ГЛАВНАЯ ЖИЗНЬ ПРОПОВЕДИ АУДИО ПРОРОЧЕСТВА БОГ БИБЛИЯ КНИГИ ВИДЕО ОЧЕВИДЦЫ ФОТО КОНТАКТЫ



Проповеди по числу   Проповеди по русскому названию

Перевод VGR
Проповедь Видения Уилльяма Бранхама Уилльям Бранхам произнес 60-0930 Продолжительность 36 минут 64kb 16kb .pdf
скачать в: .doc    .doc для печати    .pdf
Посмотреть только русский текст

Видения Уилльяма Бранхама

    Эта магнитофонная лента записывается для Царства Божьего, я вручаю её Брату Ли Вейлу для создания текста. Брат Вейл попросил меня, здесь в присутствии Брата Мерсера, рассказать несколько прошлых видений. Конечно, видения были...   я...   это...   Самое первое, из того, что я могу вспомнить — это приходившие видения. Видения приходили всё время. Брат Вейл, но я думаю, что тебя больше интересуют видения после моего обращения.
2    Ну, я помню, после того, как доктор Рой Дэвис рукоположил меня в церкви, в баптистской церкви, здесь на Уатт Стрит в Джефферсонвилле, где в то время была церковь. Я помню одно выдающееся видение, не прошло и несколько недель после моего...  около...  я сказал бы, несколько дней после моего рукоположения. Я был...   увидел в видении одного старика, который лежал в больнице, он был искалечен. Он был темнокожий. И он был внезапно исцелён, да так, что это вызвало немало смущения. И он встал с кровати и ушёл.
3    И два дня, около двух дней после того я отключал потребителей, неплательщиков, в Нью-Олбани, за потреблённую воду, газ и—и электричество. И это...  Я был настолько наполнен радостью! Каждый раз, когда я находил старый дом, где никто не живёт, понимаете, я просто заходил и молился.
4    И я помню, как рассказывал мистеру Джонни Поттсу, который сегодня ещё жив. Я так полагаю, ему около семидесяти или восьмидесяти лет. Старый работник, он снимал показания со счётчиков. И они тогда сняли его со счётчиков и посадили его за стол принимать жалобы и прочее, при входе в контору, и отвечать на звонки. И я рассказывал ему, что Господь мне показал. И он, время от времени, брал несколько отдельных счётчиков, за которые не брался обычный работник. И в этом, он—он рассказывал, один человек... 
5    А я видел в газете, где тот фургон...  В те дни запрягали двух лошадей, и они ехали и собирали всякий мусор на улице. И один пожилой темнокожий по имени мистер Эдвард Дж. Меррелл. Он жил в доме под номером тысяча двадцать по Кларк Стрит в Нью-Олбани. И его сбила машина, в которой ехали двое белых, парень с девушкой. Он не справился с управлением и врезался ему в колесо фургона. Чуть ли не все кости ему переломал, и особенно его грудную клетку. Позвоночник у него был смещён. И он лежал в больнице, в очень плохом состоянии.
 6    И мистер Поттс, проходя там через ту—ту больницу там в Нью-Олбани, рассказал ему о том, как Господь действует со мной. И он послал за мной, чтобы я пришёл, помолился за него. И я сразу подумал: "Это тот человек, которого я видел в этом видении".
7    Итак, я—я немного боялся идти, потому что это был один из моих первых, понимаете, вот так пойти. Так что, но, во всяком случае, я пошёл и взял своего друга, который тогда только что обратился, парень-француз, по имени Джордж де Арк. И я тогда только привёл его ко Христу. И мы пошли. И я сказал: "Теперь, Брат Джордж, я—я—я хочу, чтобы ты помнил. Со мной эти вещи происходят, я не могу их понять. Но запомни, этот человек исцелится. И когда он исцелится, там...  Я не могу молиться за него, пока туда не придут два белых человека и не встанут там с другой стороны кровати, потому что я должен сделать это таким образом, как это было мне показано".
8    И я зашёл в больницу и спросил мистера Меррелла. И я пошёл туда, и его жена рассказала мне, что с ним очень серьёзно. И он не мог двигаться, потому что рентген показал, что некоторые эти кости чуть ли не втыкались в лёгкие. И если он пошевелится, ну, это, может проткнуть ему лёгкие, и умрёт от потери крови. И он был очень плох. И кровь шла немного из горла и так далее, потому что кровоточило вокруг рта. Он лежал там около двух дней. И этому человеку было в то время около шестидесяти пяти лет, я думаю, шестьдесят или шестьдесят пять. Пожилой человек; его борода, длинная, уже побелела. И у него были седые волосы.
9    И я вошёл и рассказал этому человеку, однако, видение, которое я видел от Господа. И пришли те молодые люди, сбившие его. И я встал на колени помолиться за него. И внезапно, этот человек издал крик, сказал: "Я исцелён", — и вскочил. А его жена попыталась уложить его обратно в постель. И вошёл один из практикантов, пытался вернуть его в постель. А он вскочил с постели, вызвал немало волнения. И когда я пошёл к...  Я сказал Брату Джорджу... 
10    И затем одна из сестёр, это была католическая больница, вошла и сказала, чтобы я убирался оттуда, что привёл того человека в такое возбуждение. Потому что у него была температура, около ста четырёх градусов. [40 градусов Цельсия.—Пер.] И странная штука, когда они уложили его обратно; священник, это место, и некоторые врачи уложили его, заставили его вернуться в постель, потому что он одевал свою одежду. И когда они измерили ему температуру — у него не было температуры.
11    Вот, сегодня ещё живы многие из тех, кто видел то видение, видели, как это произошло, или знают об этом.
 12    И я вышел и встал на ступенях, и сказал Брату Джорджу: "Теперь наблюдай. На нём будет коричневое пальто и приплюснутая шляпа. Через несколько минут он спустится по этим ступеням". И он действительно спустился. Он вышел и спустился вниз.
13    Примерно через ночь после этого, Господь снова явился мне, однажды утром, прямо на рассвете, и показал мне ужасно искалеченную женщину, которая станет здорова. Итак, я сказал: "Ну, я—я, вероятно, разыщу, где она находится".
14    И вот я пошёл, и я там перекрывал воду, на, я думаю, это было между Восьмой улицей в Нью-Олбани. И у меня было...   Там был двойной барак, и я боялся, что перекрою обе стороны. Одна сторона, откуда люди выехали; а с другой стороны люди жили. Тогда я пошёл на ту сторону, которая была занята, где жили люди. И я постучал в дверь. И это были очень бедные люди. И дверь открыла очень красивая молодая девушка, довольно бедно одетая. И она—она сказала: "Что вы хотите?"
Я сказал: "Посмотрите, пожалуйста, может, вода не течёт?"
15    И она сказала: "Да, сэр". И она пошла. Она сказала: "Нет. Вода течёт".
Я сказал: "Спасибо".
16    А её мать лежала в кровати, её звали миссис Мэри Дер Оханян. И она была армянкой. Её сын играл, по-моему, защитником в футбольной команде Нью-Олбани. А она, её дочь училась в средней школе. Её звали Дороти. И она сказала...  Дороти мне сказала: "А не вы ли тот человек Божий, который на днях совершил то исцеление, здесь в больнице? Моя мама хочет поговорить с вами". И я зашёл.
17    И она мне рассказала, что она лежала, калека. И она была парализованной, в постели, семнадцать лет, с тех пор, как родилась эта девочка. И, таким образом, девушке было семнадцать лет. И вот я сказал ей, что...   Она сказала: "Вы тот муж Божий, который исцелил того человека?"
18    Я сказал: "Нет, мадам. Я не исцелитель. Я всего—всего лишь помолился за больного, и было Кем-то показано и сказано мне". Я не знал, как это назвать; видение или как. Я не знал, что это было, ещё. Я был просто юношей, и холостой и остальное. И вот там было...   Эта—эта леди попросила меня помолиться за неё. И я сказал ей: "Давайте я сначала помолюсь, и тогда, если Господь покажет мне вернуться".
19    И потом, когда я пошёл помолиться...  Я пришёл к Брату Джорджу. И я сказал: "Это та женщина, о которой я тебе рассказывал, что я молился за неё. Я знаю, что это именно та женщина. Пошли со мной".
 20    И мы пошли туда, чтобы совершить молитву. И вот, эта семнадцатилетняя девушка, конечно, а я всего лишь молодой парень. И у неё был брат, примерно шести—восьми лет, что-то типа этого. И там стояла рождественская ёлка, это было сразу после Рождества, стояла в доме. И они встали за этой Рождественской ёлкой, чтобы смеяться надо мной. "Чтобы их мать выздоровела". Я сказал ей, что Господь исцелит её. И я...   Мы с Братом Джорджем встали на колени, чтобы помолиться.
21    И когда я начал молиться, вот, тот Ангел, которого я вижу, Тот, которого вы видите на фотографии, я увидел, что Это зависло над кроватью. Что ж, я протянул руку и взял её за руку. Я сказал: "Миссис Оханян". Вот, она сейчас живёт в Нью-Олбани, она и её муж, семья. И я сказал: "Миссис Оханян. Господь Иисус прислал меня и рассказал мне до прихода, чтобы помолился за вас, и что вы 'должны выздороветь'. Встаньте на ноги и исцелитесь, во Имя Иисуса". Её ноги были согнуты под ней. Она, со своей армянской Библией, лежавшей у неё на сердце, начала двигаться к краю кровати. И когда она придвинулась, она... 
22    Потом сатана проговорил ко мне, сказал: "Если ты дашь ей спуститься на тот пол, она сломает себе шею, с такой высокой кровати". Я испугался на один момент.
23    И я всегда знал, что то, что говорили те видения, — я в то время не знал, что это такое, — всегда было верным. Итак, я продолжил, так или иначе, позволил ей сойти с кровати. И Бог мне свидетель: как только она спрыгнула с той кровати, обе ноги выпрямились. Её дочь закричала, дёргая себя за волосы и выбежала на улицу, крича громко, что было сил. Соседи собрались отовсюду. И вот она, пожалуйста, впервые за семнадцать лет, ходила по той комнате, вознося хвалу Богу. Я ушёл, сразу же, чтобы удалиться от этого.
24    Позднее, я познакомился с этой молодой девушкой и встречался с ней. Конечно, это не для записи, но я встречался с молодой девушкой.
25    Немного спустя после того, несколько недель, я был в доме моей матери, однажды вечером. И я молился, в тот день, и я—я просто, казалось, не мог пробиться, к—к победе в своей молитве. И я подумал, что я просто останусь на всю...  вы знаете, пошёл спать. Я остался дома, в тот раз. И вот я зашёл в комнату, чтобы—чтобы помолиться. И я...   было примерно час ночи, я думаю. И я—я молился.
26    И, вдруг, я взглянул. А мама, она, бывало, брала и просто складывала одежду стопкой на стуле, вы знаете. Мы были очень бедными людьми. И я взглянул, Нечто белое подходит ко мне, и я подумал, что смотрю на тот стул с бельём. Но это был тот Ангел Господень, то—то Облако, вы знаете. И Оно приблизилось туда, где находился я.
27    И я—и я стоял в комнате маленького дома, что мы называем, дома "пулемёт" — небольшой продолговатый домик, в котором две комнаты. И одна его стена была покрыта красной панельной обшивкой, понимаете. Там была небольшая металлическая кровать справа от меня. Там была темноволосая женщина, стоявшая у...  Одна комната переходила в кухню. Она стояла у той кухонной двери, рыдала. Там был отец, стоявший рядом со мной, и принёс мне ребёнка, у которого что-то лежало на его грудной клетке. И одна, его левая нога была скручена настолько, что прислонялась к его телу. А правая нога была скручена наоборот. Обе руки скручены, тоже, вокруг его тела. И его тельце было скручено и перекручено вот досюда на его шее. И я задавался вопросом: "Что это значит?" И я взглянул, от меня слева, и там сидит пожилая женщина, снимает свои очки и вытирает их от слёз или чего-то такого на своих очках. Справа от меня на красном диване, который был одного цвета со стулом, сидит молодой парень со светлыми кудрявыми волосами, смотрит в окно.
28    И я посмотрел справа от себя, и там стоял в...   тот Ангел Господень. И Он сказал мне: "Выживет ли этот ребёнок?"
И я сказал: "Господин, я не знаю".
Он сказал: "Возложи свои руки на него. Он будет жить".
29    И я—я возложил. И ребёнок спрыгнул с...  из рук отца. И правая ножка раскрутилась, и правая сторона раскрутилась, правая рука раскрутилась. Сделал ещё шаг, и другая сторона раскрутилась. Сделал ещё шаг, и другая сторона раскрутилась, тело, средняя часть раскрутилась. И он вложил свои ручки в мои и сказал: "Брат Бранхам, я совершенно здоров". Маленький ребёнок был одет в голубой вельветовый комбинезон, то есть, комбинезон, комбинезон с нагрудником. И у него были каштановые волосы, и у него был маленький, крошечный ротик.
30    И потом Ангел Господа сказал мне, что Он доставит меня в какое-то другое место. И меня унесло далеко. И Он посадил меня около старого кладбища и показал мне цифры на надгробном камне, рядом с церковью. И Он сказал: "Это будет место, которое укажет тебе дорогу".
31    Он подхватил и перенёс меня в другое место. И там было...   было похоже на маленький городок, в котором было примерно два магазина. И у одного фасад был жёлтого цвета, обшит жёлтыми досками. И я подошёл ближе или стоял там. И там был пожилой мужчина, который выходил оттуда, на нём синяя вельветовая куртка, или синяя джинсовая куртка и синий комбинезон, в жёлтой вельветовой фуражке. У него были большие седые усы.
Он сказал: "Он покажет тебе дорогу".
32    И следующий раз, куда я перешёл, я увидел себя входящим в комнату, следовал за довольно крупной молодой женщиной. И когда я вошёл в дверь, обои на стенах были с рисунком красного цвета. Прямо над дверью была надпись: "Да благословит Бог наш дом". Там справа от меня стояла старая большая медная кровать. И печь для твёрдого топлива стояла слева. И там в углу лежала девочка примерно пятнадцати лет. И у неё был полиомиелит или что-то такое, у неё была вытянута правая нога. А ступня вывернута в сторону и была вытянута под ней. И она—и она была похожа на мальчика. Единственное, у неё были волосы, как у девочки, и у неё были губы, имеющие форму сердца, как у девочки.
И Он сказал мне: "Сможет ли эта девочка ходить?"
И я сказал: "Господин, я не знаю".
33    Он сказал: "Иди, возложи руки на её живот". Тогда я подумал, что это точно был мальчик, потому что Он сказал мне возложить руки на её живот. Я сделал так, как Он мне велел.
34    И я услышал, как кто-то сказал: "Хвала Господу". И я поднял глаза. И когда я посмотрел, эта девочка поднималась. И когда она вставала, пижама, в которой она была, штанина её пижамы задралась, и показалось круглое колено, как бывает у девочек, а не узловатое, вы знаете, как бывает колено у мальчиков. И я понял, что это была девочка. И она была одета в пижаму. И она подошла, идя ко мне, причёсывая свои волосы. Она была светловолосой, причёсывалась.
35    Девочка живёт в Салеме, сегодня, она замужем, и у неё трое или четверо детей. И её отец с матерью тоже там, по-прежнему.
36    И вот я—я—я вышел. И я услышал, как кто-то говорит: "Брат Бранхам...  " Или: "Брат Билл! О-о, Брат Билл!" И моя мама звала меня. И я думал. Я услышал какое-то, с одной стороны. Выходя из того видения, понимаете, будто хмельной. И я сказал: "Мама, что ты хочешь?" В соседней комнате, где она спала.
И она сказала: "Там кто-то стучится к тебе".
37    И я услышал это: "Брат Билл!" И я отворил дверь. Там стоял мужчина, он вошёл. Его звали Джон Эмил. Он живёт сейчас в Майами, Флорида. И он сказал: "Брат Билл, вы меня не помните".
 Я сказал: "Нет, думаю, что не помню".
38    Сказал: "Вы крестили меня и мою семью. Но, — сказал, — я встал на неверный путь". Он сказал: "Я убил одного человека, здесь недавно. Ударил его своим кулаком и сломал ему шею, в драке". Сказал: "Я уже потерял одного из своих сыновей, старшего". И сказал: "Младший лежит дома, умирает сейчас". И сказал: "Был врач из города, он только что уехал, и сказал: 'У ребёнка двустороннее воспаление лёгких'. И он едва может дышать". И сказал: "Я—я—я—я просто...  Я вспомнил о вас. И хотел бы знать, не могли бы вы прийти и помолиться за него". И сказал: "Вот, как вы знаете, я двоюродный брат Грейема Снеллинга". Который, Грейем Снеллинг, служитель Грейем Снеллинг сейчас, не был служителем в то время; замечательный молодой Христианин. Он сказал: "Он — мой двоюродный брат. Я пойду позову его". Который жил примерно за полмили от меня, в городе. И сказал: "Я пойду туда и позову его. И не могли бы и вы прийти туда?"
    Я сказал: "Да, мистер Эмил, сразу как только оденусь".
    И вот он сказал: "Я возьму свою машину и отвезу вас туда".
Я сказал: "Хорошо".
39    Сказал: "Как только я съезжу за Грейемом. И я хочу, чтобы вы все помолились за ребёнка".
Я сказал: "Хорошо".
40   Итак, я пошёл готовиться. И мама сказала: "Что там случилось?"
Я сказал: "Должен быть исцелён ребёнок".
И вот она сказала: "Исцелён?"
И я сказал: "Да, мама".
И я сказал: "Я расскажу тебе больше об этом, когда вернусь".
41    Итак, через несколько минут он постучал в дверь, и с ним был Брат Грейем. Мы направлялись в то место, которое сейчас известно как лодочная станция, а в то время это была верфь Говарда. Я сказал: "Мистер Эмил, ты...  Где ты сейчас живёшь?"
Он сказал: "Севернее Утики".
42    Я сказал: "Ты живёшь в небольшом домике, что мы называем 'пулемёт', две небольшие комнаты".
"Так точно". "Расположен на холме".
"Так точно", — он сказал.
43    Я сказал: "Плинтус у тебя — у тебя состыкован в пазы, и он покрашен в красный цвет".
 Он сказал: "Правильно".
44    Я сказал: "Малыш лежит на металлической кровати. И у него есть, по крайней мере, в доме имеется синий вельветовый комбинезон".
Он сказал: "Он на нём".
45    И я сказал: "И малыш совсем крохотный человечек, около трёх лет. И у него также маленький ротик с тоненькими губками. И у него светло-каштановые волосы".
Он сказал: "Это правда".
46    Я сказал: "Миссис Эмил — темноволосая женщина. И в этой комнате у тебя стоит красный диван и красный стул".
Он сказал: "Вы бывали там, Брат Бранхам?"
Я сказал: "Совсем недавно".
"Недавно?" — он сказал.
Я сказал: "Да".
"Ну, — он сказал, — а я вас не видел".
47    Я сказал: "Нет. Это было в духовном". Я сказал: "Мистер Эмил, ты слышал, как я рассказывал, если я тебя крестил, о том, что со мной происходит. Это может...  Я вижу события до того, как они произойдут".
48    Он сказал: "Да. Что-то такое произошло с тобой, Брат Бранхам?"
49    Я сказал: "Да. И мистер Эмил, что бы Это ни было, что рассказывало мне, никогда не сказало мне неправды. Твой малыш исцелится, когда я приеду туда".
50    И он остановил машину, упал на руль, сказал: "Боже, смилуйся надо мной. Верни меня обратно, о Господи". Видите? "И я обещаю Тебе жить для Тебя остаток моей жизни, если Ты сохранишь жизнь моему ребёнку". И там он отдал своё сердце Христу. Мы двинулись к дому, взволнованные тем, что его душа вернулась ко Христу.
51    Когда мы—когда мы вошли в дом, там всё располагалось в точности с тем, как было, единственное, там не было пожилой женщины. В возбуждении, настолько возбуждённый, я сказал: "Принеси мне ребёнка". А ребёнок просто был чуть живой. Понимаете? Тем "скручивающим" было то, что жизнь оставила ребёнка. Он был скручен уже досюда, до горлышка. И я сказал: "Принеси мне ребёнка". Не ожидая исполнения видения.
52    Брат Вейл, если этой подушечке предполагалось лежать здесь, я не могу сказать ни слова, пока та подушечка не будет лежать там. Понимаете? Должно быть именно так, как Это показало мне.
53    Итак, я сказал: "Принеси мне ребёнка". И папа принёс мне ребёнка, и я помолился за него, и ему стало ещё хуже.
 Итак, я подумал: "Теперь нечто... " Он действительно стал бездыханным, и им пришлось бороться за него и трясти и остальное, чтобы он снова задышал. Я подумал: "Теперь, что-то не так".
54    И мне случайно пришла в голову мысль: "Где та пожилая женщина?" Такого не было там ещё.
55    Итак, они взяли ребёнка, положили его. Они клали что-то ему под нос, остальное, и плакали. Мать кричала, истерически, и всё такое. Но младенец просто—просто еле-еле дышал.
56    Я подумал: "Что ж, из-за моей—моей глупости, я неправильно применил видение Божье, потому что я не ожидал Его, поскольку был слишком взволнован".
57    Из этого вы можете понять, Брат Вейл, почему я ожидаю. Меня не волнует, кто мне говорит. Я люблю тебя как своего брата. Брат, не пытайся говорить мне что-то делать, когда я—когда я чувствую, что, у меня—у меня есть воля Господа. Понимаете? Не имеет значения, насколько разумно это выглядит иначе, я буду ждать Его. Видите? И—и вот я—я извлёк урок прямо здесь, много, много, много лет назад; и исполнить в точности то, что Он говорит, и не делать этого, пока Он не скажет, что это готово к выполнению.
58    Младенец боролся за дыхание. Теперь, я не мог им сказать, что я сделал, но я только должен был ждать. Я думал: "Может быть, благодать превозможет это, и Он простит меня". Что ж, я пошёл, сел.
59    Они боролись за жизнь ребёнка до самого рассвета. Когда рассвело, они думали, что младенец уйдёт в любую минуту. Что ж, я сидел там. И они продолжали меня спрашивать: "Брат Бранхам, что нам нужно делать?" То есть: "Брат Билл, — они называли меня, — что мне делать?"
60    Я сказал: "Я не знаю". Видите? Я сидел там, опустив голову, говоря: "Господь, пожалуйста, прости меня".
61    Что ж, и потом рассвело. Брату Грейему Снеллингу надо было идти на работу. Итак, мистер Эмил должен был отвезти его, и я знал, что мне нужно покинуть дом.
62    И, однако, Брат Грейем должен был присутствовать там, потому что у него светлые кудрявые волосы, как вы знаете. Он должен был сидеть на этом диване. Итак, я сидел там, где полагалось сидеть Брату Грейему, но пожилой женщины там не было. И на том месте не было пожилой женщины. Поэтому я сидел там. И вот мистер Эмил надел пальто.
63    К тому же я понимал, что если Брат Грейем уйдёт, трудно сказать, когда он вернётся. Понимаете? И ещё я понимал, даже если женщина придёт, тогда Брата Грейема там не будет. Итак, вы понимаете, в каком состоянии я находился.
64    И вот мистер Эмил сказал: "Брат Бранхам, вы хотите уходить?" То есть: "Брат Билл, вы хотите идти домой? Хотите, чтобы я вас отвёз домой?"
65    Я сказал: "Никак нет. Я просто подожду, если ты не возражаешь". Мне самому не хотелось оставаться там в доме, где только малыш с матерью, потому что они были молодыми людьми. Они, ему было примерно двадцать пять лет, я думаю. И я был примерно такого же возраста. И я сказал: "Нет. Я просто—я просто подожду, если ты не возражаешь".
Он сказал: "Всё в порядке, брат, Брат Билл".
66    И вот мать, которая ходит в истерике и пытается...   плача и тому подобное, вы знаете. А малышу ещё хуже. Видите? Просто казалось, что в любую минуту, как будто перехватывал дыхание, вот так, делает...   [Брат Бранхам делает два судорожных звука.—Ред.] Вот и всё, вот такое было у него дыхание. И ничего...  В те времена у них не было пенициллина и остального, понимаете. Поэтому они просто—они просто накладывали на них пластырь, и подобные вещи. Но у маленького ребёнка это продолжалось в течение нескольких дней. И он умер, понимаете, то есть, умирал.
67    И, потом, я—я сидел там. Я думал: "Ой-ой, если Грейем уйдёт... " Грейем надел своё пальто и начал выходить через дверь.
68    И он сказал своей жене, он сказал: "Так вот, мы скоро вернёмся".
69    Я думал: "О Боже, тогда мне придётся остаться здесь на целый день и, может быть, всю ночь, опять, понимаете, ожидая исполнения того видения. Что мне делать?"
70    И я посмотрел в окно. И, идя вокруг дома, шла бабушка ребёнка. И там, я узнал позже, что это была бабушка. И она была в очках. Я подумал: "Вот это, Господь, только—только бы Грейем не вышел за дверь". Итак, она всегда входила через переднюю дверь. Но, каким-то образом, они даже не знают, до сих пор, но она направилась к задней двери, пришла в кухню. И она вошла в кухню, небольшой старый домик. И она вошла в дверь, её дочь подбежала туда и поцеловала её, потому что это была мать дочери, вы знаете, и поцеловала её. И Брат Грейем... 
Потом она сказала: "Малышу стало лучше?"
71    Она ответила: "Мама, он умирает". И она начала пронзительно кричать вот так, и её мать заплакала.
 72    Потом я подумал: "Если это только получится сейчас, если Грейем не выйдет".
73    И я встал. И я не мог ничего сказать, вы понимаете, только ожидать. И Брат Грейем прошёл. И я встал, чтобы он мог присесть. И он...  И это были какие-то его родственники, понимаете, так что он начал плакать, тоже, и сел на диван, где ему и полагалось сидеть.
74    Я подумал: "Теперь, если бы только та пожилая дама прошла и села на этот красный стул!" И я снова подошёл к двери, где стоял мистер Эмил уже в пальто, и готовый выходить. Была действительно холодная погода, резкий холодный ветер. И я подумал...  И пожилая дама опустилась на этот стул.
75    И Грейем сел и опустил свою голову. И мать малыша, упёрлась своей рукой об дверь и начала плакать. Просто в точности, как в видении! И пожилая дама сидела. И вместо слёз на её очках, совершенно; придя с холода, они запотели. И она протянула руку к своему портфельчику и вытащила оттуда платочек, и, то есть, из сумочки, и стала вытирать эти очки. [Брат Бранхам щёлкает своими пальцами.—Ред.] Брат, это было именно то.
76    Я сказал мистеру Эмилу. Я сказал: "Мистер Эмил, ты всё ещё веришь мне как слуге Христа?"
Он ответил: "Конечно, верю, Брат Бранхам".
77    Я сказал: "Теперь я могу тебе сказать. Я забежал вперёд видения, недавно, вот почему этого не произошло. Если ты по-прежнему доверяешь мне, иди, принеси мне своего ребёнка". Вот это да! Я видел, что тогда уже было всё правильно. "Иди, принеси мне своего ребёнка".
78    Он сказал: "Я сделаю всё, что ты мне скажешь, Брат Билл. Я не буду бояться поднять его". Потому что, когда они его подняли, он тут же задохнулся, дыхание совершенно пропало. Принесли мне ребёнка. Нагнулся и взял его себе на руки, принёс его мне и встал там.
79    Я положил на него свою руку, сказал: "Господь, прости глупость Твоего слуги. Понимаешь? Я изрёк раньше, чем было показано в Твоём видении. Но теперь да будет известно, что Ты Бог небес и земли".
80    Как только сказал это, маленький ребёнок обнял руками своего папу, начал кричать и плакать, говорил: "Папочка, я сейчас чувствую себя хорошо". Видите?
81    Я сказал: "Мистер Эмил, оставь малыша ещё полежать. Должно пройти три дня, пока это уйдёт, потому что было сделано три шага, для выпрямления".
82    Я приехал домой, и я рассказал об этом в своей церкви. Я сказал: "Я съезжу туда". Это было в понедельник. Я сказал: "В среду вечером, до того, как пойти в церковь, я собираюсь поехать туда". Они были бедными людьми, и мы собрали для них корзинку бакалейных продуктов, чтобы отнести им. Итак, я сказал: "Я хотел бы, чтобы вы все поехали туда, когда я туда поеду. И вы стойте около дома. И когда я приду на то место, где тот дом, вы наблюдайте и увидите, что тот малыш будет ходить по полу, у него будут усики, образовавшиеся вот здесь, когда он пил какао или что-то такое. Видите? И вложит свои руки в мои и произнесёт вот эти слова: 'Брат Билл, я совершенно здоров'. Этот маленький трёхлетний ребёнок. Наблюдайте и смотрите, как это произойдёт".
83    Моя жена сейчас, Меда, задолго до того, как мы поженились, она тоже находилась в той группе. И они сели на грузовик и приехали туда, встали вокруг дома, понимаете, чтобы видеть меня, когда я приехал туда на старом грузовике Компании бытового обслуживания, который у меня стоял около дома в тот вечер. У меня не было своей собственной машины. Вся спина в дёгте и так далее, вы знаете, где я таскал в тот день и делал ремонтные работы. Подъехал к передней части дома и остановился. Поднялся на крыльцо; постучал в дверь. А у них не было на полу никаких половиков. И мать прошла через комнату, сказала: "Ой, это же Брат Билл", — вот так. А люди смотрели в окна, в то время, чтобы увидеть, что произойдёт.
84    Ив углу, играя, сидел этот малыш, третий день. И остановился, не сказал ни слова. И подходит, пройдя по полу, вложил свои ручки в мои. С этими...  Поскольку выпил какао, получились усики, типа, вот здесь, от какао. Вложил свои ручки в мои, сказал: "Брат Билл, я совершенно здоров". Ух!
85    В тот вечер, в церкви, я рассказал это. Я сказал: "Где-то находится девочка-калека, которая нуждается в помощи". Я сказал: "Церковь, я не знаю, что означают эти вещи. Я не могу вам сказать".
86    И—и вот, я работал в Бытовом обслуживании. И я вспоминаю, что однажды, через неделю после того, я собирался выходить из здания, направлялся к выходу. Мистер Херб Скотт, который живёт сейчас здесь в городе, он был моим начальником. И он сказал...  Я направился к выходу. Он сказал: "Билли?"
Я сказал: "Да".
Сказал: "Пока ты не ушёл, у меня здесь для тебя есть письмо".
Я сказал: "О'кей, Херби. Я заберу его через минуту".
87    И—и вот я шёл туда, чтобы мне приняться за другую работу,  я там проверял.  Итак,  я пошёл туда, чтобы закончить свою работу. И когда я—я закончил, я вспомнил о том письме. Я пошёл и взял его, открыл его. И говорилось: "Дорогой мистер Бранхам, — видите, говорилось, — моя фамилия Нейл. Я — миссис Харольд Нейл. Мы живём в местечке под названием Южный Бостон". И сказано: "По вере мы методисты. И мне попалась ваша книжечка, которую вы написали, под названием Иисус Христос вчера, сегодня и вовеки тот же, брошюра. И недавно вечером в нашем доме проходило молитвенное собрание. И мы слышали, что вам сопутствует успех в молитве за больных". И сказано: "У меня есть немощная дочь, ей пятнадцать лет, — сказано, — которая прикована недугом к постели. И так или иначе, я не могу отделаться от этой мысли, чтобы я пригласила вас приехать, помолиться за эту девочку. Не могли бы вы приехать, пожалуйста? Преданная вам, миссис Харольд Нейл. Южный Бостон, Индиана".
Я сказал: "Знаешь, это именно та девочка. Это она".
88    Я пришёл домой, рассказал своей матери, рассказал им об этом. Я сказал: "Это—это та девочка". И потом в тот вечер, в церкви, я сказал церкви. Я сказал: "Это то—то—то—то место". Я сказал: "Кто-нибудь знает, где находится Южный Бостон?"
89    И Брат Джордж Райт, вы все с ним знакомы, он сказал: "Брат Бранхам, это...  Я думаю, это на юге".
90    Итак, на следующий день, двое моих друзей и моя жена, которая теперь жена, и один человек со своей женой из Техаса. Они, их фамилия Брейс, Эд Брейс. Он теперь живёт здесь, южнее Миллтауна, фермер. Он был скотоводом там, на Западе. И он переехал сюда, чтобы быть поближе к церкви. И я молился за его жену, и она исцелилась от туберкулёза. И вот он пожелал увидеть, как это произойдёт. Я сказал: "Поедемте со мной и увидите, что это произойдёт именно таким образом". Итак, эта дама никогда не видела видения, миссис—миссис Брейс. Так что, моя жена поехала со мной. И Брат Джим Уайсхарт, старец, вы помните, пожилой дьякон в этой церкви, он захотел увидеть это. У меня тогда был небольшой старенький родстер, и я их всех усадил туда.
91    И мы приехали южнее Нью-Олбани. И я увидел этот указатель и пошёл, чтобы выяснить, это был не Южный Бостон. Это был Нью-Бостон. Итак, тогда я уже не знал, куда ехать, поэтому я повернул обратно в сторону Джефферсонвилля, чтобы у кого-нибудь спросить. И кто-то сходил на почту, они сказали: "Южный Бостон находится выше Генривилля".
92    Итак, я—я подъехал туда к Генривиллю, и я спросил там. И они сказали: "Сворачивайте на эту дорогу. Будет примерно пятнадцать миль, вон там за теми холмами, вы увидите небольшое местечко. Будьте внимательны, иначе вы проедете его, — сказали, — потому что там только один маленький магазинчик. И в этом магазинчике почта, всё остальное, в нём. Южный Бостон находится за теми холмами". Там семнадцать тысяч акров, занятых теми холмами там, понимаете. И это находится там, на тех холмах.
93    Итак, мы двинулись дальше, поехали. И вдруг у меня возникло очень странное чувство. После того, как проехали пять или шесть миль, у меня возникло очень странное чувство. Я сказал: "Я не знаю".
Они сказали: "В чём дело?"
94    Я сказал: "Я думаю, что—что Тот, Кто говорит со мной, хочет поговорить со мной, поэтому мне нужно выйти из машины".
95    Итак, я вышел из машины. И женщины сидели у женщин на коленях, вы понимаете, и всё такое, в том старом небольшом родстере. И я вышел из машины, и прошёл и встал сзади машины. И я опустил голову, поставил ногу на задний бампер машины. И я сказал: "Небесный Отец, что Ты хочешь, чтобы Твой слуга понял?" И я помолился. Ничего не произошло. Я подождал несколько минут. И я подумал: "Что ж, Он... " Обычно, когда такая компания, мне нужно прийти в себя. И вот я подождал несколько минут.
96    Случайно что-то привлекло моё внимание, и я взглянул туда. Я как раз подумал: "Ух ты, смотри-ка, здесь стоит старая церковь". И если вы когда-либо...  Это церковь Банкер Хилл. И я взглянул в сторону, Христианская церковь Банкер Хилл, и там на кладбище были надгробные камни, прямо перед церковью.
97    И я подошёл туда. Я сказал: "Вот, у вас есть те записи". Прежде я никогда не бывал в той местности, нигде, за свою жизнь. Никогда не бывал в тех краях, в своей жизни. И я сказал: "Возьмите те имена и цифры и подойдите сюда, посмотрим, не будут ли это те же самые на этом надгробии". И как раз так и оказалось, в точности. Я сказал: "Вот так-то. Мы на верной дороге теперь". Я сказал: "Это был Ангел Господень". Видите, я проехал мимо этого дальше, и не узнал этого. Итак, о-о, Он совершенен.
98    И вот мы ехали всё дальше и дальше. Вскоре мне повстречался мужчина, и я сказал: "Сэр, не могли бы вы мне сказать, где находится Южный Бостон?"
99    Он сказал: "Повернёте направо и налево", — вы знаете, так далее таким образом. И мы просто продолжали ехать.
100 Так что, спустя некоторое время, я заметил, что я въехал в одно местечко. И это было похоже на маленькую деревню, типа этого. И я—я взглянул. Я сказал: "Вот оно. Вот то, что нужно, прямо там". Я сказал: "Там...  Там, вот он, этот магазин с жёлтым фасадом". И я сказал: "Теперь, наблюдайте. Оттуда должен будет выйти мужчина в синем комбинезоне, белой вельветовой...  то есть, жёлтой вельветовой фуражке, у него будут седые усы, и скажет мне, куда ехать. Если этого не будет, тогда я просто сказочник".
101    И вот они все ожидали. И—и я подъехал к фасаду этого дома. И как только я подъехал, спереди, оттуда вышел мужчина, одетый в синий комбинезон, и жёлтая вельветовая фуражка, и седые усы. И миссис Брейс упала в обморок в машине, увидев, как это исполнилось, таким образом.
Я сказал: "Сэр, вы должны сказать мне, где живёт Харольд Нейл".
Он сказал: "Так точно". Сказал: "Вы приехали с юга?"
Я сказал: "Да, сэр".
102    Он сказал: "Вы проехали его. Примерно полмили по дороге, дальше вы повернёте, первая дорога налево. Вы поедете по ней, и вы увидите большой красный сарай, и вы повернёте туда к красному сараю". Сказал: "Это второй дом справа, когда вы свернёте на ту дорожку".
Я сказал: "Так точно".
Он сказал: "А зачем?"
Я сказал: "У него дочь, которая страдает. Не так ли?" Сказал: "Так точно. У него есть".
103    Я сказал: "Господь исцелит её". И пожилой человек начал плакать. Видите? Он даже не представлял. И вот он был включён в видение. Он не знал, что происходит.
104    Я развернулся. Мы снова как бы оживили миссис Нейл. И подъехали туда, прошли во двор. Вышли из машины, пошли туда. Оказались в том месте, где...   вы знаете, в том месте, где это было. И к двери подошла молодая женщина крупного телосложения. Я сказал: "Вот это она". Видите?
И вот она сказала: "Здравствуйте".
И я сказал: "Здравствуйте". Я сказал: "Я—я Брат Билл".
105 "О-о, — она сказала, — я—я—я так и подумала". Она сказала: "Вы получили моё письмо?"
Я сказал: "Да, мадам, я получил".
Она сказала: "Я миссис Харольд Нейл".
106 Я сказал: "Что ж, рад с вами познакомиться, миссис Нейл. А это со мной приехала небольшая группа, чтобы помолиться за вашу дочь".
Сказала: "Да".
 Я сказал: "Она будет исцелена".
107    Она сказала: "Что?" И у неё задрожали губы. Она начала плакать.
108    Я сказал: "Да, мадам". И я—я не знаю; я не задержался с этой женщиной.
109    Я прошёл дальше в зал, и моя компания проследовала за мной. Когда я открыл дверь, находившуюся справа в зале, это был большой старый сельский дом, открыл дверь, там были жёлтые газе-...  то есть, жёлтые обои на стенах, с рисунками красного цвета; табличка: "Да благословит Бог наш дом"; большая медная кровать; печь для твёрдого топлива стояла слева от меня. И там стояла крошечная детская кроватка, на которой лежала эта девочка, которая была похожа на мальчика.
110    Теперь нечто произошло. Я стоял в углу комнаты, наблюдая, как моё тело направляется к той кровати. И я возложил свои руки поперёк её живота, точно как сказал Господь. И когда я так сделал, когда миссис Нейл вошла в комнату и увидела это, тут же она упала на пол, снова, в обморок. Она как бы слабая личность, и она опять упала в обморок на пол. И Брат Нейл пытался привести её в чувство. А Брат Джим стоял там, говоря: "Благословен Господь", — сложив вместе руки, если вы все представляете, как он вёл себя. И вот, тогда я посмотрел на это, и я увидел это.
111    И я возложил на неё свои руки, то есть, поперёк её живота, вот так. Я сказал: "Господь, я совершаю это по повелению, что, я считаю, Бог говорит мне сделать". И примерно в то время она стала плакать, и она подпрыгнула.
112    И они как раз подняли на ноги миссис Нейл. Она очнулась от обморока.
113    И когда девочка спрыгнула с кровати, тогда её пижама задралась на правой ноге, просто в точности так, как это было показано в видении. И там показалась эта круглая коленка девочки, а не мальчика.
114    И снова миссис Нейл опустилась на пол. Видите? Она упала в обморок. Три раза она падала в обморок.
115  И та девочка ходила там, по той комнате. И пошла в комнату, чтобы переодеться, рыдая, и оделась в кимоно, вышла обратно, расчёсывая свои волосы. Своей...  той искри-...  И одна её—её рука была тоже парализована, с правой стороны. Расчёсывала свои волосы той искривлённой рукой.
116 Она замужем, у неё много детишек. Её фамилия, я не знаю, какая теперь у неё фамилия. Но Нейлы, кто угодно мог бы рассказать вам, Харольд Нейл.
117    И те видения верные. [Пробел на ленте.—Ред.] Я мог бы опубликовать это и отвезти вас к людям, которые могли бы составить массу книг о таких событиях, которые происходили. Так вот, это верно, Брат Вейл.
118    У меня не получится; я человек. Я неудачник, во-первых, и очень не подхожу на роль слуги Христа.
[Пробел на ленте.—Ред.]
119    [Брат Вейл говорит: "Произнесите по буквам, Меррелл?"—Ред.] М-е-р-р-е, два "л". ["Я подумал, что так там и было. Да-а".] Это всё, что там есть, вот эти? ["Нейл было Н-е-й-л?"] Н-е-й-л. ["Брейс, Б-р-е-й-с?"] Б-р-е-й-с, Эд, Эд Брейс. ["Теперь, я так думаю, что они есть у меня все. Одну минуту. Грейем Снеллинг?"] Грейем, Г-р-е-й-е-м. ["Это 'н' стоит там".] С-н-е, два "л", и-н-г. ["О-о, Снеллинг. Теперь у нас это есть".]


Посмотреть только английский текст
A+ | A | A-

Visions Of William Branham

E-1 This tape is being made for the Kingdom of God, as I am presenting it to Brother Lee Vayle for a manuscript. Brother Vayle has asked me, here in the presence of Brother Mercier, to--to give some of the former visions. Of course, visions was... Now, one of the first things I can remember is visions coming. Visions come all the time, but after my conversion is where I think you were interested in, Brother Vayle.
E-2 Well, I remember after I was ordained in the church, the Baptist church, by Dr. Roy Davis, here at Watts Street in Jeffersonville, where the church was at the time, I remember one outstanding vision, not over a few weeks after my--about a--I'd say a few days after my ordination. I was--saw a vision of an old man that was laying in the hospital that was mashed. He was a colored man. And he was instantly healed, insomuch that it caused a lot of confusion. And he got up out of the bed and walked away. And two days, about two days after that, I was cutting off services, of non-paid services in New Albany, water, and gas, and--and electrical bills. And at the--I was so filled with joy. Every time I'd find an old house, I'd just go in and pray, you know, where no one lived.
E-3 And I remember telling Mr. Johnny Potts, which is living today (he's way close, I guess, to seventy or eighty years old). He was an old meter reader, and they had taken him off of meter reading then, and had placed him at the desk to take complaints and things as you entered the door and service calls. And I was telling him what the Lord had showed me. And he had been once in a while, picking up a few stray meters that the regular man didn't get. And in this he--he was telling a man, which I'd seen in the paper, where they had a--an old wagon in those days, drove two horses, that they pick up garbage and trash in the alley. There was an old colored man by the name of Mr. Edward J. Merrill. He lived at 1020 Clark Street, in New Albany. And he had been hit by two white people--which was a white girl and a--and a boy, riding in a car, and he'd lost control of the car, and it mashed him into the wheel of the wagon, and it just broke all the bones in his body, nearly. And they'd... Through his chest part especially, knocked his back out of place. And they had him in the hospital, very bad.
E-4 And Mr. Potts, passing through the--the hospital there, in New Albany, had told him that--about the Lord dealing with me. And he sent for me to come pray for him. And immediately I thought, "That's the man that I have seen in this vision." So I--I was a little scared to go, 'cause that was one of my first (You see?) to go like that. So, but however, I went and got my buddy, which had just been converted, a little French boy named George DeArk. And I'd just led him to Christ. And we went up, and I said, "Now, Brother George, I--I--I want you to remember these things that happen to me, I can't understand them; but you remember this man's going to be healed. And when he's healed, there's... I can't pray for him till the two white people comes and stands on the other side of the bed, 'cause I have to do it the way it was showed to me."
E-5 And I went in to--to the hospital and asked for Mr. Merrill, and I went there, and his wife told me that he was very seriously, and he couldn't move, because that the x-rays had showed that some of these bones were laying right next to the lung. And if he moved, why, it would--might puncture his lungs and hemorrhage him to death. And he was very bad, and it was hemorrhaging a little from his throat and so forth, because he was bleeding around the mouth. And he'd been laying there about two days. And the man was at that time, about sixty-five years old, I suppose, sixty or sixty-five, elderly man. His mustache long, had turned white and his hair was gray.
E-6 And I went in and told this man, though, the vision that I'd saw from the Lord and the young people come in that had hit him. And I knelt down to pray for him, and all of a sudden this man let out a scream, saying, "I'm healed," and jumped up. And his wife trying to hold him back in bed... And one of the interns come, trying to hold him in bed. And he jumped out of the bed. Caused a lot of excitement.
E-7 And when I went to the--I said to Brother George... And then, the--one of sisters (It was a Catholic hospital.) come in, and said I'd have to get out of there, so... getting that man excited, 'cause he had a fever about a hundred and four. And the strange thing, when they put him back in be--a--the--oh--a--the priest, the place, and the--some of the doctors had put him--made him go back to bed, 'cause he was putting on his clothes. And when they took his temperature, he had no temperature. (Now there's many people living today that's seen the visions, seen it happen, or know about it.) And I went out and stood on the steps and said to Brother George, "Now, you watch, he's going to be wearing a brown coat and a plug hat. He will walk right down these steps in a few minutes." And he actually did. He come right out and walked down.
E-8 And about a--a--a night after that, the Lord appeared to me again, one morning, just about the break of day, and showed me a woman, hideously crippled, that was going to be made well. So I said, "Well, I'll--I'll probably find out where she's at." And so I went down and was turning off some water up on, I believe it was around, Eighth Street in New Albany, and I had... There was a double tenement, and I was afraid I'd turned off both sides. One side, the people had moved out, and the other side, the people were there. So I went over to the side that had the--the pe--that was occupied, and I knocked at the door. And there was a--a--a real poor people, and a very attractive young girl come to the door, rather poorly dressed. And she--she said, "What did you want?" And I said, "Would you try the water to see if it's off?" And she said, "Yes, sir." And she went. She said, "No, the water's still on." I said, "Thank you." And her mother, laying on bed... Her name was Mrs. Mary Derl O'Hannian. And they--she was Armenian. Her boy played full-back, I believe it was, on the New Albany base--football team. And she had--her daughter was in high school; her name was Dorothy. And she said... Dorothy said to me, "Aren't you that man of God that had that healing here in the hospital the other day? My mother wish to speak to you."
E-9 And I went in. And she told me that... She was laying crippled, and she had been crippled in the bed seventeen years, since this girl was born. And so the girl was seventeen years old. And so I told her that... She said, "Are you that man of God that healed that man?" I said, "No, ma'am, I'm not a healer. I just--I just merely prayed for the--the sick man, and was showed by something that told me... (I didn't know what to call it, a vision, or what; I didn't know what it was yet. I was just a boy, and single, and everything, and so there was a... )
E-10 This--this lady asked me for prayer for her. And I told her, "Let me pray first, and then if the Lord showed me to come back." And then when I went out to pray, I got Brother George; and I said, "That's that woman that I--I was telling you that I'd prayed about. I know it's the same woman. Go with me." And we went up there to--to offer prayer. And so this little seventeen year old girl... ('Course me, just a young boy.) And she had a brother about six, eight years old, something like that. And there was Christmas a tree (it was right after Christmas) standing in the house, and they got behind this Christmas tree to laugh at me. To make their mother well...
E-11 I told her that the Lord was going to heal her. And I... Brother George and I got down to pray, and when I started to pray, well, that Angel that I see, that--that you see in the picture, I seen it hanging over the bed. Well, I reached over and took a hold of her hand; and I said, "Mrs. O'Hannian..." (Now, she lives in New Albany right now, her and her husband and family.) And I said, "Mrs. O'Hannian, the Lord Jesus has sent me and told me before coming, that--to pray for you, and you was going to be made well. Rise up on your feet and be made well in the Name of Jesus." Her legs was drawed up under her. She--with her Armenian Bible over her heart, started moving towards the side of the bed. And as she did, she... Then Satan spoke to me, said, "You let her hit that floor, she'll break her neck, off that high bed." I was scared for a moment. And I'd always knowed that what them visions (I didn't know what it was then) had told me, was always right. So I went ahead anyhow. Let her come off the bed, and, God being my witness, as soon as she started jump from that bed, both legs come straight. Her daughter screamed, pulling her hair and running out into the street, screaming as loud as she could. Neighbors come from everywhere. And there she was, for the first time, for seventeen years, walking around in that room, praising God. I left immediately to get away from it. Later, I got acquainted with this young girl and went with her. 'Course this don't have to be on record, but I went with the young girl.
E-12 Not long after that, a few weeks, I was in my mother's house one evening. And I'd been praying that day, and I--I just simply couldn't seem to break through to a--to victory in my prayer. And I thought I'd just stay all, you know, go ahead to bed. I was staying home at that time. And so I went into the--the room to--to pray, and I was about one o'clock in the morning, I guess. And I--I prayed, and all at once I looked. And mama, she used to take her clothes and just pile them in a chair, you know. We're real poor people. And I looked, Something white coming to me. And I thought, I was looking at that chair of clothes. But It was that Angel of the Lord that--like cloud, you know.
E-13 And it come over to where I was and I--and I was standing in a room, a little what we call a shotgun house: little straight house, two rooms in it. And it had red wainscoting up here for the side. You see? There was little iron poster bed to my right side. There was a black headed woman standing against the--the one room--went out into the kitchen--she was standing against that kitchen door, a weeping. There was a father standing to me that had brought me a baby that something had been laying on it's little chest. And one, its left leg was wound around, till it was laying up against it's little body, and the right leg wind vi--vice versa. Both arms wound up, too, against its body, and its little body was twisted and wound up, till it--right here at his neck. And I wondered, what does this mean. And I looked, setting down to my left, and there set an old woman, taking her glasses off and wiping them from tears or something on her glasses. To my right, on a red duofold, which was a match to the chair, set a young, blond-headed boy with curly hair, looking out the window. And I looked, standing way over to my right, and there stood in--that Angel of the Lord. And He said to me, "Can this baby live?" And I said, "Sir, I don't know." He said, "Lay your hands across it. It shall live." And I--I did. And the baby had jumped down off the--out of the arms of the father, and the little right leg untwisted, and the right side untwisted, right arm untwisted. It made another step and the other side untwisted. Made another step, and the other side untwist--the body, middle part, untwisted, and he put his little hands in mine and said, "Brother Branham, I'm perfectly whole." The little baby was wearing blue corduroy coveralls or overalls, little bibbed overalls, and he had brown hair and a little bitty tiny mouth.
E-14 And then, the Angel of the Lord told me, He was taking me somewhere else, and I was carried way away. And He set me down by the side of an old graveyard and showed me the numbers on a tombstone near a church. And He said, "This will be your directing place." He carried me into another place, and there was a--looked like it had been a little town with about two stores in it, and one had a yellow front, yellow bordering on the walls. And I walked up there, or stood there, and there was an old man coming out with a blue corduroy jacket on, or blue jean jacket, and blue overalls with a cord--a yellow corduroy cap, and he had a big white mustache. He said, "He will show you the way." And the next time I come to, I saw, I was walking into a room following a rather heavy-set young woman. And as I entered the door, the figures in the paper on the wall, were red. Up over the door had a sign, "God bless our home." There was a big old brass poster bed laying to my right side and a chunk stove setting at the left. And over in the corner laid a girl of about fifteen years old, and she'd had polio or something, that had drawed her right leg up, and her foot turned sideways, and was drawed under her. And she--and she looked like a boy, only she had hair like a girl, and she had a--a heart shaped lips like a girl. And he said to me, "Can that girl walk?" And I said, "Sir, I do not know." He said, "Go, put your hands across her stomach." Then I thought it was a boy, sure enough, because Him having me put my hands across her stomach. I did as He told me, and I heard somebody say, "Praise the Lord." And I looked up, and when I did, this girl was raising up. And when she raised up, the pajamas she had on, her pajama leg come up, and it showed a round knee like a girl's knee and not knotty, you know, like the boy's knee. And I knew it was a girl, and she had on her pajamas, and she come walking to me, combing her hair. She's blond, combing her hair. The girl lives in Salem today, married and got three or four children. And her mother and father still there also.
E-15 And so a... I--I--I come to. And I could hear somebody saying, "Brother Branham," or "Brother Bill, oh, Brother Bill..." And my mother was calling me. And I thought, "I here one, one way a..." coming out of that vision you know, kindly droggy, and I said, "What do you want, Mom?" And in the next room where she was sleeping, and she said, "There's somebody knocking at your door." And I heard it, "Brother Bill..." And I opened the door. It was a man stepped in. His name was John Emmel. He lives in Miami, Florida, now. And he said, "Brother Bill, you don't remember me." I said, "No, I don't believe I do." Said, "You baptized me and my family," but said, "I took a road that's wrong." He said, "I killed a man, here some time ago, hit him with my fist and broke his neck in a fight." Said, "I've lost one of my little boys, the oldest one." And said, "The youngest one is laying home, dying now." And said, "The doctor of the city here, had just left and said, 'The child has double pneumonia' and it just barely can get its breath." And said, "I--I--I--I just... You come on my heart, and wonder if you'd come and have prayer with it." And said, "Now, as you know, I'm a cousin to Graham Snelling." (Which, Graham Snelling, the Reverend Graham Snelling now, had not become a minister at that time--a nice Christian boy.) He said, "He's my cousin. I'm going down to get him (which lived about a half a mile from me, down in the city). And said, "I'm going down to get him. And will you go up?"
E-16 I said, "Yes, Mr. Emmel, soon as I put my clothes on." And so he said, "I'll take my car and take you up." And I said, "All right." Said, "Soon as I get Graham. And I want you all to pray for the baby." And I said, "All right." So then I went to getting ready and mother said, "What was the matter?" I said, "There's a little baby to be healed." And so she said, "Healed?" And I said, "Yes, mother." And so I said, "I'll tell more about it when I come back," So in a few moments he knocked at the door, and Brother Graham was with him. We was going up here to what we know as the boat-yard now, which was the old Howard Shipyard, at the time. I said, "Mr. Emmel, do you--where do you live at now?" He said, "In above Utica." I said, "You live in a little a--what we call shotgun house, little two room." "Yes, sir." "Sets on a hill." "Yes, sir," he said. And I said, "Your--your baseboard here, is made out of tongue and groove and it's painted red." He said, "That's right."
E-17 I said, "The little baby is laying in a iron poster bed, and he does have in the house, at least, a pair of blue corduroy overalls." Says, "He has them on." And I said, "And the baby is teeny fellow, about three years old, and he's also got a little teeny mouth, little bitty thin lips, and he's got light brown hair." He said, "That's the truth." I said, "Mrs. Emmel is a black-headed woman. And in this room you have a red duofold and a red chair." He said, "Was you ever there, Brother Branham?" And I said, "Just awhile ago." "Awhile ago?" he said. I said, "Yes." "Why," he said, "I never seen you!" I said, "No, it was spiritually." I said, "Mr. Emmel, you've heard me tell, if I baptized you, of things that happens to me. I see things before it happens." He said, "Yeah. Did something like that happen to you, Brother Branham?" I said, "Yes, and Mr. Emmel, ever what It was that told me, has never told me a lie. Your baby's going to be healed when I get there." And he stopped the car, fell over the wheel, said, "God, be merciful to me. Take me back, Oh, Lord. (See?) And I promise You to live for You the rest of my days, if You're going to spare my baby's life." And there he gave his heart to Christ.
E-18 We moved into the house, all excited about him, a soul being brought back to Christ. When we--when we went into the house, there laid everything, just exactly the way it was, only the old woman wasn't there. Excitable... So excited I said, "Bring me the baby." And the baby just barely living. See, that winding up was the life gone out of the baby. It was just wound to hear it's little throat. And I said, "Bring me the baby," not waiting for the vision to fulfill.
E-19 Brother Vayle, if this pad was supposed to be laying here, I can't say a word till that pad's laid there. See? It has to be just the way it's showed me. So, I said, "Bring me the baby." And the daddy brought the baby to me, and I prayed for it, and it got worse. So I thought, "Now, something..." It--it really lost its breath, and they had to fight and shake and everything to get breath in it. And I thought, "Kinda something wrong." And I happened to think, "Where's the old woman?" That wasn't there yet. So they take the baby, laid it down. They was putting stuff under it's nose and everything and crying--the mother screaming hysterically and everything, but the baby was just--just barely breathing. And I thought, "Well, through my--my stupidity I have misused the vision of God," 'cause I never waited on it, being so overexcited.
E-20 By this, you can see, Brother Vayle, why I wait. I don't care who tells me. I love you as my brother. Brother, don't never try to tell me something to do, when I--when I feel that I--I've got the will of the Lord. See, no matter how well it looks the other way, I'll wait for Him. See? And--and so I--I learned a lesson right here, many, many, many years ago. And to do exactly what He says, and don't do it till He says it's ready to be done.
E-21 The baby was fighting for breath. Now, I couldn't tell them what I'd done, but I just had to wait. I thought, "Maybe grace will override it and forgive me." Well, I went, set down. They'd fought for life for the baby till daylight. When day begin breaking, they thought the baby'd just go at any minute. Well, I set there, and they kept asking me, "Brother Branham, what must we do?" or "Brother Bill" they called me. "What must I do?" I said, "I don't know?" See? And I set there with my head down saying, "Lord, please forgive me." Well... And then it come daylight. Brother Graham Snelling had to go to work. So Mr. Emmel had to take him, and I knowed I had to leave the house, and yet Brother Graham was supposed to be setting there, 'cause he's got blond curly hair, as you know. He was supposed to be setting on this duofold. So I was setting there where Brother Graham was supposed to be setting, but the old woman wasn't there and there's no old woman at the place. So I set there. And so Mr. Emmel got his coat on. Then I knowed if Brother Graham left, hard telling when he'd ever be back. See? And then I knowed if... even if the woman come, then Brother Graham wouldn't be there. So you see what kind of a condition I was in. And so, Mr. Emmel said, "Brother Branham do you want to go?" or "Brother Bill, you want to go home? You want me to take you down home? I said, "No, sir. I'll just wait, if you don't mind." I hated to stay there in the house, just the baby, and the mother, myself, 'cause they were young people. They--he was about twenty-five years old, I suppose. And I was about the same age. And I said, "No. I'll just--I'll just wait, if you don't mind." He said, "It's all right, Brother--Brother Bill." And so a... The mother walking the floor, hysterically, and trying to--crying and everything, you know. And the baby's just worse. See? Just looked like any minute it's... just trying to catch its breath going, "enh... enh" [Brother Branham makes a sound--Ed.] That's all of it's breath was in it. And nothing...
E-22 They didn't have penicillin and things them days (You see?), so they just, they just put plasters on them and things like that. But the little baby had had it for several days, and it was gone, see, or going. And then I--I set down there and I thought, "My, if Graham goed..." Graham got his coat on, and he started to go out the door. And he said to his wife, he said, "Now, we'll be back just in minute." And I thought, "Oh God... Then I'd have to stay here all day and maybe all night again (You see?) waiting for that vision. What can I do?" And I looked out the window, and coming around the house, come the baby's grandmother in there. (I did learn later it was the grandmother.) And she had on glasses. I thought, "This is it, Lord, if-if Graham just don't go out the door." So she always come to the front door, but somehow--they don't even know till yet--but she went to the back door, come in the kitchen. And she walked in the kitchen--little old house--and she got to the door, her daughter run over there and kissed her, 'cause it was the daughter's mother, you know, and kissed her. And Brother Graham... And then she said, "Is the baby better?" She said, "Mother, it's dying," and she started screaming like that and her mother crying...
E-23 Then I thought, "If this will just work... Now if Graham don't go out... And I raised up, and I couldn't say nothing (You see?), just wait. And Brother Graham walked around. I got up so he could set down. And he--and that was some of his relation (You see?), so he just started crying too, and set down on the duofold where he was supposed to be setting. I thought, "Now, if that old lady will just come around and set down in this red chair..." And I got back to the door where Mr. Emmel was standing with his overcoat on and ready to go out (real cold weather, blizzardy cold.). And I thought... And the old lady set down in this chair, and Graham set down and ducked his head down, and the mother of the baby put her hand up on the door and begin weeping, just exactly the vision. And the old lady set down and instead of it being tears, altogether on her glasses, coming from the cold, it fogged them. And she had reached in her little briefcase and got a little handkerchief out (or little satchel), and started wiping these glasses. Brother, that was it! I said to Mr. Emmel, I said, "Mr. Emmel, you still have confidence in me as a servant of Christ?" He said, "I sure do, Brother Branham." I said, "I can tell you now. I spoke ahead of the vision awhile ago. That's why it didn't happen. If you still got confidence in me, go bring me your baby." Oh, my. I seen it was right then. You see? "Go bring me your baby." He said, "I'll do anything you tell me to do, Brother Bill. I wouldn't be afraid to pick it up..." 'Cause in pick it up, it just went... The breath altogether left it. Brought the little baby up to me. Reached and got it in his arm, brought it up to me, and stood there. I put my hand on it and said, "Lord, forgive the stupidity of Your servant (See?); I spoke ahead of Your vision. But now let it be known that You're God of heavens and earth." No more than said that, the little baby throwed both arms around its daddy, and begin screaming and crying, said, "Daddy, I feel all right now." See? I said, "Mr. Emmel, let the little baby alone. It'll be three days before it leaves it, 'cause it made three steps unwinding."
E-24 I went home. I told it in my church. And I said, "I'm going back." That was on Monday. I said, "Wednesday night, before church, I'm going up there." They was poor people, and we made them up a basket of groceries to take to them. So I said, "I want you all to go. And when I go there and you get around the house, and when I come to that place to where that house is, you watch and see if that little baby don't come across the floor with a little mustache made here, where he's been drinking chocolate milk or something (See?), and put his hands in mine, and say these words, 'Brother Bill, I'm perfectly whole.' This little three year old baby... Watch and see if it don't happen."
E-25 My wife, now, Meda--way before we were married, so--she was in the bunch. And a truck load went and placed themselves around the house (See?) to see me when I drove up in the old Public Service Company truck that I had home that night (I didn't have any car of my own), full of tar in the back and things, you know, where I'd been hauling it that day and fixing things. Drove up in front, stopped, went up on the porch, knocked on the door, and (they didn't have no rugs on the little old floor), and the mother come across the porch, said, "Why, it's Brother Bill." like that, and the people, looking in the windows at the time to see what would happen. And in the corner, playing, was this little boy (the third day). I stopped, never said a word, and he come strolling across the floor, put his little hands up in mine with the lit... Been drinking chocolate milk (his little mustache-like across there from the chocolate milk) put his hands up in mine. Said, "Brother Bill, I'm perfectly whole."
E-26 And that night at the church I told it. I said, "There's a crippled girl, somewhere that's needy." I said, "Church, I don't know what these things mean. I can't tell you." And--and so I was working at the Public Service, and I remember, one day, about a week after that, I started to leave the building, going out. And Mr. Herb Scott lives here in the city, right now, he was my boss. And he said... I started down and he said, "Billy," And I said, "Yes." Said, "'Fore you leave, I've got a letter here for you." I said, "Okay Herbie, I'll pick it up in a minute." And a... And so I went over to get the--my other work. I was checking up. So I went over to get my other work done, and when I--I did, I remembered that letter, and I went and got it, and opened it up, and said, "Dear Mr. Branham (see?) " said, "My name is Nail. I'm Mrs. Harold Nail. We live at a place called South Boston." And said, "We're Methodist, by faith. And I happened to read a little book that you wrote, called "Jesus Christ, the Same Yesterday, Today, and Forever," a little pamphlet. And we were having prayer meeting in our house the other night, and we have heard of you having success praying for the sick." And said, "I have a afflicted daughter, fifteen years old," said, "that's laying on the bed of affliction. And somehow, I just can't get it off my mind, that I should have you to come pray for this girl. Would you please do it? Yours truly, Mrs. Harold Nail. South Boston, Indiana." I said, "You know, that's the girl, that's her." I went home told my mother, told them about it. I said, "That's--that's the girl."
E-27 And then that night, at church, I said to the church; I said, "Here's that--that--that place." I said, "Anybody know where South Boston is?" And Brother George Wright (You all are acquainted with him.), he said, "Brother Branham, it's--I think it's down in the south." So the next day, I--two friends of mine, and the--my wife (which now is,), and a man and his wife from Texas (Their name was Brace, Ad Brace. He lives down here now, in below Milltown, farmer. He was a rancher out in the West, and he'd moved here to be close to the church. And I'd prayed for his wife and she'd been healed of a tubercular condition.), and so he wanted to see this happen. I said, "You go with me and see if it don't happen just this a way." So the lady had never seen a vision (Mrs.--Mrs. Brace.) So my wife went with me, and Brother Jim Wisehart, the old elder, you remember the church there, the old deacon. He wanted to see it. And I just had a little old roadster then, and I piled them all in there, and we went down below New Albany, and I found this sign. And I come to find out, it wasn't South Boston, it was New Boston. So then I didn't know where to go. So I come back up to Jeffersonville, and asked somebody, and somebody went to the post office, and they said, "South Boston is up above Henryville." So I--I went up to Henryville, and I asked there, and they said turn off on this road. It's about fifteen miles, back over these knobs, here. "You find a little place you'll... Be careful, you'll miss it," said, "because it's just one little store, and the store has got the post office and everything else in it: South Boston," over in these knobs. There's seventeen thousand acres of them knobs in there (You see?), and this is over behind it in the hills there.
E-28 So, we went on, riding along, and all at once I felt real strange, after been driving five or six miles. And I felt real strange. And I said, "I don't know..." They said, "What the mat...?" I said, "I believe that--that One that talks to me wants to talk to me, so I'm going to have to leave the car." So I got out of the car. And the women setting on women's laps, you know, and everything, that little old roadster... And I got out of the car and went around behind the car. And I bowed my head down, and put my foot up on the bumper in the back of the car. And I said, "Heavenly Father, what would You have Your servant know?" And I prayed, nothing happened. And I waited a few minutes, and I thought, "Well, He..." Usually, where there's a crowd like that I have to get to myself. And so I waited a few minutes.
E-29 And I happened to be attracted to look over there. And I happened to think, "Well, looky here. Here's that old church setting down here." And if you're ever at it, it's the Bunker Hill Church. And I looked over on the side of Bunker Hill Christian Church, and there was a tombstone of the graveyard, right in front of the church. And I went over there. I said, "Now, you all got them letters. I never been that country before in my life. Never was in above there, anywhere, in my life." And I said, "You get them names and numbers and come over here and see if they ain't the same one this tombstone." And there it was, just exactly. I said, "That's it. We're on the right road now." That was as the Angel of the Lord... See, I'd have passed right on by it and not know it. So it... Oh, He's perfect. And so we rode on and on. Directly, I met a man, and I said, "Could you tell me where South Boston is, sir?" He said, "You jog to the right and the left, and you know, so forth like that..."
E-30 And we just kept on going. So after while, we'd come into... I noticed, I come into a little place and it had a... kind of a little village-like, and I--I looked and I said, "That's it. That's it, right there." I said, "There is the... There--there's that yellow storefront." And I said, "Now, you watch, a man is going to come out of there with a blue overalls on, a white corduroy--a yellow corduroy cap, with a white mustache, and tell me where to go. If it ain't, I'm a big story teller." And so, they was all waiting. And a--and I drove up in front of the place, and just as I drove in front, out come the man with the blue overall suit on, and the yellow corduroy cap, and the white mustache. And Mrs. Brace fainted in the car, it... Seeing it's come to pass like that. And I said, "Sir, you're to tell me where Harold Nail is." He said, "Yes, sir." Said, "Did you come from the south?" I said, "Yes, sir." He said, "You passed it, about half-mile down the road, you turn the first road to the left. You go up, and you find a big red barn and you turn in there at that red barn." Said, "It's the second house on your right as you turn up that little lane like road." I said, "Yes, sir." He said, "Why?" I said, "He has an afflicted daughter, doesn't he?" He said, "Yes, sir, he does." I said, "The Lord is going to heal her." And the old man started crying. See? Never knowed... And so he was included in the vision; he didn't know what was going on. I turned around. We got Miss. Nail kindly revived again. And went up there, walked up into the yard, got out of the car, started in, started up the place to the--you know--to the place where it was at. And a--a heavy set young woman come to the door. I said, "There she is." See? And so she said, "How do you do." And I said, "How do you do." I said, "I'm---I'm Brother Bill." "Oh," she said, "I--I--I thought you were." She said, "You have got my letter?" I said, "Yes, ma'am, I did." She said, "I'm Mrs. Harold Nail." I said, "Well, I'm glad to know you, Mrs. Nail. And this is just a little party come with me to pray for your girl." Said, "Yes." I said, "She's fixing to be healed." She said, "What?" And her lips started quivering; she started crying. I said, "Yes, ma'am." And I--I don't know; I never stopped for the woman. I walked right on down the hall, and my party followed me. When I opened the door to the right of the hall (big old country home), opened the door, there was the yellow news--the yellow papers on the wall, red figures, the sign, "God bless our home" ; the old brass poster bed; chunk stove, setting to my left; and there was a little bitty cot setting there where this boyish looking girl's laying in it.
E-31 Now, something happened. I was up in the corner of the room, watching my body go to that bed. And I laid my hands right across her stomach, exactly the way the Lord said. And when I did that, when Miss. Nail walked in the room and seen that, down she went in the floor again, fainted. She's kind of a weakly person. And she fainted in the floor again. And Brother Nail was trying to work with her. And old Brother Jim standing there saying, "Bless the Lord," holding his hands together (if you all knew how he acted.). And so then I looked at that, and I seen that, and I laid my hands upon her, or across her stomach like this. And I said, "Lord, I do this at the command of what I think is God telling me to do it."
E-32 And about that time she started crying. And she jumped up and they'd just got Mrs. Nail to her feet (she'd woke up from her fainting spell). And when the girl jumped from the bed, there come her pajama leg up on the right leg, just exactly the way that it showed in the vision, and there was that round knee of a girl instead of a boy. And down went Miss. Nail again. See? She fainted. That's the three times she'd fainted. And that girl walked out of there in that room and went into her dressing room, weeping, and put on her kimono, come walking back, combing her hair with her--with that cri... And one hand was paralyzed too, on the right side, combing her hair with that crippled hand. She's married, got a bunch of children. Her name... I don't know what her name is now, but Nails... anybody could tell you Harold Nail... And that... visions are true.
E-33 I could place that and take you to people that would make a volume of books of such things as happened. Now that's true, Brother Vayle. I'll fail: I'm a man. I'm a failure to begin with, and a very poor substitute for a servant of Christ. [Brother Branham spells names of people--Ed.] M-e-r-r-e-double l. [Brother Vayle says, I thought of that...?... ] l-a-v... [Nail was N-e-i-l?] N-a-i-l. [Brother Vayle says, "B-r-a-c-e?"] B-r-a-c-e. Ad. Ad Brace. ["Yeah. Now I think I've got them all. Ah, isn't that a Graham Shelling?] Graham, G-r-a-h-a-m, S-n-e-double l-i-n-g." [Brother Vayle says, "Oh, Snelling. Now, we got it. A... ]


НАВЕРХ