. Население города увеличивалось в зимние месяцы, когда сотни посетителей из холодных северных штатов приезжали насладиться тёплым климатом Аризоны. Местные жители называли их “перелётными птицами”. Весной многие из этих “перелётных птиц” возвращались после “зимовки” на север во избежание сильной жары тусонского лета. Некоторые люди, конечно, оставались в Тусоне, и из года в год город рос.

В Тусон Уилльям Бранхам приехал со своей семьёй около полудня в пятницу, 4 января 1963 года. Хотя до этого он посещал Тусон несколько раз, широкие улицы с четырёхполосным движением по-прежнему производили на него сильное впечатление. Простор и пространство — богатство Юго-запада. А вот в водных ресурсах там недостаток. Билл заметил малое количество газонов. Многие люди, экономя воду, украшали свои дворы кактусами и другими местными растениями. Большинство домов было построено из кирпича, и у многих были оштукатуренные стены и испанского стиля крыши из керамической черепицы. Однако больше всего в Тусоне Билл поражался цепью зубчатых гор, окружающих город с трёх сторон. Каталинские горы, расположенные в северной части Тусона, отмечают южную конечность Континентальной Границы.

Прежде всего, семья Бранхам заехала к Норманам. Джин Норман отвёл их к небольшому дому, который он взял для них в аренду. Джин предполагал, что он будет слишком маленьким для семьи из пяти человек, но это было единственным помещением, которое он смог найти в пределах месячной арендной платы, которую упомянул ему Билл. Билл поблагодарил его, и затем члены его семьи вынесли из машины все свои пожитки. Позже на этой неделе в Тусон приехал Билли Поль со своей женой, Лойс, и их малолетним сыночком. Билли Поль снял больший дом, в котором он мог бы отвести место как для проживания, так и для своего офиса, чтобы координировать оттуда евангелистические кампании своего отца.

В понедельник утром Меда зачислила своих детей в школу. Ревекке исполнилось 16 лет, и она уже наполовину закончила учёбу в 10-м классе средней школы. Сарре было 11 лет, и она училась в 6-м классе, а 7-летний Иосиф пошёл во 2-й класс.

Вскоре Билл снял для своей семьи дом побольше — вернее, он взял в аренду два дома или же обе части двухквартирного дома. У него было два адреса: 3908 и 3910 Парк Авеню. Обе квартиры были небольшими по сравнению с его домом в Джефферсонвилле, но, по крайней мере, в них для его семьи было больше места, чем в том доме, который нашёл для них Джин Норман. Поскольку Билл не знал, как долго оставаться в этом городе согласно Божьему желанию, эти две квартиры удовлетворят его на данное время. Если же Бог велел бы ему обосноваться в Тусоне для постоянного жительства, то позже он мог бы подыскать себе больший и более подходящий дом.

В субботу, 12 января 1963 года, Билл проехал 160 километров на север и начал проводить двухнедельную евангелистическую кампанию, во время которой ему довелось проповедовать в десятке церквей, находящихся в самом городе Финиксе или в его окрестностях. В воскресенье днём, 27 января, он завершил это евангелистическое турне в гостинице “Рамада Инн”, где он проповедовал для Предпринимателей Полного Евангелия на тему “Абсолют”. Он показал, насколько важно для нашего общества понятие абсолюта, используя примеры о судьях на бейсбольных матчах, светофорах на уличных перекрёстках и о принятии судебных решений в Верховном суде США. Билл взял текст для своей темы из Послания к Филиппийцам 1:20-22, где Павел сказал: “Ибо для меня жизнь — Христос, и смерть — приобретение”. Иисус Христос был Абсолютом апостола Павла — Источником всей его силы и основанием для всех его решений. Так же должно быть с каждым христианином. Билл сказал:
— В этот ядерный век неразберихи христианину нужно нечто большее, чем просто опыт переживания через примыкание к церкви. Вам нужен якорь, абсолют, который, как вы знаете, не подведёт. Церкви подведут, и люди подведут, но Христос не может подвести. Он для верующего — Абсолют. Если Христос является вашим Абсолютом, и вы привязаны к Нему, тогда вы привязаны к Божьему Слову. А как же вам узнать, имеете ли вы правильный абсолют или нет? Если вы прочитали в Писании нечто, что Христос поручил нам делать, и затем кто-то вам говорит, что это было всего лишь для учеников Иисуса, или это относится к кому-то другому, — и вы верите тому человеку, а не Писанию, тогда не Христос является вашим Абсолютом; тот человек, который исказил Писание и увёл вас с истинного пути, является вашим абсолютом. Вашим Абсолютом должен быть Христос, Слово. Не допускайте, чтобы что-то увело вас с пути Слова. 
— Когда Бог дал человеку Святого Духа, Он обратил его лицом к Голгофе и поместил перед ним Слово. Так вот, с обочин той большой дороги будут подниматься небольшие вьющиеся растения; они подползут и обовьются вокруг того деревца, и вам это покажется таким безобидным. Но не успеете оглянуться, как это так ухватится за вас, что станет тянуть вас в неправильную сторону и будет склонять вас на ложный путь. И именно так в нашу среду проникли мирские философствования, что теперь они начали тянуть нас к мирскому. Вам нужно взять отточенный обоюдоострый меч Божьего Слова и с помощью него освободиться от всего мирского, чтобы вы могли стоять прямо на этом Слове, потому что оно является Окончательным Принципом; это Абсолют для каждого верующего.
— Мужчина или женщина, наполненные Святым Духом, скажут “аминь” на каждое Божье обетование. Кто-нибудь, возможно, вам скажет: “Дни чудес прошли. Нет никакого божественного исцеления. Крещение Святым Духом было для другой эпохи”. Затем вы читаете в Библии то, что сказал Пётр в день Пятидесятницы, когда все они, испытывая угрызения совести, захотели узнать, что им делать, чтобы получить спасение. Так вот, если примыкание к церкви было бы ответом на это, он бы сказал: “Вы должны найти поместное тело и присоединиться к церкви”. Но он этого не сказал. Он дал им точные указания, что им нужно делать. Он сказал: “Покайтесь, и да крестится каждый из вас во Имя Иисуса Христа для прощения грехов, — и получите дар Святого Духа; ибо вам принадлежит обетование и детям вашим и всем дальним, кого ни призовёт Господь Бог наш”. Существует Абсолют. Христианин, исполненный Святого Духа, всегда будет верить и поступать по Божьему Слову.

Вернувшись в Тусон, Билл отдыхал, так как отдых ему был очень необходим. В груди же он по-прежнему чувствовал давление от неопределённости, давившей на него подобно быку, который прижимает ковбоя к ограде загона. Как бы он ни отгонял это гнетущее состояние, оно всё равно возвращалось.

Однажды утром, вскоре после приезда из Финикса, Билл проснулся рано утром и лежал в постели, размышляя о своём будущем и недоумевая, почему Господь отправил его на Запад. Он мысленно просматривал своё недавнее видение об Ангелах, пришедших к нему в форме пирамиды. То видение началось со взрыва. Как же простой смертный мог бы остаться в живых после такой мощнейшей ударной волны? И, тем не менее, Билл слышал, как Иосиф звал его. Что же это значило? Если Господь намеревался взять его Домой, тогда ему пришлось бы распорядиться, чтобы его церковь взяла на себя заботу об его семье. Возможно, члены церкви могли бы выделять его семье денежное пособие. Билли Полю было почти 28 лет, и он мог сам позаботиться о себе, но Билл беспокоился об остальных членах своей семьи, поскольку в вопросах материального обеспечения они всецело зависели от него.
Тут он услышал в голове тихий голос, который проговорил: “Езжай в Каньон Сабино”.
Не позавтракав, Билл вышел из квартиры и поехал на северную окраину Тусона — туда, где, круто вздымаясь, Каталинские горы не позволяли городу простираться в том направлении. Он пошёл на восток по дороге, которая вилась параллельно горам, сиявшим медным блеском в лучах утреннего солнца. Эту горную цепь рассекали многочисленные ущелья. Один из этих каньонов был теперь национальным парком-заповедником. Билл въехал в Каньон Сабино и продолжал путь в машине вверх на север по узкой дороге, проложенной вдоль ручья Сабино. В зимние месяцы в речушке было много воды в результате таяния снега со склонов горы Леммон. Вода переливалась из одного омутка в другой, из одной заводи в другую, то петляя вокруг громадных валунов, то перепрыгивая через них, и орошая почву для различных деревьев: сикоморов, трёхгранных тополей, ив, ясеней и пеканов с продолговатыми орешками. Сначала речка струилась справа от Билла, но в пределах полутора километра он несколько раз пересёк её по каменным мостам, так что затем она оказалась с левой стороны. Вскоре дорога оторвалась от ручья и стала взбираться ввысь на несколько сотен футов, заканчиваясь парковочной стоянкой, откуда ответвлялись тропы для любителей горных прогулок.

Билл пошёл по тропе, которая крутыми извивами скользила вдоль восточной стены каньона. Теперь он уже был поверх деревьев, слушая переклички местных птиц, порхавших внизу. Откуда-то сверху, с пологих утёсов, голубок ворковал своей голубке. На западный склон Каньона Сабино уже ложились розовые блики рассвета, однако вдоль восточного склона Билл шёл в тени громадных утёсов, высившихся над его головой.

Здешний ландшафт — ботаническая страна чудес. Высокие кактусы-цереусы с мясистыми отростками чётко вырисовываются на нижних склонах каньона подобно гигантским канделябрам, а меньшие разновидности кактусов, такие как бочковидный кактус и опунция, отстаивают свои ниши среди скал. К тому же, здесь растут пустынные кустарники: мескитовые деревья и пало-верде. На ветвях этих кустарников шипы, скрытые за множеством крохотных восковидных листочков. Прямо над Биллом склон каньона переходил в отвесный утёс высотой в сотни футов. Не многим растениям удавалось приютиться на тех скалистых высотах.

После двадцатиминутной ходьбы Билл подошёл к небольшим пологим зубчатым отрогам — скоплению промежуточных кряжей, расположенных намного ниже самых высоких утёсов и, тем не менее, довольно высоко над дном каньона. Он взобрался на одну из ближайших таких каменных гряд и остановился отдохнуть на сравнительно плоском месте возле её вершины. Высоко над его головой выступало ещё несколько скалистых отрогов, однако для осуществления своей цели он не намеревался лезть выше этого места. Тут он заметил оленя, стоящего на звериной тропе чуть ниже на склоне горы. Билл стоял как вкопанный, наблюдая, как олень поднял голову и стал прислушиваться к шорохам и звукам опасности. Единственным звуком, доносившимся до слуха Билла, было слабое журчание ручья, которое сливалось с лёгким дуновением ветерка. Вдруг сильный порыв ветра сорвал с его головы шляпу, и она пролетела, кувыркаясь, несколько метров, прежде чем упала “в объятия” кактуса-окотильо. Испуганный этим неожиданным движением, олень пустился наутёк.

Сняв шляпу с колючих стеблей, Билл встал на колени возле этого кактуса-окотильо. Окотильо (или фукиера) — кустарник, но у него нет центрального ствола, так как все его ветви выходят из одной срединной точки в земле. Ветви эти покрыты листьями, и за каждым листочком скрывается двухсантиметровый шип. Окотильо родственен колючему растению, распространённому в Израиле, из которого давным-давно некий римский воин сплёл терновый венец и надел его на голову Иисуса Христа в день Его распятия.

Положив Библию на землю, Билл повернулся лицом к восточным утёсам, поднял руки над головой и стал вслух молиться: “О Господь, что же значит тот взрыв в последнем видении, которое Ты показал мне? Означает ли это мою смерть? Я не боюсь умереть, но мне нужно знать об этом, чтобы я мог приготовить мою семью. Если Ты намереваешься вскоре забрать меня Домой, то пусть это произойдёт здесь, в горах, где никто не найдёт моего тела. Может быть, однажды Ты позволил бы Иосифу найти мою Библию, лежащую здесь”.

Вдруг Билл почувствовал, как нечто твёрдое коснулось его правой руки. Пальцы его инстинктивно ухватились за этот предмет, и, открыв глаза, он посмотрел на это. Он сильно изумился при виде зажатого в его руке обоюдоострого меча с клинком, направленным вверх, к небу. Билл опустил руку, чтобы внимательнее рассмотреть эту диковинку. Гарда эфеса выглядела золотой, а рукоятка, похоже, была жемчужной. Солнце взошло как раз на достаточную высоту, так что свет зари проходил через горную седловину на восточном горизонте каньона, и в потоке ярких лучей лезвие меча сияло блеском нержавеющей стали. Режущие края клинка выглядели острыми как бритва. Билла обуревало смешанное чувство очарования и отторжения к этому метровому клинку. Он всегда приходил в страх при виде меча и был рад, что не жил в те времена, когда споры зачастую решали с помощью мечей. 
“Странно, — сказал Билл и взмахнул мечом, рассекая со свистом воздух, — он настолько же реален, как и любая вещь, какую я когда-либо держал в руке. Где-то совсем рядом со мной находится Тот же Бог, Который сотворил овна для Авраама; Тот же Самый Бог, Который сотворил для меня тех белок в Индиане и Кентукки. А теперь Он сотворил этот меч. Но что же мне нужно с ним делать? Я знаю, что цари использовали свои мечи для посвящения героев в рыцари. Может быть, это означает, что я должен возложить на кого-то руки и посвятить его в служители”.
Билл изумился, услышав Голос, пророкотавший с высот каньона: 
— Это меч Самого Царя! 
— Но зачем же мне дан царский меч? — спросил Билл с не развеявшимся сомнением. 
— Не царский меч, — ответил Голос, — а меч Царя! 
Тут меч внезапно исчез в лучах солнечного света. Хотя сейчас рука Билла была пустой, сердце его было переполнено. Теперь-то он всё понял. Бог является Самим Царём, а меч Царя — это Его Слово, Библия: Компас, которым Билл руководствовался в своей жизни; Абсолют, на который он поставил свою вечную участь. Пока его колотящееся сердце переходило к нормальному сердцебиению, он почувствовал, как Господь тихо проговорил к нему, подобно внутреннему голосу: “Не бойся смерти. Это Третий Рывок твоего служения”.
Подняв с земли Библию, Билл побежал к машине, оглашая воздух радостными криками, которые отзывались эхом между золотисто-бурыми стенами каньона. Теперь он был вполне доволен, что то видение об Ангелах не означает его смерть — по крайней мере, ему было позволено ещё жить. Прежде чем забрать его с этой земли, Бог желал, чтобы он сначала совершил нечто более значительное.

Несколько дней спустя Билл попросил Билли Поля выслать всем адресатам Кампаний Бранхама почтовые открытки с информацией о том, что с 17 по 24 марта он будет проводить в Джефферсонвилле серию особых собраний. В феврале он проповедовал только один раз, причём в самом Тусоне, поэтому ему не нужно было ехать куда-то далеко. Хорошо отдохнув, перед поездкой в Джефферсонвилл, он предвкушал охоту на явелинских свиней.

Явелинская свинья (или ошейниковый пекари) — американский аналог европейской свиньи, хотя отличается от одомашненных свиней: она меньше, мускулистее и хорошо приспособлена к жизни в суровых условиях пустыни на юго-западе США. В этом году охотничий сезон в Аризоне начинался в пятницу, 1 марта, и длился до 10 марта. Первоначально Билл планировал начать охоту в первый же день открытия сезона. Его планы изменились, когда он получил длинную телеграмму от женщины из Техаса. Она умоляла его приехать в Хьюстон и попросить судью смилостивиться над её сыном, которому грозила смертная казнь за его преступления. Прочитав в газете об этом судебном деле, Билл почувствовал, что если не попытается спасти жизнь этому молодому человеку, тогда он уже больше никогда не сможет охотиться. Он отложил свой выход на охоту и запланировал короткую поездку в Хьюстон. К тому же, он позвонил пастору в Хьюстоне, который просил его провести собрание в его церкви, если он когда-либо будет в этом городе.

В воскресенье, 3 марта 1963 года, Билл и Билли Поль поехали в Хьюстон, штат Техас. В понедельник утром Билл присутствовал в зале суда и выступил там с речью. Вечером в понедельник он проповедовал в городском здании “Сити Аудиториум” и затем сразу же после служения отправился домой. Друзья отвезли его назад в Тусон, а Билли Поль тем временем продолжал путь на северо-восток, в Джефферсонвилл.

В среду, 6 марта, Уилльям Бранхам, Фред Сотманн и Джин Норман уложили палатки, винтовки и другое походное снаряжение в грузовик-пикап Сотманна и поехали по шоссе на восток в Уилкокс. Затем они повернули на север и продолжали путь по грунтовой дороге, пока не прибыли в гористую местность, окружающую небольшие посёлки под названием Бонита и Сансет, в штате Аризона. В тот день они разбили лагерь в высохшем речном русле, недалеко от лицевой стороны утёса, огибавшего их подобно пальцам громадной руки, сложенным пригоршней в горизонтальном положении. Дно этого ущелья было сплошь покрыто мескитовыми деревьями, в тени которых охотники на привале могли хорошо укрыться от солнцепёка. В четверг Билл застрелил явелинскую свинью, однако его товарищи возвратились в лагерь с заряжёнными ружьями. Поскольку теперь он знал основное место передвижения стада степных кабанов, он полагал, что на следующий день сможет помочь Фреду и Джину убить ошейниковых пекари.

В пятницу, 8 марта, когда стала заниматься заря, Билл направил Фреда и Джина в одну сторону, а сам пошёл в другую, намереваясь направить явелинских свиней ближе к местонахождению своих друзей. Это местность, покрытая чапаралем, на которой преимущественно растут мескитовые деревья высотой от 3 до 7 метров, в зависимости от глубины почвы. Из-за значительной высоты столовой горы Рэттлснейк Мейса над уровнем моря, здесь более холодный климат, поэтому массивные кактусы-цереусы, с вертикально направленными отростками, расти здесь не могут, зато другие разновидности кактусов, такие как опунция и бочковидный кактус, в данных условиях изобилуют. Самая густая растительность покрывает дно каньона и служит хорошим укрытием для степных свиней. Билл взобрался на гребень скал на вершине этого каньона, чтобы легче заметить маскирующихся кабанов. Теперь перед ним открылся прекрасный вид на гряду скалистых хребтов, переходящих в более высокие пики этой умеренной горной цепи. Гора Сансет виднелась километрах в пятнадцати на юге от Билла. Тусон находился на юго-западе, почти в 65 километрах оттуда.

В течение нескольких часов шёл он то по возвышенностям, то по ложбинам, часто останавливаясь, чтобы рассматривать всю местность в бинокль. Около 8 часов он заметил Джина и Фреда на расстоянии полутора километров от него. Фред находился на другой стороне каньона. Билл помахал рукой, и Фред помахал ему в ответ. Солнце, сияющее в безоблачном небе, испарило утреннюю прохладу, и от усиливающегося зноя капли пота стали стекать с матерчатой ленты внутри чёрной шляпы Билла. Он сел на камень отдохнуть и положил ружьё на колени. Заметив шишечку репейника, прицепившуюся к штанине, он оторвал эту колючую головку и стал разглядывать её, держа между большим и указательным пальцами. Среди этих пустынных гор репейник не был широко распространён, однако Биллу почему-то показалось, что именно эту колкую шишечку он уже где-то видел.

Вдруг уголком глаза Билл уловил какое-то движение внизу, в ущелье. В пятистах метрах от него, возле можжевелового дерева, появилась явелинская свинья. Через бинокль Билл увидел около двадцати кабанов, пробирающихся сквозь заросли. Об опасности они ничего не подозревали. Билл уронил шишечку репейника и медленно отполз оттуда, где сидел. Когда явелинские свиньи скрылись из виду, он встал и побежал за горный хребет, а затем спустился по оленьей тропе на дно каньона. На бегу, он пытался придумать, как лучше всего подогнать кабанов вверх по ущелью к своим товарищам, чтобы они могли точно выстрелить в них.

ТАРАРАХ!!! Внезапно взрыв неимоверной силы потряс землю, отчего поднялась пыль, и камни величиной с ведро покатились по склонам ущелья. На мгновение Биллу показалось, что кто-то выстрелил в него. Посмотрев на запад, он увидел пирамидальную плеяду из семи Ангелов, приближающихся к нему быстрее сверхзвуковых реактивных самолётов. Эти Ангелы были могущественными существами, облечёнными в белые одежды; крылья их были занесены назад, а руки протянуты вперёд. Не успел он сделать выдох, как они окружили его, и, казалось, подняли его в воздух. Небо и земля вокруг него шли кругом и вертелись, а чувства тем временем напряглись до предела человеческого восприятия. По обе стороны Билла нависали три Ангела, осанка которых была направлена под углом вверх, и один Ангел над ними завершал этот треугольник. Ангел, находящийся в правом нижнем углу пирамиды, привлёк его внимание. Ярко-белое свечение этого Ангела превосходило в силе сияние остальных Ангелов, будто каким-то образом он был более значительным, чем его собратья. Этот Ангел был седьмым по счёту слева направо. Билл почувствовал необычное притяжение к нему, словно между ними существовали особые дружеские узы. Вдруг этот Ангел вручил Биллу меч и сказал: “Возвращайся в Джефферсонвилл, где будут раскрыты семь тайн, запечатанных в Книге Откровения”.<.

При этих словах меч исчез. Быстро, однако, аккуратно Ангелы опустили Билла назад в тот каньон, на склоны горы Сансет. Затем все семь Ангелов взялись за руки и преобразились в перистую мглу, из которой образовалось таинственное светящееся кольцо. Поднимаясь в небо, это облако растягивалось и потом стало больше похожим на треугольник, чем на круг.

Билл наблюдал, как эта плеяда Ангелов возносилась в небо, формируя кольцеобразное облако, которое приняло очертания пирамиды перед тем, как испарилось. Собравшись с силами, он побежал вверх по ущелью, чтобы найти Фреда и Джина. По пути он не наткнулся на стадо степных кабанов, однако теперь ему уже было не до охоты. Билл спросил у своих товарищей, слышали ли они тот взрыв. Оба ответили, что и услышали, и ощутили его, а потом недоумевали, что произошло, поскольку такого грохота им раньше никогда не доводилось слышать. В этот раз Билл не дал им никакого объяснения, а Фред с Джином и не собирались спрашивать его об этом. Джин, правда, упомянул, что за несколько минут до того, как раздался тот взрыв, он стал безудержно рыдать без какой-либо причины.

В субботу трое охотников вернулись в Тусон; Фред и Джин так и не застрелили явелинских свиней. Биллу хотелось отправиться в Индиану во вторник утром, 12 марта, поэтому для подготовки к поездке у него оставалось всего лишь пару дней. Он намеревался ехать с Джином Норманом. Ещё несколько семей — Сотманны, Симпсоны и Магуайры — желали сопровождать их в колонне машин.



Up