Волнующий момент моей жизни (Постыдиться Слова)

Другие переводы этой проповеди: Постыдившийся - VGR
Дата: 65-0711 | Длительность: 1 час 39 минут | Перевод: Донецк
doc doc doc
Просмотреть только русский текст Просмотреть только английский текст

Волнующий момент моей жизни (Постыдиться Слова) / Ashamed

ПОСТЫДИТЬСЯ СЛОВА (СВИДЕТЕЛЬСТВО О ПОЕЗДКЕ В АФРИКУ)
У11.07.1965 ДЖЕФФЕРСОНВИЛЛ, ИНДИАНА, США

“ВОЛНУЮЩИЙ МОМЕНТ МОЕЙ ЖИЗНИ”

[Брат Уилльям Маррион Бранхам сказал эту короткую речь 27 мая 1965 года в Иоганнесбурге, в Южной Африке, и переводчик переводил каждое предложение на язык африкаанс.]

Наступил один из самых волнующих моментов моей жизни. Я ждал этой возможности пятнадцать лет. С тех пор как я расстался с вами, я всем сердцем хотел увидеться с вами вновь. Я очень много молился, чтобы снова приехать сюда. И несколько недель назад я был весь в ожидании, веря, что у меня получится приехать и провести собрания. Но когда я получил ограниченную визу, у меня чуть не случился сердечный приступ. Я так хотел приехать! Но я твёрдо верю, что с помощью Бога я снова буду служить во Имя Господа Иисуса среди африканцев. [Брат Бранхам прослезился—Ред.] Бог обещал исполнить нам желание нашего сердца, а это одно из желаний моего сердца.

Я вспоминаю большие собрания здесь в Иоганнесбурге. Я помню мальчика с короткой ногой, которая вытянулась, стала нормальной; и ту леди, чья дочь исцелилась от проблемы со спиной, и её мать упала в обморок, и упала на…на раскладушку. [Переводчик говорит: “Это двоюродная сестра моей жены”.] Твоей жены?.. О-о, вот это да! Было столько великих событий! Несомненно, многие из тех людей, приходивших на те собрания, сейчас уже с Господом. Я тоже с тех пор состарился. Не пройдёт много времени, как настанет и мой черёд отойти. Тогда мы будем вместе навсегда. Никаких виз не будет. [Брат Бранхам смеётся.]

Мне уже хочется сказать проповедь. [Брат Бранхам и братья смеются.] Но в Писании написано: “Отдавайте кесарево кесарю, а Божье Богу”. Через несколько минут я надеюсь встретиться с вами здесь, пожать вам руку и снова вместе пообщаться. Я благодарен за всех этих замечательных людей. Как бы мне хотелось, чтобы сегодня здесь были все мои братья из Африки, со всех деноминаций, чтобы нам просто собраться вместе и беседовать весь вечер. И я хотел бы услышать, что Господь совершает у вас здесь, а я хотел бы рассказать вам, что Он совершает у нас за океаном. Может быть, Он когда-нибудь позволит. А до того дня я буду молиться за вас, а вы будете молиться за меня. Да благословит вас Бог.

1 “ПОСТЫДИТЬСЯ СЛОВА (СВИДЕТЕЛЬСТВО О ПОЕЗДКЕ В АФРИКУ)”

Спасибо, Брат Невилл. Пусть Бог тебя обильно благословит. Доброе утро, друзья. Приятно находиться сегодня утром здесь. И…и… Мне кажется, что я сделал… Я постоянно посягаю на время Брата Невилла. Сидел там с…готовил тему, а я зашёл, и он сразу начал складывать свои заметки и сказал: “Ну что ж…”

2 Мне вспоминается, как много лет назад тут был один чернокожий брат по имени Брат Смит, и ещё Сестра Кросс. Мы с ними были очень близкими друзьями. И вечером, когда я входил в помещение, этот старина… У него были седые усы. Не знаю, помнит его кто из вас или нет. И он, знаете, сидит на платформе, а все поют: “Это дорога на Небеса”. А Брат Смит, знаете, просто сидит вот так. И я заходил через заднюю дверь.

3 Там была одна девочка, тёмная-тёмная, она сидела в углу. Она как захлопает в ладоши, как запоёт: “Превознеси Его”, — знаете, эту песню. Они придумали к ней свою мелодию. А потом в другом углу кто-нибудь другой запоёт…вторит: “Превознеси Его”. Когда я входил в дверь, они это и пели. Я тех людей очень люблю.

4 И вот пожилой Брат Смит посиживает там, знаете, а он был таким спокойным человеком. Он говорил: “Заходи, старший, располагай свою шляпу”. [Брат Бранхам и собрание смеются—Ред.] Не “ты располагайся”, а “шляпу располагай”. Понимаете? “Заходи, старший, шляпу располагай”. Он поднимался, и по его первым словам я уже знал, что мне не увильнуть. Понимаете?

5 Он говорил: “Ну, — говорит, — знаете, дети мои, — говорит, — я…я тут сидел и просто спрашивал: ‘Господь, что Ты мне дашь для проповеди?’” Говорил: “А Он…Он всё мне отказывал…качал головой, мол: ‘Ничегошеньки Я тебе не дам’.” Видите? Он говорил: “Гляжу, а там сзади заходит пресвитер Бранхам, и я сказал: ‘Понятно, Господь. Теперь-то я припоминаю…’” [Брат Бранхам и собрание смеются—Ред.] Ну как тут увильнёшь!?

6 Брат Джордж Райт, как у тебя дела, брат? [Брат Райт отвечает: “О-о, отлично. Конечно”.—Ред.] Будь благословен, Брат Райт! Я, конечно… [“Там в конце Брат Илайджа”.] Это брат… [Кто-то говорит: “Брат Перри”.] О-о, правда? Он говорит, что Брат Илайдж Перри там в конце. Где ты, Брат Илайдж? Я не видел его уже столько… Ого, ну и ну! Так у нас тут будет настоящее собрание! [Брат Бранхам смеётся.] Илайдж Перри, Джордж Райт и некоторые старожилы, которые были здесь ещё тогда, когда ставни приходилось чуть ли не руками держать, чтоб не улетели, при сильном ветре. Приятно видеть вас! Мама… Сестра Райт с вами? Сестра Райт здесь? [Брат говорит: “Она там в конце”.] Она тоже там в конце. Да-да. Ну, как прекрасно! Сестра Перри, теперь я всех вижу. Ну, просто замечательно. Хорошо, что я здесь. Приятно сидеть в таком месте. Приятно быть вместе.

7 У меня были такие грандиозные планы, а вернулся с грузом на сердце. Я ведь только что вернулся из Африки, вы все знаете. И когда я туда поехал, у меня была ограниченная виза, и мне не позволили…мне не разрешили проповедовать, потому что собралось бы слишком много людей. Там в любой момент может начаться восстание, и…и они…они не разрешили мне проповедовать, потому что собралось бы слишком много народа. Я смог бы только в том случае, если бы меня пригласила какая-то организация от правительства…в правительстве, тогда правительство автоматически отправило бы милицейскую охрану. Видите, они просто… Там обязательно будет восстание, вот и весь сказ. Оно совсем не за горами. Понимаете? Этот правительственный чиновник сказал: “В прошлый раз, когда он был здесь, у него собралось около четверти миллиона людей”. И он сказал: “Тогда, вы видите, коммунисты только и ждут этого, чтобы поднять долгожданное восстание”. Поэтому проповедовать мне было запрещено.

8 А те люди стояли там, махали руками и плакали: “Помнишь мою мать? Помнишь, мой брат умер? Мой…” А они были за оградой, за ограждениями из проволоки — вы бы знали, как мне было не по себе. И я вернулся домой.

9 И я подумал: “Ну вот…” Мой сын Иосиф, что там в конце, немножко отстал в чтении. И у него было… Ему, конечно, засчитали, но ему нужно было всё наверстать, читал не достаточно хорошо. Так что я подумал: “Что ж, придётся нам немножко побыть дома”. И я сказал: “Если останемся дома, то испортим детям все каникулы”. Так что мы просто взяли и перенесли это дело на другие числа — на август, чтобы…и приехали сюда на две-три недели.

10 Я сказал: “Думаю, что, пока мы будем там, я возьму и проведу собрания. Снимем тут школьный зал и…и проведём собрания с 28-го вплоть до 1-го числа — собрания в школьном зале”. Я хотел проповедовать на тему излияния этих семи последних Чаш. Итак, мы позвонили заранее и были немножко разочарованы. Нам больше не разрешат арендовать в этих школах — собирается слишком много народа. Нам нигде не разрешают их проводить. И… Так что потом я решил, поскольку я уже приехал сюда, вместо…

11 Мы не сможем разместить всех людей, если бы мы оповести-… Мы ещё об этом не оповещали. Так что, если мы разместим всех людей…попытаемся разместить людей здесь, в скинии, у нас ничего не получится. Понимаете, это просто… Пять дней здесь — это было бы ужасно.

12 Итак, присев там и поговорив с Братом Невиллом, Братом Вудсом и другими, мы решили сделать так. Если мы не сможем, то я… Вместо того, чтобы у нас было пять служений: это было бы 28-го, 29-го, 30-го, 31-го и 1-го числа, ну, я считаю, что если мы… Начиная со следующего воскресенья, мы можем проводить по два служения: в воскресенье утром и в воскресенье вечером — это 18-го. А затем 25-го числа провести в воскресенье утром и в воскресенье вечером — это уже четыре служения. Потом 1-го августа провести в воскресенье утром и в воскресенье вечером. Итого у нас получится шесть служений, и при этом не придётся так тесниться, чтобы вместить людей. И я думаю, что…

13 Как вы думаете, это лучше, чем если бы все теснились, толпились и всё такое? [Собрание говорит: “Аминь”.—Ред.] Тогда… Если только два служения, то это мы можем выдержать, и то всем придётся потесниться. А пять вечеров подряд — это было бы тяжело.

14 И пока я здесь, я хочу встретиться с попечителями и старшими.

15 Это начинается везде. Мы живём в эти последние дни, когда у Евангелия нет таких преимуществ, какие Ему полагаются. У Него нет тех прав, которые Ему полагаются. Всё завязло в политике и прочем, и… Наподобие профсоюза. И всё к этому, в конце концов, и придёт, потому что клеймо зверя должно появиться через союз — мы знаем. Так что мы…мы… Потому что это будет бойкот, “никто не может ни покупать, ни продавать кроме того, у кого клеймо зверя”.

16 Так вот, я хочу узнать у старших… Я чувствую водительство… Я ещё никогда в жизни так не алкал в сердце по Богу, как сейчас (понимаете?), по… И я…я хочу приобрести себе палатку, и чтобы было своё, как Господь показал мне в видении, и я считаю, что то время уже очень близко. И пока я здесь, я хочу узнать, почему бы нам ни приобрести палатку.

17 И…и тогда, если мы поедем, например, приедем сюда в Джефферсонвилл, вместо того чтобы проводить только пару дней или три-четыре дня, мы сможем взять и поставить тут палатку, и провести две-три недели (понимаете?), и просто…никто об этом ничего не скажет. Мы можем арендовать или футбольное поле, или (если нам не разрешат) здесь есть фермер, который отдаст нам свою ферму. Мы арендуем ферму и…и поставим её там. Нам только осталось бы сделать там подсобные помещения и прочее для удобства. А это сделать не трудно. И тогда мы начнём проводить свои служения таким образом, потому что это согласно видению от Господа, и это нужно так делать.

18 И вчера, когда приехал, знаете, узнал одно, другое. Иду по улице, а там один мой хороший друг прогуливался, говорит: “Привет, Билли”. Я посмотрел на него: волосы белоснежные, живот вот такой. А этот парень — моего возраста. Мы игрались вместе. Он был красивым молодым парнем, когда я был ещё мальчишкой. Я… Мне как-то стало не по себе.

Мой сынок Иосиф спросил: “Папа, почему ты такой грустный?”

19 “О-о, — я ответил, — Иосиф, я не могу тебе этого объяснить. Понимаешь, я не могу…не могу тебе сказать”.

20 И я смотрю на Илайджу Перри, сидящего там в конце, и на миссис Перри. Кажется, что только вчера они были парой брюнетов, жили по соседству со мной, когда у нас была старая лодка “Ваху” там на реке, и мы рыбачили по вечерам. Вижу, что они оба поседели. Знаете, это говорит об одном, включается такой звоночек: “Совсем мало времени тебе осталось”. Понимаете?

21 Поэтому я хочу проводить каждый день своей жизни для Него. Сколько у меня осталось, сколько времени у меня есть — я хочу где-нибудь его провести, делая что-нибудь, даже если это просто стоять на углу улицы и свидетельствовать во славу и честь Божью. И я…я здесь для этой цели.

22 И у меня здесь в Гринс-Милл, штат Индиана, есть одно потаённое местечко. Это не город, это…это дикая местность. И её выкупили какие-то люди, и они там даже не дадут тебе и шага ступить. Но у меня там есть пещера, где он никогда бы меня не нашёл, будь я в ней. Я иду ночью, и он даже не знает, когда я вхожу или выхожу. И он не знает, где находится эта пещера, и где бы он ни искал, всё равно бы до неё не добрался. И я хочу съездить туда и немножко поговорить с Господом. Я чувствую, что это необходимо.

23 Жене хотелось приехать, Ревекке и Сарре хотелось приехать и погостить здесь, у своих друзей. И вот мы приехали на эти три недели и…если Господь позволит.

24 И я думаю, что, вместо того, чтобы на собраниях здесь набивать скинию битком людьми… Конечно, она принадлежит нам, принадлежит Господу, Он дал её нам. И здесь есть кондиционер. Хотелось бы провести служение в воскресенье утром, служение в воскресенье вечером. Это позволило бы людям вернуться к себе домой, а потом дожидаться следующей недели.

25 Думаю, что мне не удастся взять и…и тщательно рассмотреть излияние этих последних Чаш официально, потому что это само по себе очень-очень обширное послание. Но я мог бы молиться за больных и делать то, что… У меня есть проповеди к…какие Господь дарует мне для церкви. На неделе я буду выезжать куда-нибудь туда, в дикую местность, и готовиться к проповеди, потом возвращаться в воскресенье утром, проводить вот такое служение в воскресенье утром и служение в воскресенье вечером. Наш любезнейший пастор, Брат Невилл, я спросил его, устраивает ли это его. Ведь я отнимаю у него все служения, но он с радостью пожертвует ими ради…ради этого. Я просто…

26 Брату Кэппсу, смотрю, тоже дома не сидится, вижу, что и он уехал, и…и Брат Хьюмс. И Господь побудил Брата Мэнна занять эту должность и место. Знаете, как чудесно Бог всё устраивает! У Него всегда всё точно по расписанию. Я прихожу, слышу, кто-то проповедует. Говорю: “Неужели… По-моему…”

27 Брат Кэппс, он приехал в Тусон и, мне кажется, у него сразу вся охота пропала — там было примерно сорок четыре градуса тепла. Ему такого не надо, так что он сразу уехал вместе с Братом Хьюмсом, отправились в Финикс. А там, конечно, сорок шесть, сорок семь, сорок восемь градусов. Это ещё хуже, так что, мне кажется, после этого он поехал в Техас — он пытается найти жильё.

28 Но в это время года лучше в Аризону не ехать — уверяю вас. На днях, в прошлую пятницу, там было шестьдесят два градуса, шестьдесят два градуса в Паркере. А как раз там живёт Брат Крейг из этой церкви. И… Можно разбить яйцо, и оно сжарится, ещё не упав на землю. [Брат Бранхам смеётся—Ред.] Можно плюнуть и…и влага испаряется, там просто… Там вообще нет никакой влажности, в это время года там точно как в духовке. А примерно с ноября, в декабре и январе там замечательно. Но в марте и апреле лучше уезжайте, если не хотите задохнуться.

29 И вот, так и получилось, что Брат Кэппс и другие приехали как раз в это время, из-за этого они наверно и удрали оттуда. Так что, может быть, Господь допустил это с определённой целью. Я верю в то, что Бог направляет шаги праведника. Иногда это кажется трудным.

30 Как недавно в этой поездке в Африку, я был так уверен в том, что действовал по воле Божьей, потому что год назад я был на юге и проводил серию собраний, и они…они… Я подумал…

31 Приехавшие из той организации сказали: “Ты можешь поехать с помощью Христианских предпринимателей, но тогда мы не будем иметь с этим ничего общего”.

32 Ну, я не хочу так подставлять тех людей, знаете, создавать конфликт. Я…я хочу, чтобы между ними были хорошие отношения. Так что я просто сказал: “Ну…” Я написал им письмо: “Помните, я уже много лет пытался снова поехать в Африку, чувствуя, что моё служение в Африке не закончено. У меня нет…”

33 Зачем мне ехать в Африку, если прямо здесь, в Соединённых Штатах, меня приглашают из шестисот, семисот городов? Понимаете? Это только здесь, не считая Канады, Мексики и других стран. Зачем же мне ещё туда ехать? Но нечто в моём сердце влечёт меня в Африку. У них такие люди, что они мне, почему-то, очень нравятся, и я хочу поехать исключительно ради чернокожих людей. И почему-то многие из тех…тех лидеров считают, что мне не следует этого делать. Я…я хочу поехать к моим чернокожим друзьям. Именно туда меня позвал Господь. Вот, и они в нужде. Многие из тех людей, белых людей, в состоянии вызвать врача и всё такое. Но те бедные туземцы живут там, и наполовину сгнившие… Я…я считаю, что именно они, похоже, примут это. Именно они. В этом что-то есть.

34 Когда вы начинаете считать себя умными и всё знаете, тогда Бог ничего не может с вами сделать. Но если вы приходите в такое состояние, что хотите слушать и учиться, тогда…тогда Богу самое время сойти и поговорить с вами.

35 Итак, я написал им ответное письмо и сказал им. И я написал: “Запомните, в день суда пусть эти костлявые руки протянутся из дыма и будут вам осуждением! Да будет их кровь на вас, а не на мне, потому что я уже лет десять пытался ещё раз приехать туда”.

36 А когда я отправил письмо, вернулся, Нечто сказало мне: “Повстречайся с Сиднеем Джексоном, езжай туда как охотник”. И в то же самое время Господь проговорил к Сиднею Джексону, сказал: “Лев с золотистой гривой. Брат Бранхам разобьёт лагерь. Дурбан. Большое собрание”.

37 А он был здесь и выступал здесь у нас. Кстати, мы крести-… Он был категорически против этого крещения в Имя Иисуса Христа. А его жена — ещё хуже, чем он, она просто вставала и уходила. Можно было… Уверяю вас, таких преданных людей я ещё никогда не видел. У них там примерно сто пятьдесят служителей крестились в Имя Иисуса Христа, и они воспламенили всю страну. Послание охватывает всю Африку целиком, повсеместно, офицеры авиации и великие люди приходят и крестятся в Имя Иисуса Христа.

38 Итак, я… Когда я отправился в поездку, собирался туда поехать, я вам точно говорю, у меня никогда в жизни не было столько трудностей. И потом в самую последнюю минуту, в самую последнюю минуту перед отъездом оказалось, что на моей визе написали: “Не может участвовать ни в каком религиозном служении, может только ездить на охоту”. Ну, тогда… Это было нечестно.

39 Но я сказал: “Мне неважно, что делает дьявол, я не могу…я не могу ручаться за то, что Брат Джексон сказал о льве с золотистой гривой, и за одно, другое и третье. За это я не могу ручаться. Но одно я точно знаю, что Бог сказал мне встретиться с Сиднеем Джексоном и поехать на охоту”. И я сказал: “Я еду”. И иногда… И это была одна из моих чудеснейших поездок.

40 Я выяснил, в чём была проблема. Теперь я думаю, где-то в октябре, если Господь позволит, мне удастся снова поехать и провести собрания, и так далее — теперь в Африке будет полное сотрудничество и всё остальное. Понимаете? Я добрался до самой сути и выяснил, в чём было дело, в чём была причина. Если пишешь отсюда, этот говорит одно, а кто-то говорит другое, а этот там. Лучше всего самому поехать и выяснить. И я знаю, в чём была проблема, и какая была причина — это было потому, что собралось бы очень много народа; правительство не разрешило бы мне.

41 Теперь, если нас будут представлять Христианские предприниматели или любая организация, тогда правительство автоматически… (поскольку представители этой организации находятся в правительстве) …правительство посылает милицейскую охрану. Если бы было двадцать пять человек из одной деноминации, двадцать пять — из другой, то они всё равно бы не согласились. Решить должен глава этой организации. А Христианские предприниматели — это организация, принимающая людей независимо от религиозной принадлежности, представляющая все церкви. Их начальник, доктор Саймон — очень хороший человек. У меня была возможность встретиться с ним и поговорить. И они будут проводить собрания, и все остальные церкви соберутся вместе. Понимаете? И я верю, что там у нас будут крупнейшие собрания в…в Африке.

42 Но тем самым я хотел сказать вот что: когда ты знаешь, что стараешься поступать правильно… Во-первых, если ты чувствуешь водительство сделать что-нибудь, тогда проверь это по Слову и посмотри, соответствует ли это Слову, и тогда пусть ничто тебя не останавливает. Мне неважно, сколько бы палок дьявол ни вставлял в колёса — всё равно езжай себе дальше.

43 Я говорил жене, и я говорил Брату Вудсу, когда приехал сюда, и некоторым друзьям, с которыми я встречался вчера: примерно пять лет я здесь практически не знал, что делать. Всё было на нервах. Понимаете, само пробуждение среди церквей потухло. Это всем известно. Вы ощущаете это в этой скинии. Это везде ощущается. Ощущается пустота, омертвелость. Просто что-то не в порядке. Это потому, что у людей пропал энтузиазм пробуждения. Зайдите в церкви, вы увидите, как люди рассиживают там [Брат Бранхам изображает—Ред.], а у пастора проповедь не клеится и тому подобное. И что ж тогда делать — тогда превращает всё в какую-нибудь вечеринку или что-нибудь такое. Повсюду чувствуется какая-то омертвелость.

44 Это замечает Билли Грэхам, Орал Робертс. У мистера Аллена были кое-какие проблемы, как вы знаете. У Орала Робертса там здания стоимостью в пятьдесят миллионов долларов и так далее, у него школа. Вот и получается: на поприще уже никого и не осталось.

45 Я переехал отсюда и отправился туда в Тусон по видению, чтобы узнать, чего хочет от меня Господь. Там Он встретился со мной, как Он и говорил вам здесь, что Он это сделает, в форме семи Ангелов, и сказал вернуться назад, и что должны открыться Семь Печатей. Именно так и произошло.

46 Он сказал… Однажды с Братом Вудсом, когда он приехал туда, мы отправились в то же самое место, подбросил вверх камень, камень упал, и Он сказал: “В течение суток ты…” (Как-то… Не помню, какие точно были слова.) “Ты увидишь славу Божью”.

47 И на следующий день с неба опустился вихрь, и мы знаем всё остальное о том, что произошло. Когда он поднялся, они спросили, что это значит. Я сказал: “В этих трёх громогласных порывах ветра Он сказал три слова”. Этим людям был слышен только громогласный порыв ветра. А я понял, что Он сказал. И сказал: “Суд обрушивается на западное побережье!” Через два дня после этого Аляска чуть не затонула. Везде были громы, землетрясения, чего только не было. Только посмотрите — каждый день повсюду происходят землетрясения.

48 Моё последнее собрание, последнее собрание, которое я проводил… Вообще-то, с тех пор это первая моя проповедь. Я проповедовал в Лос-Анджелесе, в аудитории “Билтмор”, и я говорил о том, как мужчина выбирает себе жену. Наверно, вы получили эту плёнку. Это… Я сказал: “Это отражает его характер и его стремления”. Когда мужчина берёт женщину, берёт молодую девушку и…себе в жёны; если он выбирает, знаете, модерновую девушку, вульгарную Рикетту, то это просто говорит о том, каким будет его бу-… Если он женится на королеве красоты или на королеве секса — на какой бы то ни было — это показывает его…что на самом деле находится в этом мужчине. Но Христианин, он ищет в женщине характер, потому что он планирует создать с этой женщиной свой будущий дом. Он планирует… Он выбирает ту, которая создаст семейный уют. И я сказал: “А Христос, согласно Его Слову, говорит нам, каким будет наш будущий Дом. Тогда какую Он выберет Жену? Деноминационную проститутку? — Ни за что! Он выберет ту Женщину, у которой характер Его Слова, и это будет Невеста”.

49 И пока мы были там, Нечто нашло на меня, и примерно минут тридцать я вообще ничего не осознавал. Прозвучало пророчество. Я опомнился только тогда, когда с Братом Моузли и Билли прогуливался по улице. А Он сказал: “Ах ты, Капернаум, называющий себя именем ангелов, — то есть Лос-Анджелес, “город ангелов” (понимаете?), ангелов, — до неба вознёсшийся, до ада низвергнешься. Ибо, если бы в Содоме явлены были чудеса, явленные в тебе, то он стоял бы до сего дня”. И всё это у меня делалось вне сознания. Понимаете?

50 И как раз перед этим я призывал Христа…превозносил Его и говорил церкви, я сказал: “Женщины, сколько бы я ни приезжал к вам и ни проповедовал против этих вещей, что… Мужчины, проповедники, вы постоянно, всё время противитесь, всё равно делаете своё. Вы преступаете Слово Божье, как будто это пустое место”.

51 И когда я понял это, я обратился… Я сказал: “Где-то в Писании об этом сказано”. И я обратился и нашёл, что это Иисус упрекал Капернаум, находившийся на берегу моря. В тот вечер я просмотрел Писания. Приехав домой, взял книгу истории. Содом и Гоморра раньше был процветающим городом, центром языческого мира. И вы знаете, что от землетрясения этот город погрузился в Мёртвое море. И Иисус стоял и говорил: “Капернаум, если бы в Содоме были явлены те дела, которые были явлены в тебе, то он стоял бы и сегодня. Но теперь ты должен низвергнуться в ад!” И примерно через двести-триста лет после Его пророчества, из всех тех прибрежных городов, до сих пор стоят все, кроме Капернаума, а он лежит на дне морском. Землетрясение погрузило его в море.

52 А тут пророчествовал, что Лос-Анджелес будет на дне морском. И я приехал домой, и отправился в Африку. И пока я был в Африке, там произошло землетрясение. И учёные… Вы это видели, это показывали в телепередаче, что в Лос-Анджелесе провалились большие, красивые дома и мотель, и так далее. И теперь там…

53 После этого землетрясения в земле появилась трещина в пять-семь сантиметров, которая начинается на Аляске, обходит через Алеутские острова, выходит примерно на двести пятьдесят или триста километров в море, потом заворачивает в Сан-Диего, захватывает Калифорнию…точнее, Лос-Анджелес, и потом снова выходит как раз под северной частью Калифорнии, в местечке под названием Сан-Хосе, прямо под ним.

54 И этот учёный говорил, у него взяли интервью. Мы смотрели по телевизору. И он сказал: “Там внизу клокочущая лава”. И он сказал, что это… Он сказал: “Этот… Отвалится большой кусок, — и сказал, — и он…”

55 А этот интер-…этот человек по…учёный, который брал интервью у этого главного учёного, спросил его, сказал: “А могло бы всё это провалиться?”

Тот ответил: “Могло бы? Да это обязательно провалится!”

56 Сказал: “Ну, конечно, наверно, это произойдёт через много-много лет”.

57 Тот сказал: “Это может произойти через пять минут, или это может произойти через пять лет”. Он дал только пять лет.

58 Но также несомненно и то, что я стоял там под вдохновением, произнёс суд над западным побережьем, а потом разузнал здесь, что Лос-Анджелес затонет — ему конец! Верно. Это произойдёт. Когда? — Я не знаю.

59 Но, о-о, что произошло? Знаете, сейчас есть только шесть континентов. Было семь, тот континент затонул между Африкой и Соединёнными Штатами. О-о, это из истории, вы знаете об этом. Так вот, если он погрузится, тогда я хочу, чтобы вы заметили…

60 Когда я говорил эту проповедь (по-моему, в то время Брат Илайдж Перри, возможно, был здесь в церкви дьяконом — не знаю, но), было сказано: “Наступит время, — (я сам не знал, пока миссис Симпсон не принесла мне на днях эту проповедь; и у меня это было записано в книжке, — что пустыня…что океан потечёт в пустыню”. Это было тридцать лет назад.

61 И, конечно, озеро Солтон-Си метров на шестьдесят ниже уровня моря, и если эта огромная клокочущая…если всё в землю вот так провалиться, сотни квадратных километров, сотни и сотни квадратных километров провалятся в землю, то приливная волна дойдёт аж до самой Аризоны. Конечно, дойдёт.

62 О-о, мы в конце времени, славный час — явление Господа Иисуса! Он сказал: “Будут землетрясения по разным местам, смутное время, уныние среди народов, сердца людей будут издыхать от страха”. Сказал: “Когда всё это начнёт происходить, поднимите голову, ваше искупление приближается”. О-о, вот это да!

Народы крушатся, Израиль поднялся,

Язычников дни сочтены;

Знамений свершенье, народов смятенье,

Народ, возвращайся к своим. (Обязательно возвращайтесь!)

-

Тот день искупленья грядёт,

От страха стенает народ;

Светильник наполни и чистым храни,

Взор ввысь! Искупленье вблизи. (Это точно.)

-

Встают лжепророки, от правды далёки,

Что Бог стал Иисусом Христом.

63 Вы на днях видели ту фотографию, как Он повернул эту фотографию набок? Ту самую фотографию, где поднимались эти семь Ангелов, переверните её в правую сторону — там лицо Господа Иисуса, вновь смотрящего вниз на землю.

64 Вы помните, что когда я проповедовал “Семь Периодов Церкви”, я не мог понять, почему Иисус стоял там с “белизной” на голове; ведь Он же был молодым человеком. Я обратился к Библии, там сказано: “Он пришёл к Ветхому днями, Чьи волосы были белые, как шерсть”. Когда Иисуса распяли, Ему было только тридцать три с половиной года.

65 Я позвонил Брату Джеку Моору, теологу. Он ответил: “О-о, Брат Бранхам, это Иисус в прославленном состоянии”. Сказал: “Он стал таким после смерти, погребения и воскресения”. Теолога это устраивало, но как-то не укладывалось, чего-то просто не хватало.

66 Я встал тогда и начал говорить о первом церквопериоде, и тогда Святой Дух это открыл. У вас это есть в “Периодах Церкви”. Думаю, что книги уже очень скоро будут напечатаны, со всеми подробностями. И это говорило о том, что Иисус был Судьёй. Раньше судьи носили белый парик, надевали парик и носили его (в Англии до сих пор носят) — люди, наделённые верховной властью. И если повернуть эту фотографию набок, вот Он: Его тёмные волосы, их видно сбоку по Его бороде, и надет белый парик. Последнее слово за Ним, Он — верховная власть. Даже Сам Бог так сказал: “Это Сын Мой возлюбленный, Его слушайте!”

67 Вот Он с этими Ангелами — само Послание, которое и было семикратным снятием этих Семи Печатей, открывших семя змея и все эти вещи. И это говорит о том, что это и есть Его покров, это…это Его верховная власть. Он и есть верховный, и Он в парике или…или под покровом. В Библии сказано, что Он изменился в лице или Он Сам изменился — эн морфе. Это слово происходит от греческого слова эн морфе, которое означает “греческий актёр, исполняющий много ролей”. Сейчас играет одного, в следующем акте кого-то другого. В одном акте Он был Богом Отцом, в другом акте Он был Богом Сыном, а в этом акте Он — Бог Святой Дух. Видите? Вот Он какой, Его Слово по-прежнему верховное. Мы живём в последние дни.

68 Вернувшись недавно из Африки, я подустал. Понимаете, это просто…сейчас там ночь, и приходится перестраиваться. Только успел там адаптироваться, как надо было уже перестраиваться обратно. У нас была чудесная поездка, охотничья поездка, одна из самых лучших в моей жизни. Потом… У Билли есть фотографии, может быть, он найдёт время где-нибудь показать их и покажет вам поездку.

69 Мне приснился сон. Мне почему-то всегда снится, что я опять работаю на компанию общественного обслуживания. Итак, я…я видел, что я как бы отлынивал от работы, мне надо было… Мне просто разрешили похозяйничать, и я решил, что буду… Вместо того, чтобы взять и обойти электролинии, или собрать чеки, или выполнить какие-то свои обязанности, я просто сказал: “Я сам себе начальник”. Я просто пошёл купаться. И я спустился туда и снял свою…эту одежду, и надел купальный костюм. Я был один. И я подумал: “Слушай-ка, да ведь так же нельзя, ведь компания… Ещё рабочее время, ведь компания платит мне за это время”. Подумал: “Странно”. И потом я подумал: “Ну, те деньги, которые я собрал при обходе…” Обход клиентов и патрулирование у меня попали в одну кучу, и я сказал: “Ну, те деньги, которые я собрал… Что я натворил? Пока я тут слонялся, я потерял все квитанции, и у меня перемешались их деньги и мои деньги. Теперь как же я узнаю, кто оплатил счёт?” Я подумал: “Это только потому, что я был невнимательным!” Я подумал: “Так нельзя. Мне остаётся только одно — это вернуться к моему управляющему и рассказать ему”. Это был Дон Уиллис. Я сказал: “Дон, я потерял квитанции. Вот все мои деньги и вот их деньги вперемешку. Оставь их здесь у кассира. А когда будут приходить люди, у них будет расписка, что я получил их чек”.

70 Наверно, здесь сидят люди, у которых я… (я точно знаю, что есть) …у которых я собирал в те времена, и я…и я давал расписку. Знаете, если бы вы просрочили оплату счёта, то за это взималось только десять процентов. И, допустим, с полтора доллара взималось пятнадцать центов. Многие люди жили… Мы были любители собраться и поговорить, и они специально не оплачивали счёт, чтобы только я пришёл с ними немножко поговорить. [Брат Бранхам смеётся—Ред.] Отдавали пятнадцать центов, знаете, только ради того, чтобы я немножко посидел и поговорил, и взял у них чек. А тут я переборщил — у меня набиралось столько чеков, что невозможно было все собрать.

71 Ну, думаю, иначе тут никак не сделаешь. И тут я проснулся.

72 Тот дом, в котором мы живём… Сестра Ларсон… Её наверно здесь нет. Она очень добра к нам и… Она не хотела, чтобы я об этом говорил. Но это очень приятная леди, и мы живём в её комнатах. У неё две квартиры, маленькие квартирки, соединённые вместе — мы снимаем обе. И мы с женой спим там, в…в другой квартире, где я, так сказать, принимаю людей, когда могу, и там есть две односпальные кровати.

73 Я проснулся. Она ещё не проснулась. И через какое-то время она проснулась. И я помахал ей, а она оглянулась и несколько раз поморгала глазами. Я спросил: “Ты хорошо спала?”

Она ответила: “Не-а”.

74 А я сказал: “Мне приснился неприятный сон. Я опять был в компании общественного обслуживания”. Я сказал: “Что же я натворил?”

75 Помню, как в детстве…точнее, в молодости я обходил все те электролинии в Сейлеме, штат Индиана, разные… Я приходил, покупал завтрак; может, миску овсянки. Под таким палящим солнцем и всё такое, это…я…меня просто тошнило от этого завтрака. Я брал с выручки по десять центов на мелкие расходы. Управляющий пришёл и сказал, говорит: “Ты знаешь, что говорили на…на собрании? ‘Что это за тупарь такой, который на завтрак тратит десять центов?’” Сказал: “Ты должен тратить, по крайней мере, пятьдесят центов”. А вы все знаете, что в те времена пятьдесят центов стоил большой завтрак.

И я сказал: “Ну, я не ем столько”.

Он сказал: “Но ведь все остальные тратят пятьдесят центов. Ты должен тратить пятьдесят центов”.

Я сказал: “Ну, я их не проедаю”.

Сказал: “А ты всё равно трать”. Такой у меня был управляющий.

76 Ну что ж, я подумал: “Что же мне делать? Я должен потратить пятьдесят центов, хотя ем на десять центов”. Так что я выходил на улицу и находил детишек, которым на завтрак нечего было есть, и покупал им завтрак на сорок центов”.

И вот, я подумал: “Ну, что может… Может, это Он имеет против меня”.

77 И я помню, как тут недавно пришли патрульные, разворотили мне весь задний двор, и говорят: “Предъяви счёт”. Ну, знаете, у них как у патрульных есть права, но они должны возместить ущерб.

78 Я просто написал в ответ: “Вы ничего не должны”. Я подумал: “Так окупятся все те завтраки на сорок центов. За то время я, может, потратил двадцать-тридцать долларов, отдавая завтрак детям. Может быть, это решит дело”. Всё равно снилось.

79 Ещё у меня там стояло большое дерево, под ним игрались дети, а патруль… Теперь стали патрулировать на вертолёте. Итак, пришёл человек и сказал: “Билли, как насчёт того, чтобы срубить это дерево?”

80 Я ответил: “Нет, не срубайте его. Мы будем его подрезать”. Я сказал: “Мы с Братом Вудсом собираемся его подравнять”.

Сказал: “Ну, я просто пошлю работника подравнять его”.

Я сказал: “Только не срубайте его”.

Он сказал: “Я не буду срубать”.

81 Я уехал в поездку. Когда я вернулся, оно было спилено до самой земли. Потом у меня ещё начался судебный процесс. Видите? Я сказал: “Ну, Господь, теперь уж точно выяснится, сколько я должен”. Так что я не стал брать этого в голову, всё было нормально, ничего не предпринимал. Но мне всё равно это снилось.

82 Недавно, когда я утром проснулся, я сказал: “Ну…” Первое, что мы делаем утром, когда встаём — мы вместе молимся, а потом молимся вечером, когда ложимся спать. И потом, когда она пошла готовить детям завтрак, я начал молиться. Я сказал: “Господь, должно быть, я такой негодяй. Что я такого в жизни сделал, что я… Я никак не могу отделаться от этой компании общественного обслуживания?”

83 Я пошёл и принял душ, потом вышел. И казалось, будто Нечто подсказывает мне: “Может быть, я отлыниваю от Его работы”. Я подумал: “Вот уже примерно пять лет как я ничего не делаю, только жду Его указаний”.

84 Стою там недавно… Нам недавно построили там новый дом, и Брат Моузли приехал, говорил об этом. Я сказал: “Это просто небольшой подарок от моего Отца”. И он заплакал. Я сказал: “Видишь, Он сказал: ‘Если вы оставите свои семьи, дома, земли, отцов, матерей, то Я дам вам дома, земли, отцов, матерей и во сто крат в этой жизни и в будущей, Вечной Жизни’.” Я сказал: “Видишь, мне пришлось оставить скинию, которую я так сильно люблю; свой дом, который Господь дал мне там — пришлось оставить и его. Он взял и взамен дал вот этот”. Я сказал: “Он чудный. Видишь?” И он заплакал.

85 Ну, я…я сказал: “Мне пришлось приехать сюда и отделиться, приехать в эту пустыню”. И я подумал: “Интересно, зачем Бог привёл меня в пустыню, сюда, где нет ничего, кроме скорпионов и ящериц-ядозубов?”

86 Это не только пустыня, где очень жарко, но это ещё и духовная пустыня. О-о, вы бы знали! Там в церквях вообще нет никакой духовной жизни, они против… Вы ещё в жизни такого не видали! Нам даже некуда в церковь пойти, вообще. И вот, когда… Люди при смерти, в духовном смысле. Я заметил это в тамошних людях; наблюдая за ними, вижу, как они отличаются.

87 Итак, если пребываешь под воздействием Духа Божьего, то твоя жизнь становится приятной, нежной, как от воды растёт эта трава и мягкие почки. Если… В Аризоне такая трава не выросла бы, эти деревья были бы кактусами, листья просто свернулись бы и стали колючками. То же самое, когда церковь становится сухой, знаете, все друг друга колют и… Понимаете? Необходима нежная дождевая вода, которая смягчила бы вас, и выросли бы листья, и образовалась тень для проходящего мимо пилигрима.

88 И вот, Нечто подсказало мне: “Может быть, ты отлыниваешь от Божьей работы”. Итак, я помолился о видении.

89 А Меда недавно подарила мне новую Библию и Брат…Брат Браун из Огайо подарил мне новую Библию — оба одновременно, на Рождество. Я пошёл и взял одну из новых Библий. Я сказал: “Господь, в прошлые времена у Тебя был Урим и Туммим”.

90 Теперь послушайте, позвольте сказать вот что. Конечно, они не… Это…это собрание не записывается, потому я и прошу…говорю это. Позвольте сказать: не делайте этого! Это нехорошо.

91 И вот, я сказал: “Господь, раньше, когда сновидцу снился сон, его подводили к Уриму и Туммиму, и он рассказывал его. И если…если в ответ на Уриме и Туммиме вспыхивали огни, сверхъестественный Свет, значит, сон был верным”. Я сказал: “Но этого священства и Урима и Туммима уже нет. Теперь Твоя Библия является Уримом и Туммимом. Господь, дай, чтобы я больше никогда этого не делал. Я просил Тебя и молился Тебе, чтобы Ты показал мне видение, проговорил ко мне о том, почему мне снятся эти сны. Что я такого сделал? Если я причинил вред, если я сделал что-то какому-нибудь человеку в мире, то скажи мне. Я…я пойду и всё исправлю. Если я должен компании общественного обслуживания, если я неправильно поступил с ними или с каким-либо другим человеком, если я поступил неправильно перед Тобой, то скажи мне. Я…я хочу всё исправить”.

92 Давайте всё исправим сейчас. Не ждите какого-то момента, может оказаться слишком поздно. Давайте сделаем это сейчас.

93 И я сказал: “В этом Слове Божьем от Бытия до Откровений обязательно есть что-то, какой-нибудь персонаж, над которым Ты работал, у кого была такая же ситуация, по которой у меня стоит вопрос. Если кто-то что-то сделал, и…и Ты был недоволен им из-за этого, тогда позволь мне открыть это место в Библии. И если кто-то…что бы они ни сделали — главное, чтобы это было похоже на мой случай. Где я поступил неправильно, или чего Ты от меня хочешь, или чего я не сделал — дай мне увидеть в Библии какого-нибудь подобного персонажа”.

94 И я закрыл глаза, просто положил Библию, чтобы она сама открылась, ткнул пальцем в Писание — Бытие 24:7. Елиезер, верный слуга Авраама, образцовый слуга Библии, был послан отыскать невесту для Исаака. У меня по спине пробежали мурашки. Конечно, это же моё…это идеально соответствует всему моему Посланию — вытянуть Невесту.

95 Он сказал: “Поклянись, что ты не возьмёшь невесту из этих, но пойдёшь к моему родному народу”.

Тот спросил: “А что, если женщина не пойдёт со мной?”

96 Ответил: “Тогда ты свободен от этой клятвы”. Он сказал: “И Бог Небесный пошлёт Своего Ангела перед тобой, чтобы направить тебя”. Он сразу отправился и начал молиться, и он встретился с прекрасной Ревеккой, которая стала невестой Исаака.

97 Просто совершенное Послание — назад к Слову: “Иди и найди эту Невесту!” Это долг. Вот для чего я здесь. Вот что я стараюсь сделать — вызвать Невесту.

98 Помните, там в Калифорнии, этот смотр Невесты…предварительный смотр, который я видел здесь? Сначала появилась Невеста, и видел, как Она проходила мимо. Потом пошла мисс Америка, мисс Азия и все — о-о, ужаснейшее зрелище! А затем та же самая Невеста снова прошла мимо. Одна из них сбила шаг, и я сказал Ей не сбивать шаг; вернее, таких было две. Именно это я и должен был делать — следить за тем, чтобы Невеста не сбила шаг, искать ту самую.

99 Я сказал: “Боже, я возвращаюсь домой повторить свои обеты и начать всё заново”. Так что это мы и планируем сделать, для этого я здесь и нахожусь.

100 Я думаю, было бы хорошо, если бы мы так и сделали, начали 18-го, на следующей неделе…в следующее воскресенье утром, в следующее воскресенье вечером, в воскресенье через неделю и в воскресенье через две недели. Кто из вас считает, что так было бы хорошо? [Собрание говорит: “Аминь”.—Ред.] Благодарю.

101 Теперь я хочу, чтобы вы кое-что для меня сделали. Если вы оповестили людей, что 28-го будет собрание, то, пожалуйста, оповестите их ещё раз, что у нас не получится. Передайте, напишите им письмо или ещё как-то. Нам не хочется, чтобы люди приезжали и разочаровывались, но нам не удалось снять зал.

102 Понимаете, мы не смогли его снять, так что…потому что, мне кажется, на последних собраниях у нас там было столько людей и всё такое, они просто… Вы знаете, каким бывает светское общество, и они… Ну, просто мы живём в последние дни, вот и всё. И они жалуются, что люди приезжают и мешают занятиям, и они приезжали туда слишком рано, и они делали то или сё, или ещё что-то, и помещение было слишком переполнено, и начальник пожарной охраны делает то и сё, и… Ну, в общем, вы знаете.

103 Так что мы будем рассматривать те Чаши и те Трубы, я хочу изложить их… Я говорил вам о своём намерении. Они относятся совсем к другому; так же, как и Чаши, звучание Труб. Но хотелось бы пройти сразу всю серию и преподнести это…связать всё это вместе.

104 Кто из вас читал работу Брата Вейла, как он редактирует всё это, приводит в порядок и исправляет по моей просьбе грамматику? Вы что-нибудь из этого читали? Читали, двое или трое. Я считаю, что у тебя отлично получилось, Брат Вейл, просто молодец! Ты… Мне кажется, Сестра Вейл это сделала; ты просто написал, а она напечатала. Она была… Видишь, Сестра Вейл, я не всегда против женщин, правда? [Брат Бранхам смеётся—Ред.]

105 Итак, теперь давайте тут на следующие пятнадцать-двадцать минут прочитаем Писание.

106 И у меня здесь есть книжечка. По-моему, я говорил об этом Брату Вейлу, или кто это был? Или… Мне кажется, Рой Бордерс. Брат Вейл купил мне книжку. Я хочу использовать её как блокнот.

107 Но если бы кто-нибудь посмотрел на то, что я называю заметками… Например, если я хочу проповедовать об Утренней Звезде, я нарисую звезду. А если я хочу проповедовать о чём-то… [Брат Бранхам смеётся—Ред.] Я изображаю всё это в символах, каракулях; никто никогда не догадается, что это означает. Когда я в поездке и размышляю о чём-нибудь, мне надо… Когда еду по дороге, иногда машина подпрыгивает, а я всё пишу вот это, пишу одно, другое, и ставлю значки, крест и мосты, и…и всевозможные вещи. Допустим, я хочу проповедовать о нисхождении Звезды, и я изображаю пирамиду, рисую её здесь и изображаю сходящую на неё пятиконечную звезду Давида. И так я знаю, в каком направлении у меня идут Писания: Моисей — он сделал то-то. Просто расставляю небольшие заметки как курица лапой.

108 У меня тут есть несколько мыслей. И сегодня утром я подумал…пока сидел там сзади, я решил несколько минут поговорить здесь на эту тему, по одной заметке. Может быть, это у меня займёт минут двадцать.

109 А потом… Я не буду отнимать у Брата Невилла сегодняшнее вечернее служение. Я…я сегодня вечером отдохну, послушаю его.

110 А потом, если Господь позволит, в следующее воскресенье утром мы начнём служения. А вы помогайте мне, и мы будем молиться, потому что у меня в сердце есть желание постараться… Мне говорили: “Ну, мы можем поехать в Луисвилл, или мы можем поехать в Нью-Олбани”. Но ведь собрания должны были проходить для Джефферсонвилла. В Луисвилл и Нью-Олбани я успею съездить и в другой раз, а собрания должны быть здесь, в Джефферсонвилле.

111 Теперь давайте на минутку склоним головы, ведь мы… Я тут полчаса с вами говорил. Давайте минутку поговорим с Ним.

112 Господь Иисус, мы…мы, конечно, люди благословенные; мы даже не можем себе этого представить, не можем уразуметь. Ведь если бы среди нас был какой-нибудь знатный человек, допустим, представитель из какой-нибудь другой страны, или какой-нибудь дипломат, то мы считали бы большой честью иметь в гостях такого знатного человека. Но сегодня у нас Бог Небес, не только среди нас, но и в нас, обитает, живёт Своей Жизнью через нас. И мы так благодарны за это, Господь! Конечно, нам этого не уразуметь.

113 Но сейчас мы говорили о служениях и о поездке в Африку, и о том, что мы пытались организовать на эти несколько дней здесь в Индиане. И, так или иначе, Господь, может быть, это Ты подталкиваешь нас к той палатке, чтобы исполнилось то видение. Поэтому да будет Твоя воля — насколько мы знаем, мы всё это вверили Тебе. Так что мы молим, Господь, если что-нибудь противоречит Твоей воле, то открой это нам, чтобы мы знали и исполнили Твою совершенную волю.

114 Теперь благослови нас в эти последующие несколько минут. Проговори к нам через Слово Твоё, Господь, ибо Слово Твоё есть Истина. Мы просим об этом во Имя Иисуса. Аминь.

Давайте откроем в Библии 8-ю главу Марка. Может…

115 Во сколько вы обычно расходитесь, в двенадцать часов? Около двенадцати часов. Хорошо. Ну, я… Сейчас будет коротенькая проповедь, я хотел бы поговорить с вами о Слове после того, как засвидетельствовал о том, что было там, и так далее.

116 8-я глава Марка, и давайте начнём с 34-го стиха до тридцать…захватим 38-й — до конца этой главы. Мне нравится читать то, что Он сказал, потому что я знаю, что это истинно. Итак, мы…

И, подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною.

Ибо кто хочет жизнь [Синод. пер. “душу”—Пер.] свою сберечь, тот потеряет её…кто потеряет жизнь свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет её.

Ибо какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит?

Или какой выкуп даст человек за душу свою?

Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сём прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами.

117 Я хочу взять оттуда небольшую тему (если её можно так назвать), которая называется “Постыдиться”. Знаете, мне это нравится. “Кто постыдится Меня и Моих Слов, того и Я постыжусь”.

118 Так вот, слово стыдиться можно также перевести как “стесняться”. Вы знаете, нечто такое, что вы… Вы сталкиваетесь с тем, чего вы стесняетесь, стыдитесь.

119 Это чувство стыда показывает ещё кое-что: оно говорит о том, что вы не уверены, о чём говорите. Если вы знаете, о чём говорите, и уверены в том, что знаете, о чём говорите, то вы можете рассказать это любому, вы не стыдитесь. Но если вы чувствуете себя неловко, не в своей тарелке, это говорит о том, что вы не уверены.

120 Вы заметили, что сегодня такого очень много, особенно, что касается этой темы, на которую я говорю — “постыдиться Слова”. Так вот, Он и Слово — это одно и то же.

В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог.

И Слово стало плотью, и обитало среди нас…

…вчера…сегодня и во веки Тот же.

121 Итак: “Кто постыдится Меня и Моего Слова, — а Он и Его Слово — одно, поэтому постыдившегося Его Слова в этом грешном нынешнем поколении, — того и Я постыжусь”.

122 Так вот, сегодня мы видим, что если кто-нибудь спросит: “А…а ты Христианин?” — сейчас очень популярно отвечать: “О да, я Христианин!” Видите?

123 “Но веришь ли ты тому Слову Божьему, где сказано: ‘Верующих будут сопровождать эти знамения’?”

124 “О-ох!” Даже служители от смущения покраснеют. Понимаете?

125 Стыдитесь ли вы, скажем, Божественного исцеления? Стыдитесь ли вы полного Евангелия? Стыдитесь ли вы своего пятидесятнического переживания? Значит, вы стыдитесь Его Слова. Это ведь Его Слово, ставшее в вас плотью.

126 Итак, Его Слово должно проявляться в жизни каждого поколения. Оно проявлялось в жизни во времена Моисея, потому что в то время, сказано в Библии, в 1-й главе Евреям: “Бог многократно и многообразно говорил отцам через пророков”.

127 И те пророки… Церковь была настолько извращена, что когда… Те пророки, те бесстрашные посланники Божьи, приходили вовсе не из церкви, не из деноминации, не из организации, ничего подобного, и шли наперекор царям, царствам, церквям и всему подобному. Когда священников приводили к… Когда их приводили к священникам, они не стыдились, потому что у них было прямое ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ.

128 Обратите внимание, пророк, в одном из значений этого слова… В Ветхом Завете, когда он говорил ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ (теперь обратите внимание), эта фраза значит, что он становится на место Бога. Обратите внимание, как только он ставил впереди себя ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ, им сразу овладевал Бог, и он вёл себя как Бог. Тогда он выдавал своё послание, то есть Бог говорил через него: “ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ!”

129 Я вспоминаю пророков древности, как они приходили с таким посланием, и оно смущало царей, и людям было не по себе. Даже священники смущались, потому что им-то полагалось быть лидерами, религиозными людьми, а когда они…Слово звучало таким образом, Оно разоблачало их, и они смущались или же стыдились.

130 И сегодня мы видим такое частенько; не частенько, а даже слишком часто, что человек… Вы скажете:

— Я Христианин!

— Получил ли ты Духа Святого с тех пор, как уверовал?

— Ой! Хм!

Видите, люди…люди стесняются этого.

131 Кто-нибудь спросит: “Ты принадлежишь к той группе, где так громко восклицают, и где происходит это Божественное исцеление?” Очень часто Христиане идут на попятный.

132 Если они в деноминации, то им так и хочется доложить: “Я баптист. Я пресвитерианин. Я лютеранин”. Этого они не стыдятся.

133 Но что касается того, чтобы быть Христианином, который может принять Божье Слово именно таким, какое Оно есть, то они…они…они стыдятся. “Я не принадлежу ни к какой деноминации”. Видите? Им…им стыдно это сказать. Они хотят быть как все в мире — чтобы их представляла какая-нибудь организация.

134 До такого дошли совсем недавно. Во времена Лютера считаться лютеранином или последователем Лютера — ведь это же была чуть ли не верная смерть от руки католической церкви. Во времена Веслея, если бы узнали, что ты противник англиканской церкви — это же был чуть ли не смертный приговор от англиканцев, если объявишь, что ты — методист. Во времена Пятидесятницы называть себя…себя пятидесятником считалось чуть ли не позором, потому что тебя сразу считали святым скакуном, или…или что ты “болтаешь на языках”, или ещё как-нибудь. Теперь они организовались и пошли в ногу с остальной группой.

135 Теперь, когда наступает время вызова, чтобы ты не принадлежал ни к кому из них… Говорить: “Я пятидесятник”, — это очень популярно. Говорить: “Я пресвитерианин, лютеранин”, — это очень популярно. Но когда приходит такое время, когда надо выйти и встать за Слово: “Я ни к кому из них не принадлежу”, — тогда что? Это…это смущает.

136 Иисус сказал: “Если вы постыдитесь Меня, тогда Я постыжусь вас”. Почему это Он постыдится вас? — Потому что утверждаете, что вы — Его, а сами не следуете за Ним.

137 Что, если бы я сказал: “Этот мальчик, он…он мой сын”? Он обернулся бы и сказал: “Кто? Я — ваш сын? За кого вы меня принимаете?” Мне стало бы стыдно. Вашему сыну тоже.

138 То же самое и с так называемым сегодняшним Христианством. Если причисляешь себя к названию деноминации, то всё нормально, отцовство деноминации они принимают. Но когда дело касается принятия отцовства Слова Божьего, Христа — нет, им стыдно. Они не хотят сказать: “Да, я говорил языками. Да, я видел видения. Да, я верю в Божественное исцеление. Да, я прославляю Господа. Я свободен от всех организаций, я ни перед одной из них не преклоняюсь. Я слуга Христа”. Да-да, они даже не знают, куда глаза девать.

139 Недавно к предпринимателям полного Евангелия в Чикаго пожаловал один великий оратор.

140 С вашего разрешения я на минутку приостановлюсь на этом и скажу вот что (прошу прощения). Но очень часто вы думаете (и я тоже), что то, о чём мы говорим (Истина Библии) не расходится среди людей. Но на самом деле расходится. Иногда они принимают это в штыки, но на самом деле они делают это не с умыслом. Они пытаются выяснить, на чём вы стоите.

141 Как в той истории о шайке пьяниц, которые спорили о том, что Христианства как такового не существует. Один мужик говорит: “Я знаю, одна такая точно есть — это моя жена”.

Сказал: “Ну, я…я в это не верю”.

Сказал: “Пошли, мы…давайте все притворимся в стельку пьяными”.

142 Пошли туда в дом и чего только они ни делали. И…и он велел ей приготовить им яичницу, а потом взял и шмякнул яичницу на пол и сказал: “Тебе уже давно пора знать, что такую яичницу я не люблю!” И дальше шумели в доме. И они пошли в другую комнату, бухнулись в кресло. Слышат, как кто-то там всё подметает. Ни слова не сказала, говорила…про себя напевала песенку:

Один ли должен был Христос

За всех Свой крест нести?

Нет, хочет Он, чтоб каждый нёс,

И мне с крестом идти.

-

И я буду здесь идти с крестом,

Пока придёт конец.

Потом войду в Небесный Дом.

143 Тот пьянчуга сказал: “А что я вам говорил?” Сказал: “Она Христианка!” Видите, они только проверяли её. И я обнаружил, что иногда мир проверяет вас.

144 Итак, я и не думал, что так произойдёт, но, по-моему, в прошлую субботу вечером или в воскресенье вечером, один великий оратор… Я не из тех, кто упоминает фамилии людей, но… Он пытался, действовал абсолютно противоположно… Я стараюсь, чтобы те церкви держались подальше от этого экуменического движения, а этот человек пытается ввести их туда. И вот он говорил у Христианских предпринимателей. По идее это я должен был проводить то собрание в Чикаго, но я думал, что в то время буду в Африке, поэтому я не мог его проводить. Этот человек сказал…поднялся там и сказал: “Величайшее движение, величайшее событие, происходящее сейчас на земле, какого ещё не бывало — все церкви возвращаются к католической церкви в экуменическом движении, и католики получат Святого Духа”. Что за дьявольская ловушка!

145 А этот лидер, Брат Шакарьян, президент международных предпринимателей, встал и сказал… (после того как тот человек сел) …сказал: “Мы слышали об этом совсем не так”. Сказал: “Брат Бранхам говорил нам, что это экуменическое движение всех приведёт к клейму зверя”. А тот человек сидел на платформе. Сказал: “Оно доведёт их до клейма зверя”. И добавил: “Мы склонны верить в то, что он говорит Истину”. И он сказал: “Кто из вас хотел бы, чтобы Брат Бранхам приехал и показал вам истинную его сторону? Поднимитесь”. И встало пять с лишним тысяч людей. Они кричали и умоляли, чтобы я приехал хотя бы на один день, на один день.

146 Брат Карл Уилльямс позвонил мне, сказал: “Брат Бранхам, вот это да, я прошёл через те массы людей, — сказал, — они положили мне в руки пачки стодолларовых банкнотов, чтобы я купил тебе билет на самолёт туда и обратно”. Видите? Хотя бы на один день!

147 Видите, те люди… Это Слово усваивается иногда там, где мы даже и не подозреваем. Понимаете? Но, видите, когда вы действительно… Неважно, насколько мир против этого, насколько деноминации против этого — Бог доказывает, что это Истина. В конце концов, когда пробьёт тот великий час, произойдёт то, о чём мы, может, даже и не думали.

148 Да, это говорит о том, что вы не уверены, если вы стесняетесь, поэтому вы предпочли бы не обсуждать эту тему. Если бы вы стыдились этого, то вам не захотелось бы это обсуждать, стеснялись бы.

149 Но как человек, наполненный Святым Духом, как человек, исполненный силы Божьей и любви Божьей в сердце, может поговорить с кем-то несколько минут и не упомянуть что-то о той любви, которая в его сердце? Понимаете? Это нечто такое, что… Это само собой происходит, вы иначе не можете.

150 Должно быть, сейчас то нечестивое время, о котором говорил Иисус. Люди стыдятся Слова и Духа Божьего, Который действует в них. Но когда для людей проясняется Истина, тогда Сам Бог открывается через Слово.

151 Так вот, любой человек может претендовать на что угодно. И в наше время именно это и творится, на что только не претендуют, это просто ужасно. Но, видите, если это Истина, то это должно быть по Слову. Потому что люди говорят, что у них происходят всевозможные вещи: у людей течёт елей и кровь из рук, у женщин спина в этой крови, она стекает у них по туфлям, поднимают туфли и выливают елей, и лягушки выпрыгивают и скачут по платформе, и всякая всячина. Да ведь в Библии ничего подобного нет. В Библии ничего подобного не обещано. Там только сказано, что в последние дни этот дух будет так похож, что, если возможно, были бы обмануты и избранные. Ведь этого нет в Писании.

152 Но когда дело касается истинного, незапятнанного Слова Божьего, подтверждённого Богом, кажется, что Его стесняется даже другая группа, та, что на радикальной стороне. Видите? Его стесняются.

153 Но для мужчины или женщины, мальчика или девочки, которые действительно являются истинными Христианами, это реальность. Когда Бог дал обещание о крещении Святым Духом, и вы получаете Его, Нечто вселяется в вас, и ничто Его не заменит. Когда человек встречается с Богом… Не то, что его возбудили эмоционально, не какой-то энтузиазм или какое-то религиозное учение, не какой-нибудь катехизис или вероучение, или догма, которую он принял ради собственного утешения. Но когда он действительно доходит до такого состояния, как Моисей, в отдалённой части пустыни лицом к лицу встречаетесь со Всемогущим Богом, и вы видите, как Голос говорит к вам точно по Слову и обетованию часа, тогда с вами что-то происходит! Понимаете? Вы не стыдитесь этого, с вами что-то происходит.

154 Так вот, теперь давайте посмотрим в последующие несколько минут, ведь некоторые люди действительно переживают такое. И сегодня я обращаюсь к вам не как к церкви или как к деноминации, я обращаюсь к вам как к отдельному человеку; не потому, что вы ходите сюда, в эту скинию; не потому, что я люблю вас, а вы любите меня — не из-за этого. Позвольте мне обратиться к вам как к умирающему смертному человеку, у которого однажды должен наступить конец этой жизни. И меня может Там не оказаться, и другого проповедника Там может не оказаться. Но Там вас встретит только один — это Бог. И вы…вы послушайте это, и дело не в том, что “моя жена — хорошая Христианка”, или…или “мой муж — хороший Христианин”, но: “В порядке ли я перед Богом? Встретился ли я с Богом таким образом?” Не потому, что “мой пастор встретился с Богом”, или потому, что “мой дьякон встретился с Богом”, но: “Встретился ли с Ним я?” Не потому, что “я восклицал”; не потому, что “я говорил на языках”; но потому, что “я встретился с Ним как с Личностью!” Тогда вы никогда не будете этого стыдиться, это Нечто такое совершенное и чистое, и истинное.

155 И не забывайте, вы можете встретиться с духом, который действует, как Бог. Вы можете встретиться с духом, который совершает одно, другое и третье; немножко последите за ним и проверьте, как он соответствует Слову Божьему. Вы можете встретиться с духом, который скажет вам, что вы спасены, и даст вам восхитительное чувство, и вы будете восклицать и кричать; а когда дело дойдёт до того, что отрицаете Слово — как же Святой Дух, написавший Слово, может отрицать Своё Собственное Слово? Этот дух должен сказать на каждое обетование Божье: “Аминь!” Если нет, тогда вы встретились не с Богом, вы встретились с обольстительным духом. А в мире их сегодня полно!

156 Но если вы видите, что Бог сходит и заявляет, что Он нечто будет совершать, а потом берёт и исполняет это раз за разом, постоянно, тогда у вас истинный Дух Божий.

157 Как же на человеке может быть Дух, Святой Дух, написавший Библию, а потом взять и отрицать: “Это неправильно, это было для какого-то другого времени”?

158 Он сказал: “Это обетование вам и детям вашим, и тем дальним, кого ни призовёт Господь, Бог наш”. Это Деяния 2:38. Тогда как дух может принять не это, а что-нибудь другое, и быть от Бога, если в Евреям 13:8 сказано: “Иисус Христос вчера, сегодня и во веки Тот же”?

159 Что, если бы кто-нибудь сказал: “О-о, я считаю, что Он был философом. Он был хорошим человеком. Он был пророком. Но что касается Его силы…”

160 Я говорил на днях с Джорджем Смитом, с тем парнем, который ухаживает за моей дочерью Ревеккой — замечательный паренёк, пел здесь в скинии; парень-баптист, который недавно взял…сказал: “Исключите оттуда мою фамилию! Я не хочу иметь с этим ничего общего”. И была одна молодая леди… В одной баптистской церкви в холмистой местности проходила конференция.

161 А они просто категорически против меня (все они) и где-то… Против меня они ничего не имеют, они против этого Слова. Против меня как человека они ничего не могут сказать, я не причинил им никакого вреда. Но они боятся вот Этого. Понимаете?

162 Так вот, у нас…вернее, у них проходили там собрания, и они попросили одного миссионера провести три последних вечера этой огромной конференции на холмах, где было прохладнее. И было так, что этот миссионер поднялся, потом обратился к Марка 16, и он сказал: “Сегодня многие люди не могут поверить в Божественное исцеление”. Сказал: “Я был в Индии. Я индиец. И я был в Индии, когда отсюда из Соединённых Штатов приехал человек, которого зовут Брат Бранхам”. Пастор заёрзал. Сказал: “Моя жена умирала от рака. Я был слепой”, — или что-то в этом роде. “Он помолился за одного из нас, а другого он вызвал из аудитории, даже не зная нашего языка, и проговорил силой Божьей”. И сказал: “Мы здесь, исцелённые!” Они попытались заткнуть ему рот. Не получилось. Это… Видите? Прямо у них же на конференции.

163 Потом они даже отрицали всё, что только… А некоторым людям, даже моей…сестре этого парня, когда они были на территории, даже нечего было сказать. Те хотели узнать, была ли она каким-то образом связана, чтобы им добраться до сути и выяснить.

Одна леди сказала: “Ну, я верю в это”.

164 Ревекка и Джордж поехали в гости к этой леди. А она взяла и пригласила девушку, которая страдала от э-э…была немного слабоумная. Они тут недавно попросили меня съездить туда и навестить эту девушку. И я поехал туда, эта леди сидела там, и я спросил: “Ты верующая?”

165 Она сказала: “Не-е, не знаю, верующая я или нет”. Да она и не была слабоумная, просто дух дьявола. Они этого не осознают. Понимаете, он овладевает тобой, и ты этого не знаешь. Он приходит, затем неистовство овладевает человеком, а он этого не осознаёт.

166 Женщины, которые ходят тут по улице в этих шортах, они не осознают. Они могут быть… Они могли бы…возможно, смогли бы доказать и поклясться в том, что они никогда не делали ничего плохого по отношению своего мужа, и так далее, и тому подобное. Но в их сердце, хоть они и не осознают, дух дьявола овладел ими. Они одержимы им. Почему женщине хочется снимать с себя одежду перед мужчинами? В Библии это делал только один человек, и он был сумасшедшим. Другие старались прикрыться. Они не осознают. Это так искусно, так хитро! Нужно быть начеку, взвешивайте себя по Слову Божьему и увидите своё положение.

167 Эта молодая леди сказала: “О-о, мне рассказали, что я крестилась ещё девочкой”. Сказала: “Не знаю, верить в это или нет”.

Я спросил: “А ты веришь в Иисуса Христа?”

168 А она ответила: “Ну, не знаю, верю я или нет”. Она сказала: “Если это какое-нибудь надувательство, то я в это не верю”.

169 Я сказал: “Ну и правильно, зачем тебе верить в какое-нибудь надувательство”. Я спросил: “Но веришь ли ты, что Он был Сыном Божьим?”

“О-о, — ответила, — может, и был”.

170 Я сказал… А я спросил: “Ты веришь, что сегодня Он тот же самый, тот Бог, Который спасёт тебя?”

171 Она ответила: “Это, что ли, та чепуха о чудесах и тому подобном? Ни грамма в такое не верю”.

172 А я сказал: “Что бы вы делали, если бы сидели на собрании и увидели, как Бог, Святой Дух (а другого Бога и нет), действует среди людей? Бог в Отцовстве — Огненный Столп и пророки; Бог в Своём Сыне, затем Бог в Своём народе. Просто это атрибуты Бога, одного великого Бога, Который охватывает Ве-…Вечность”. Я сказал: “Как бы вы поняли, если бы Он среди Своего народа дал зрение слепым, дал слух глухим, взглянул на аудиторию и сказал людям, что у них не в порядке, как Он делал тогда, когда был здесь на земле?”

Она сказала: “Я считаю, что это было бы гадание по гороскопу”.

173 Я сказал: “Ты ещё в худшем состоянии, чем я думал. Если б ты была сумасшедшей, и то было бы лучше”. Понимаете? “На тебе не было бы ответственности”. Но я сказал: “Просто ты одержима злым духом”. Я сказал: “Когда Иисус сказал женщине у колодца о её мужьях, когда Он смотрел на людей и различал их мысли, ты назвала бы это гаданием по гороскопу?” Видите? Настолько повязаны деноминацией, которая называется лютеранской, что всё противоречащее ей считается неправильным!

174 Сейчас Богу нужен человек, который повязан Словом! Всё, что противоречит Ему — неправильно! Иисус сказал: “Да будет слово всякого человека ложью, а Моё — Истиной”.

175 В очень научное время жил один человек по имени Ной. Он не стыдился Божьего Слова. Бог встретился с ним и говорил с ним. Он знал, что это Бог. И Он сказал: “Будет дождь!” Дождя ещё никогда не было, но он верил, что дождь пойдёт. И он не стыдился проявлять ту веру, которая у него была. На строительство ковчега у него ушло сто двадцать лет, хотя весь мир был против него. Он не стыдился Божьего Слова в своё время. За это Бог спас его и его дом. Было… Для других людей это, возможно, казалось очень глупым, но для него — он встретился с Богом. Неважно, каким научным и противоречивым было то другое, как утверждали, что “такого не может быть, такого не может быть”, — он встретился с Богом!

176 Вот в чём дело: когда ты знаешь, что разговариваешь с Ним!.. Можно посчитать, что это глупо, когда кто-нибудь (зная, что в мире есть немного людей, которые держатся за ту Истину, Которую я говорю) встаёт здесь и говорит: “ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ, я еду в Аризону, там я встречусь с семёркой Ангелов”. Но ведь там стояла целая группа людей, которые видели, как это произошло. Недавно сказал, что Лос-Анджелес провалится в океан. Но когда ты встретился с Богом, с тем Богом, Который не подводит; с тем Богом, Который делает в точности то, что Он и обещал (а Он всегда это делал), тогда ты не стыдишься этого. Вам не придётся пятиться назад и стесняться этого, вы можете рассказать всему миру. Когда человек встречается с Богом, разговаривает с Ним, и он в сердце постигает реальность Бога, он не стыдится этого.

177 Ной не постыдился. Для остального мира это казалось глупым, но не для него.

178 Моисей, когда он стоял перед фараоном, он не постыдился сказать фараону, что произойдёт то-то и то-то, потому что он встретился с Богом. Бог проговорил к нему из горящего куста. Моисей сказал: “Я…я заикаюсь”. Так и было, у него был дефект речи.

179 Он сказал: “Вот идёт Аарон. Ты будь ему Богом, а он будет тебе пророком. Я знаю, что он умеет хорошо говорить. Но Я буду при твоих устах. Кто дал речь человеку?” Аминь. Мне это нравится. Это Бог. “Кто сделал человека глухим или немым, или кто дал человеку речь?” — Бог.

Тот сказал: “Господь, покажи мне Свою Славу”.

Спросил: “Что это у тебя в руке?”

Тот ответил: “Это палка”.

180 Сказал: “Бросай на землю”, — она превратилась в змею. Сказал: “Подними её”, — она снова превратилась в палку. Аминь. Это Бог. “Положи руку за пазуху”. Он положил, вынул её — побелела от проказы. Сказал: “Положи её обратно и снова вынь”, — и она стала, как и другая рука. “Я Бог”.

181 Затем он предстаёт перед фараоном и говорит то, что Он велел ему сказать. Он сказал: “Будет так и так”. Поднял песок и подбросил его в воздух, и сказал: “ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ, пусть на земле появятся блохи”, — и появились блохи. Взял воду и вылил её в реку, и сказал: “ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ”, — и все реки и всё превратилось в кровь. Вызвал град с небес.

182 Вы знаете, в последние дни эти язвы должны снова повториться. И помните, в Библейские времена прелюбодея наказывали, побивая до смерти камнями. И неверующая церковь будет до смерти побита градинами — таким образом Бог раньше наказывал. Он побьёт камнями этот неверующий мир, это прелюбодейное поколение. Он побьёт его с небес градинами, каждая из которых весом с талант, то есть сорок пять килограмм. Прелюбодейная церковь умрёт, прелюбодейный мир умрёт от кары Божьей, побитый камнями, как Он делал в начале. Церковь, приведи себя в порядок перед Богом! Вот что мы все должны сделать — вернуться к Богу!

183 Тот старик с небритой физиономией, с седой бородой, лысый, с худощавыми руками, восьмидесятилетний Илия сидел там в пустыне, смотря на грехи людей. Однажды утром Бог проговорил к нему, сказал: “Пойди туда и скажи Ахаву, что и росинки с неба не будет, пока ты не попросишь её”.

184 Я вижу, как его глазки выглядывают из-под той густой седой бороды, с палкой в руке идёт по дороге, как шестнадцатилетний мальчик. Смело предстал перед царём и сказал: “Даже росы не будет с неба, пока я не попрошу её”. Он не стыдился Бога или Его Слова, сказать царю или любому другому. Он не стыдился, ему не надо было скрывать что-то, говорить: “Ахав, ты был бы…”

185 И это мне в чём-то напоминает нас самих. Я сказал людям: “Я дошёл до того, что мне нужно больше веры”. Вот для чего я сейчас дома — чтобы получить новый заряд веры.

186 Чуть ли не дошло до того, что когда молишься за людей, извиняешься: “Господин дьявол, отойди, пожалуйста, чтобы я…” Ещё чего! У веры мускулы и волосатая грудь. Когда она говорит, всё остальное замолкает. Не надо: “Господин дьявол, не мог бы ты удалиться?”

187 “Вон отсюда! Я — сын Божий с полномочиями от Бога. Не тронь их!” Он удалится. Нечего вам извиняться перед дьяволом, до него нет никакого дела. Нечего стыдиться Слова Божьего, нечего стыдиться своих полномочий, нечего стыдиться того, кто мы такие.

188 Я стыжусь только того, что я — Бранхам, то есть своего земного рождения. Я стыжусь своих неудач.

189 Но как Его слуга я не стыжусь! Я не стыжусь Его Слова. Будь то деноминации, цари, монархи или кто бы то ни был — всегда готов дать ответ, когда Бог спросит с меня.

190 Моисей предстал перед фараоном. Ему не было стыдно сказать ему, что они не пойдут на компромисс и проведут в пустыне столько-то дней.

Тот сказал: “Пусть останутся женщины со своими детьми”.

191 Сказал: “Мы все пойдём! Ни одного копыта не оставим, мы возьмём с собой скот и всё до последнего”. Ему не было стыдно. Почему? — Он вошёл в Свет избавления.

192 Вот почему как только мужчина или женщина, больные или ещё какие, войдут в Присутствие Божье и познают, что Бог исцелил их, они входят в Свет избавления. Вы ни с чем не идёте на компромисс.

193 Избавление было у него в сердце, потому что он встретился с Богом, Который сказал: “Я — Бог Авраама, Который дал Аврааму обетование. И время…время искупления, избавления близко. Я посылаю тебя туда вывести их”. Чего тут извиняться?

194 Фараон мог бы убить его. Он был просто человеком. Он был рабом. Тот мог бы убить его. Но он не стыдился Слова. Он ни за что не стал бы приходить и, стоя на коленях, умолять фараона. Он сказал: “Я пришёл вывести их”.

Фараон сказал: “Ещё чего, вывести захотел!”

195 Он сказал: “Хорошо, тогда на земле появится столько блох, что ты в них купаться будешь”. Так и произошло.

Сказал: “О-о, Моисей, забирай их!”

Он сказал: “Хорошо. Теперь ты раскаиваешься?”

Сказал: “Ну, вы можете уйти в пустыню на столько-то дней”.

196 Он сказал: “Тогда появятся мухи”. Аминь. Сказал: “Будет тьма”. Было так темно, что хоть глаз выколи.

197 И, наконец, пришла смерть. От фараона до раба, смерть приходила к старшему ребёнку в семье. Ни перед кем не извинялся. Он был сыном Авраама, рождённым в Духе Божьем, получившим от Бога полномочия, Послание Божье пойти и вывести тех людей.

198 А разве Бог не может призвать такого же самого и в этот час, чтобы вывести из церкви Невесту? [Собрание говорит: “Аминь”.—Ред.]

199 Даниил не…или, вернее, Давид не боялся предстать перед Саулом. Когда все боялись этого Голиафа, он не побоялся выступить и сказал: “Раб твой…” Этот румяный паренёк сказал: “Раб твой пас овец своего отца, и приходил медведь и забирал одну из них. Я выгонял его в пустыню и убивал его этой пращёй. Приходил лев…” О-о, вот это да! “Лев приходил и забирал одну из них, и убегал в пустыню, и я сбивал его с ног пращёй. Когда он вставал, я убивал его”. Он сказал: “И Бог…” Там стоял этот царь-отступник, те воины-тряпки утверждали, что служат Богу Небесному, а сами позволяли, чтобы этот необрезанный филистимлянин стоял там и поносил воинства живого Бога. Сказал: “Раб твой убьёт и его, потому что Бог, Который предавал мне льва и медведя, также предаст и этого необрезанного филистимлянина”. Он не запинался от страха, не говорил: “Возможно, так будет”. Он сказал: “Так и будет!” Он не стыдился.

200 Даниил перед царём, не побоялся пренебречь его приказанием, чтобы все молились только ему. Он открывал окна, распахивал решётчатые створки и молился три раза в день. Он не побоялся.

201 Седрах, Мисах и Авденаго не побоялись той раскалённой печи. Сказали: “Наш Бог силен избавить нас. Бог может избавить нас. А если и не избавит, мы не преклонимся перед твоим истуканом”. Они не стыдились этого. Нет-нет! Никак нет. Конечно, они этого не стыдились, потому что они знали.

202 Самсону перед филистимлянами не было стыдно. Когда на него побежала целая тысяча, он поднял челюсть мула. А те медные шлемы были около четырёх сантиметров толщиной. Он поразил ею целую тысячу так, что даже эта челюсть у него в руке осталась целой. Он не стеснялся. Он просто поднял то, что было у него под руками, и пошёл колотить. Он знал, что на нём был Дух Божий. Он знал, что он родился назореем. Он знал, что никто не мог его тронуть. Он был слугой Божьим. Пока он пребывал в воле Божьей, ничто не могло преградить ему путь, сколько бы ни восставало царей или филистимлян, или ещё кого-нибудь. Верно.

203 Иоанн не стыдился Слова Божьего, Которое пришло к нему в пустыне и сказало ему пойти и крестить в воде. Он не стыдился говорить: “Вот Агнец Божий, Который забирает грех мира”, — потому что на нём был Дух Божий. Ему не было стыдно перед священниками.

204 Он не стыдился Слова Божьего, когда он предстал перед Иродом. Жена Филиппа жила с Иродом. Смело предстал перед лицом царя… Этот парень с небритой физиономией из пустыни, пришёл оттуда без образования, без ничего, и смело предстал перед лицом Ирода, и сказал: “Не должно тебе иметь её!” Он не стыдился Божьего Слова. Конечно. Он вообще не стыдился Его.

Стефан, он не стыдился Божьего Слова.

205 Вначале, когда пятидесятники в день Пятидесятницы собрались там, в верхней комнате, на них сошёл Святой Дух по обетованию Божьему. В Луки 24:49 сказано:

…Я пошлю обетование Отца Моего на вас; но ждите в городе Иерусалиме, доколе не получите силу свыше.

206 И то самое обетование, которое было дано им в Слове Божьем: “Вот, Я пошлю обетование Отца Моего на вас, но ждите там. Не надо больше набираться какой-нибудь теологии или образования, и прочего — ждите, пока не облечётесь силою”. И когда эта сила пришла с Небес, как несущийся сильный ветер, они не постыдились Евангелия.

207 Пётр встал, сказал: “Покайтесь, каждый из вас. Люди, вы руками беззаконных пригвоздили Князя мира, Которого Бог воскресил из мёртвых. И мы — свидетели. Ибо это то, что, по словам Иоиля, будет происходить в последние дни: ‘Я изолью Дух Мой на всякую плоть’.” Он не постыдился Евангелия.

208 Стефан (я упоминал его несколько минут назад), когда он промчался там, как вих-…торнадо… Он не был проповедником. Он был просто дьяконом, но он везде свидетельствовал о воскресении. Он встретился с Богом. И это точно как…

209 Попробуй его остановить! Это всё равно, что попытаться потушить пожар в доме, в горящем доме, в ветреный день, в сухую погоду. Каждый раз, когда дул ветер, он ещё больше разгорался.

210 Его швырнули перед со-…советом синедриона. Вы осознаёте, что это такое? Это же как Экуменический Совет. Все религии возглавляются Экуменическим Советом. Всех тех возглавлял совет синедриона. Фарисеи, саддукеи, иродиане, кем бы они ни были — они должны были входить в этот совет. И они схватили его, не одна какая-то организация, а большой совет схватил его. “Мы его так напугаем, что у него душа в пятки уйдёт”.

211 В то утро, когда он предстал, в Библии сказано, что его лицо было как у Ангела. Он сказал: “Мужи и братья, позвольте обратиться к вам. Наши отцы жили в Месопотамии, прежде чем пришли в Харран”, — и так далее. Он продолжал дальше и показывал Писания. А когда он разошёлся, Дух сошёл на него, он сказал: “Ах вы, жестоковыйные, с необрезанным сердцем и ушами, вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы!” Он не постыдился Евангелия, не постыдился Слова. Он не постеснялся ни перед каким советом синедриона. Нет.

212 Павел сказал перед Агриппой… Он был евреем, учеником Гамалиила, человеком знатным и великим. Но однажды по дороге в Дамаск он вошёл в Присутствие, в соприкосновение с Богом. С Небес сошёл Ангел в виде Огненного Столпа, Света, Который поверг его на землю. Поднялся и сказал: “Господи, Кто Ты?”

А Он ответил: “Я Иисус”.

213 Представ перед Агриппой, он снова рассказал эту историю! Он сказал: “Я не стыжусь Евангелия Иисуса Христа, ибо Оно есть сила Божья ко спасению для всех верующих”. Конечно.

214 Так вот, друзья, мы говорили о людях прошлых веков, но время истекло.

215 Но я хочу сказать вот что. Если человек хоть раз соприкоснулся с Богом, Который есть Слово, и Слово прояснилось и проявилось перед ним, то тут не будет никакого стыда. Вы не будете стесняться. Я не стесняюсь говорить, что я верю каждому Слову Божьему. Когда Господь велит что-нибудь сказать, я не стесняюсь это сказать и выполнить это. Я не стесняюсь говорить, что я наполнился Святым Духом. Я не стесняюсь говорить, что я говорил иными языками. Я не стесняюсь говорить, что наш Господь показывал мне видения. Я не стесняюсь говорить, что Он вчера, сегодня и во веки Тот же.

216 “Когда вас поведут к правителям и царям за Имя Моё, не заботьтесь, что вам говорить, ибо это дано будет вам в тот час. Не вы будете говорить, но Отец Мой, живущий в вас. А кто постыдится Меня и Слова Моего в этом поколении, того и Я постыжусь перед Отцом Моим и святыми Ангелами”. Да поможет нам Бог не стыдиться, но поможет нам быть живым свидетельством.

217 Каждый муж в Ветхом Завете, когда приходили те пророки, они становились…они становились живым Словом. Они и были Словом. Иисус сказал, что их называли богами, так и было, потому что к ним приходило Слово Божье. Они говорят: “Это ТАК ГОВОРИТ ГОСПОДЬ”.

218 И любой ученик Христа, который соприкоснулся с Ним в искуплении, и в чьё сердце вошло спасение, он обладает Богом. И какой же нам следует жить жизнью, и как нам следует ходить, и как нам следует говорить, если Бог представляет Себя через наше смертное тело? Кто мог бы постыдиться этого?

219 Если бы я стал работать в полиции здесь, в Джефферсонвилле, шёл бы по улице, имея всю власть, я не стыдился бы этого города. Я был бы частью этого города. Я был бы полицейским, частью города, поддерживающим порядок и приличие. Если бы человек поехал на красный свет, то я не стыдился бы сказать ему, что он поступил неправильно, выписал бы ему штраф. Это мой долг, потому что город мне…мне платит. Я живу за счёт города. Город наделил меня властью. Неважно, пьяный человек или в чём с ним дело — они меня поддерживают. Я стою на своём, потому что я полицейский и наз-…я назначен или поставлен на это место, и мне дана на это власть. Тебе полагается знать закон и права, и так далее, и следить за тем, чтобы они правильно соблюдались.

220 И если я Христианин и исполнен Духом, несу свидетельство о воскресении Иисуса Христа, что Он вчера, сегодня и во веки Тот же, не позволяйте, чтобы какой-нибудь бес помыкал вами, говоря: “Не делай того и не делай сего”. [Брат Бранхам пять раз постучал по кафедре—Ред.] Берите и делайте это. Бог дал вам…

221 Понимаете, у нас нет силы. У полицейского нет силы остановить даже одну машину. Она примерно… Иногда у них двигатель в триста-четыреста лошадиных сил, что же он может поделать? Но у него есть власть.

222 То же и с Церковью. У нас есть власть благодаря воскресению Иисуса Христа и Его обетованному Слову. [Брат Бранхам один раз хлопает в ладоши—Ред.] Аллилуйя! “Всё, что Я творю, и вы сотворите; больше этого вы сотворите, ибо Я иду к Отцу”.

223 Не стыдитесь Его в этом поколении, греховном, недоумевающем, самом последнем поколении на земле, в этом греховном, прелюбодейном, и в котором полно всяких гноящихся ран. Все… Всё приличное стало неприличным. Национальная политика, грязь! В странах разруха!

224 В далёких джунглях Африки на сафари охотникам приходится брать с собой мощные радиоприёмники, чтобы слушать Элвиса Пресли, Пэта Буна и этих типов с этим рок-н-роллом и твистом. А туземцы глядят, как они ведут себя, дёргают головой и ведут себя таким образом; туземцы стояли и смотрели на это. Но, вы видите, они не американцы, как Пэт Бун и Элвис Пресли, и Рики Нельсон, и те ребята. Они не такие Иуды, но они… Понимаете, это дух. И этот дух не только в Америке, он распространился по всему миру, чтобы привести их на битву Армагеддона. Они ведут себя таким образом, толи они… Из какой бы они ни были страны: из Африки, Индии, откуда бы ни были — эта вульгарность и чушь распространилась по всей земле, а начал всё это лишь один человек.

225 Так же и Евангелие и сила Всемогущего Бога распространились по всему миру! И теперь настаёт время отделения, когда Бог призывает Невесту, а дьявол призывает церковь. Я хочу быть частью Невесты!

Давайте помолимся.

226 Дорогой Боже, мы видим рукописание на стене, Господь. Мы в конце времени. Мы знаем, что впереди ждут великие события, однако где-то, где-то там, среди этой неразберихи, ещё есть честные люди, предназначенные к Жизни. Для одного человека или двух человек это было бы невозможно, но, Боже, мы все вместе…дай нам распространять во всех уголках, где только можем, Благую Весть, что Иисус грядёт, и видеть…просто распространять понемногу Хлеб, крохи Слова. Где бы ни были орлы, они последуют за этой Пищей. Толи Она придёт на плёнке, толи Она придёт через слово или свидетельство — орлы последуют за Ней к самому Её первоисточнику. Ибо написано: “Где есть Туша, там соберутся и орлы”. Дорогой Иисус, мы знаем, что Ты есть та Туша, Которой мы питаемся. Ты есть Слово, а Слово стало плотью и обитало среди нас. Мы молим, Боже, чтобы, когда мы распространяем Слово, истинные орлы нашли Его.

227 Не дай нам стыдиться, когда мы стоим перед людьми, нечестивыми, безразличными людьми, религиозными, какими бы они ни были. Как Павел говорил Тимофею:

…Давай, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай и…со всяким долготерпением и назиданием.

Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху;

И от истины…обратятся к басням.

228 Боже, мы живём в это время. Ты позволил мне дожить до этого и увидеть это в исполнении. Ведь это лежит сегодня прямо здесь, в краеугольном камне этой скинии, уже тридцать три года.

229 Боже, благослови каждого находящегося здесь. Если здесь есть тот, Господь, кто не готов встретиться с Тобой, кто просто не может согласиться с Твоим Словом, и кто не встретился с Тобой лицом к лицу, и знает, что Ты приходишь не через какой-то акт принятия (то есть принятие вероучения или ещё чего-нибудь), но при встрече с живым Богом; и если они не сделали этого, Господь, то пусть они сделают это прямо сейчас.

230 Я…я верю, что Ты…Ты очень близок в этот час. Я не знаю, кто они. Я даже не знаю, есть ли здесь такие вообще, но я просто чувствую побуждение молиться Тебе. Не чтобы люди услышали меня, потому что это был бы лицемерный обряд. Не дай Бог! Я не хочу быть лицемером. Но я молю об этом с искренностью в сердце, Господь.

231 К кому бы Ты ни проговорил в это утро, к нему или к ней, пусть они смирённо, не стыдясь, но в самой глубине сердца примут Тебя сейчас, придут сегодня вечером и примут крещение в Имя Иисуса Христа, исполняя каждое Слово, каждое Слово (если они крестились иначе, или их покропили, поливали). Помним (мы помним, Господь), что Ты сказал: “Кто отнимет одно Слово от Книги, добавит к Ней одно слово, тот будет лишён участия в Книге Жизни”. Даже если он старается, приходит, заносит фамилию в список — ничего не получится. Дай нам быть искренними и смирёнными.

232 Теперь они в Твоих руках, Господь. Поступай с ними, как Ты считаешь нужным, потому что они — Твои, во Имя Иисуса Христа, Сына Божьего.

233 Теперь, пока мы склонили головы, я хочу, чтобы вы сейчас очень серьёзно задумались. Прежде всего, я извиняюсь, что задержал на минут пятнадцать. Теперь мы будем напевать. И вы сейчас просто задумайтесь в сердце: “Действительно ли я встретился с Богом?” Задумайтесь сейчас над этим очень искренно, потому что, может быть, не будет такой возможности до… Может быть, мы встречаемся сейчас в последний раз перед Его Пришествием. Оно близко, друзья. Похоже, исполнилось практически каждое место Писания. И это может быть…для нас с вами это может быть последний шанс. Нас может не стать ещё до наступления ночи.

С Ним пройду я вместе весь мой путь.

-

Слышу я… (“Стыдишься ли ты Меня и Моего Слова?”)

Слышу я призыв…

234 Теперь просто представьте, что вы лежите на смертном одре.

…-шу я…

Тогда может быть слишком поздно, но прямо сейчас не поздно.

“Крест возьми и… (может, сейчас придётся пожертвовать) …ты за Мной”.

Теперь в своём сердце ответьте так:

Я пройду с Ним чрез преграды,

Я пройду с Ним чрез преграды,

Я пройду с Ним чрез преграды,

С Ним пройду я вместе весь…

235 Теперь, склонив головы, давайте просто поднимем руки и споём:

Через суд здесь я пройду с Ним,

Именно это происходит прямо сейчас — Он судит нас.

Через…

Господь, считаешь ли Ты меня виновным? Тогда прости меня.

…я пройду с Ним,

Как Ты судишь обо мне в это утро, Господь?

…суд здесь я пройду…

Испытай меня, Господь, проверь, есть ли что во мне нечистое.

…-ду я вместе весь мой путь.

236 Отец, мы благодарим Тебя в это утро за все эти руки. Я не видел ни одного человека, который не поднял бы своей руки. Я благодарю Тебя, Господь. Я…я надеюсь, что Ты тоже не видел, Господь. Не было такого, кто не поднял бы руку, они готовы пройти через суд. Суди нас, Господь. И если в нас есть что не так, прости нас за это, Отец. Яви нам Свою милость, потому что мы не хотим встретиться на Твоём суде, когда милости уже не будет. Итак, милость является сейчас, поэтому мы молим, Боже, чтобы Ты судил нас и простил нам наши грехи согласно Своему Слову и Своему обещанию. И дай нам жить для Тебя все дни своей жизни, не стыдясь Евангелия.

237 Отец, если на то Твоя воля, мы начнём проводить собрания три воскресенья подряд. Подготовь к этому наши сердца, Господь. Приготовь меня, о Боже. Я сам стою и так сильно нуждаюсь в Тебе. Я молю, чтобы Ты вёл меня и руководил мной во всём, что мне следует делать и говорить в будущие дни.

238 Веди и направляй нашего дорогого Брата Невилла, этого доблестного слугу Твоего, Господь, а также Брата Мэнна, и дьяконов церкви, и попечителей, и всех людей, которые собираются здесь.

239 Приготовь нас, Господь, чтобы мы могли действительно Христианским образом приводить грешников к Тебе и дать церковным членам познать того Бога, Которого мы знаем, с Которым мы лично встретились; пусть Он станет и их Богом. Отец, этого мы не можем сделать, не в наших силах внести их в то число. Но Ты, Дух Святый, сойди на людей, членов церквей.

240 И то, что я пережил с Тобой недавно утром: “Пойди, найди Моему Сыну Невесту. Возьми Её из людей, из церквей. Выведи эту Невесту”. Позволь мне… Я молю сейчас, Господь, пошли ту Ревекку, я постараюсь быть Елиезером. Помоги мне быть верным слугой. И пусть Бог Небесный пошлёт Своего Ангела предо мной, пред нами, чтобы мы собрали всё вместе и отобрали Невесту, избранную Тобой. Мы просим об этом во Имя Иисуса. Аминь.

241 Так вот, извините, что немножко задержал вас. Сейчас двадцать пять минут первого. Мне следовало закончить двадцать пять минут назад. Но… Вам нравится эта старая песня “Имя Иисуса возьми”? [Собрание говорит: “Аминь”.—Ред.] Она такая красивая, правда? Я пою её уже тридцать три года как песню на расхождение. На водное крещение “Смотрю я вдаль за Иордан”. И я думаю, что она такая приятная: “Оно даст мир душе твоей”.

Имя то сладко мне,

Радость… (Теперь пожмите руку тому, кто рядом с вами.)

Имя то (Имя то) сладко мне,

Радость здесь и в вышине.

242 Итак, не забывайте, что сегодня будет вечернее служение. В семь тридцать? [Брат Невилл говорит: “Да”.—Ред.] В семь тридцать сегодня вечером. Теперь давайте споём ещё один куплет. Хорошо?

Имя ты возьми святое

Как защиту от оков.

Если враг грозит бе-… (Что тогда надо делать?)

Лишь повторяй то Имя вновь.

-

Имя то сладко мне,

Радость здесь и в вышине.

Имя то сладко мне,

Радость здесь и в вышине.

243 Есть ли кто-нибудь, кто приехал, чтобы креститься после этого служения? Если да, то поднимите руки. Кто-нибудь хочет креститься? [Брат говорит: “Двое”.—Ред.] Двое (хорошо) хотят креститься сразу после этого служения. Все остальные, если кто-нибудь из вас захочет креститься, мы будем проводить служение крещения на каждом из этих служений. Вам только надо будет попросить. Мы готовы крестить вас. Это наш долг — крестить вас в Имя нашего Господа Иисуса Христа. Это наша обязанность. И мы будем рады это сделать в любое время. Кто будет креститься, пройдите в эти комнаты сразу после служения, и мы будем сразу начинать водное крещение. Если кто-нибудь хочет пойти вместе с ними, то вы… Конечно, мы здесь… Если вы покаялись в своих грехах и приняли Иисуса как своего Спасителя; если вы много лет как Христианин, но никогда не видели Свет… А сейчас пришёл Свет избавления.

244 Женщина, невеста должна принять это Имя! Иисус сказал: “Я пришёл во Имя Моего Отца, а вы не приняли Меня. Но придёт другой со своим именем, и его вы примете”, — то есть, вашу деноминацию.

245 Любой сын рождается под фамилией своего отца. Я родился под фамилией моего отца. Вы, мужчины, родились под фамилией своего отца.

246 А какое было Его Имя, какое Имя Отца? — Иисус! Он “пришёл во Имя Отца Моего — вы Меня не приняли”. Так вот, у Его Невесты будет Его Имя, конечно.

247 Я взял в жёны женщину по фамилии Брой, и она стала Бранхам.

248 Он грядёт за Невестой, не забывайте и помните об этом, когда будете входить в бассейн.

Теперь давайте склоним головы.

249 Брат Вейл здесь у нас человек не посторонний. Это очень дорогой брат, был со мной на многих собраниях — он и его жена. И сейчас он также пишет эти проповеди и то, что будет издано в виде книги. Брат Вейл, распусти нас молитвой, пока мы склонили головы. [Брат Вейл молится—Ред.]

Ashamed (Africa Trip Report)

1 Thank you, Brother Neville. Good morning, friends. Good to be here this morning. And--and I think I made a... I am an intruder on Brother Neville's time, and setting back there with his, getting his text together; and I walked in; he started folding up his text, and said, "Well..."

2 It reminds me of years ago. There used to be a colored brother down here, named Brother Smith, Sister Cross. They were very good friends of mine. And when I'd walk in the building at night, the old fellow used... He had a white mustache. Don't know whether any of you remember him or not. And he would be on the platform, you know. And all of them would be singing, "It's A Highway To Heaven." And Brother Smith (See?), he just set like this, you know. And I would walk in the back door.
There was a little girl, kind of real dark, she used to set in the corner. She'd start clapping her hands, saying, "Lift Him up," that song, you know. They put their own melody to it, you know. And then over in the next corner, be somebody else, says, come in again, "Lift Him up." Well, that's what they'd sing when I come in the door. I just love that bunch of people.
And so old Brother Smith set back there, a little bit, you know, and he was kind of a quiet sort of a fellow. He'd say, "Come in, elder, rest your hat." Not "rest yourself"; "rest your hat."...?... See? "Come in, elder, rest your hat." He'd get up there, and I could tell the way he started off, I was in for it. See?
He would say, "Well," he says, "children, you know," he said, "I--I was setting here just wondering, 'Lord, what You going to give me to say?'" Said, "He--He--He kept shaking His head at me, 'I ain't going to give you nothing to say.'" Said, "I seen Elder Branham walk in back there, and I said, now, 'Lord, I just begin to remember...'" Well, I was right in for it.

6 Brother George Wright, how are you, brother? [Brother Wright says, "Oh, good. Sure."--Ed.] Bless you, Brother Wright! Certainly. ["Brother Elijah is back there."] Oh, is that right? Brother Elij' Perry, he said, is back here. Where you at, Brother Elij'? I haven't seen him in a long... Why, my, goodness. Now, we ought to have a real meeting here again: Elij' Perry, George Wright, and some of them old timers that used to be here when you almost had to hold the shutters on the place, with our hands, the wind blowing. Good seeing you. Mother, Sister Wright with you? Sister Wright in? She's back there too. Yes, sir. Well, I'll...?... Sister Perry, I see them all now. Well, that's really fine. Good to be in. It's good to set in these places. It's good to be together.

7 I'd planned on, so hard, coming back, burdened in the heart. I just returned from Africa, as you all know. And when I got over there, I had a restricted visa, and wouldn't let me, wouldn't let me preach, because it gathers too many together. And they're expecting an uprise there at any time, and--and they--they wouldn't let me preach because of that gathering too many people together. The only way I could, would to have some organization that's represented by the government, in the government, to invite me over, then that would automatically let the government send out a militia for protection. See, they're just... There's just going to be an uprise, and that's all there is to it. It's just right in hand. See? That government man said, "The last time you was here, you had about a quarter of a million people together." And he said, "Then, you see, that'd just be the very thing that communism is looking for, for an uprise." So I couldn't preach.
Those people standing there, waving their hands, and crying, "Remember my mother. Remember, my brother died... My..." There, and in behind a bar, you know, bars of wire, and it just made you feel real bad. And I come back home.

9 And I thought, "Well..." My son, Joseph, back there, had let down a little bit in his reading. And he had... He passed all right, but he had to take it over: wasn't reading good enough. So I thought, "Well, we're going to have to stay home a little while." And I said, "If we stay home, it's going to ruin the kids' vacation." So we just postponed it, and taken him over to another part in August, and let--and come back here for a couple, three weeks. See?
I said, "I believe, while we're back there, I'll just take and hold a meeting. We'll get that school auditorium up here, and--and we'll have a meeting from the twenty-eighth on through to the first, a meeting at the school auditorium. I wanted to preach on the subject of the outpouring of them seven last vials." And so we called ahead, and we had a little disappointment. They won't let us have these schools no more: too many people crowds in. We can't have it nowhere. And so then I decided, while I was back here then, instead of...

11 We can't put all the people, if we'd adver... It's never been advertised now. So if we put all the people, try to put them in the Tabernacle here, we couldn't do it. See, it just... Five days in here would be awful.
So setting in there talking with Brother Neville and Brother Wood, and them, we have decided to do this. If we can't, I'll--instead of that would make us have five services; that would be twenty-eighth, twenty-ninth, thirtieth, thirty-first, and first. Well, I feel if we have, beginning next Sunday, we can have two services, Sunday morning, Sunday night, that's the eighteenth. And then on the--on the twenty-fifth, have Sunday morning and Sunday night. That's four services. Then on August the first, have a Sunday morning and Sunday night. That'd give us six services, and then it won't make such a jam to get the people in. And I think that...
Don't you think that'd be better than having everybody just crowded and mashed together, and everything? Then just that for them two services, we can put up with that, but everybody kind of pull together. For five nights, straight, it would make it hard.

15 And I want to get with the trustees and the elders here, while I'm here.
This is becoming everywhere. We're living in these last days, to where the Gospel does not have the--the preeminences as It should have. It don't have the rights that It should have. It's all sewed up in politics and things, and just like a union. And that's what it's finally coming to, because the mark of the beast has to come by union, we know. So we--we... 'Cause it's a boycott, "no man can buy or sell, save him that have the mark of the beast."

16 And now I want to find out, through the elders. I feel led. I've never had such a hunger in my heart for God in all my life, than--than I have now. See? For... And I--I want to get my own tent and my--my stuff, like the Lord gave me a vision to, and I believe the time is just now at hand. And I want to see while I'm here, why we can't get the tent.
And--and then when we go, like come here to Jeffersonville, instead of having just a day or two, or three or four days, we can go out here and put up this tent, and have two or three weeks (You see?), it... Nobody can say nothing about it. We can either take a ball park, or, if they won't let us have that, there's farmer out here will let us have a farm. We'll rent the farm and--and put it up. The only thing we'd just have to do there, would be make our--our outbuildings, and so forth, and for our conveniences. And that could be easily done. And then we'll start having our services like that, because that's according to a vision from the Lord, that it's to be done that way.

18 And coming in, yesterday, and finding, you know, this, that. And was going up the street, and a good friend of mine going along there, said, "Hello, Billy." I looked at him, and snow-white hair, that much tummy and--and the boy's my age. We run around together, handsome young fellow, when I was a kid. I--it kinda made me feel funny.
My little son, Joseph, said, "Why you sad, daddy?"
"Oh," I said, "I can't explain it to you, Joseph. See, I can't, can't--can't tell you."
And I look at Elij' Perry setting back there, and Mrs. Perry; seem like yesterday they were a little black-headed couple out there, living next door to me, when we had the old boat, Wahoo, and down on the river and fished at night. See them both white-headed; you know, it says one thing, it's a little buzzer that comes on, "You ain't got much more time." See?
So I want every day of my life to count for Him. What I have left, what time I have, I want to spend it somewhere doing something, if it's no more than stand on a street corner, testifying to the glory and honor of God. And I--I'm here for that purpose.

22 And I've got a little secret place up here at Green's Mill, Indiana. It's not a city now; it's--it's a wilderness. And some people has taken it over, and they won't even let you set a foot on it. But I got a cave there that he'd never find me when I got into it. I'd go at nighttime, and he'll never know when I go in or come out. And he don't know where the cave is, and couldn't get to it no matter where it was. And I want to go over and talk to the Lord awhile; I feel that it's a necessity.
The wife, she wants to come, want to come back and visit around, and Rebekah and Sarah, and them, with their friends. And we're back here now for the next three weeks, and if the Lord willing.

24 And I think, instead of trying to jam the people all together, for them meetings here in the Tabernacle... 'Course this belongs to us, belongs to the Lord, give it to us. And it's air-conditioned. Like to have a Sunday morning service, a Sunday night service. That'd let people go back to their place, then wait over until the next coming week.
I don't think I could take and--and officially do justice to the pouring out of those last vials, 'cause they're very, very great message in that. But I could pray for the sick, and do things that... I have messages to the--as the Lord will give them to me, for the church. Through the week, I'll get out here in the wilderness somewhere and study, come back on Sunday morning, have Sunday morning service like this, and a Sunday night service. Our most gracious little pastor, Brother Neville, I asked him if that would be satisfaction to him. That's taking all of his services away from him, but he was more than glad to surrender it to--to over to that. I just...

26 Brother Capps, he, I guess, got the roaming fever too, and I see he has left, and--and Brother Humes. And the Lord had a Brother Mann here just to take right over, and the place. You know, isn't that wonderful how God will do things? He always had everything timed just right. I come up and I heard somebody preaching. I said, "That don't... I believe..."
Brother Capps, he come to Tucson, and I think it bluffed him right quick, it was about a hundred and ten degrees. He didn't want nothing to do with that, so away he went, him and Brother Humes, and went up to Phoenix. 'Course it's a hundred and fifteen to sixteen, eighteen up there. That was still worse, so I think he took off to Texas after that; he, trying to find a place.
But you don't want no Arizona this time of year, I tell you. It was a hundred and forty the other day, last Friday, a hundred and forty degrees at Parker. And that's where Brother Craig, from the church here, lives. And you can break an egg; it'll fry 'fore it hits the ground. [Brother Branham laughs--Ed.] You--you spit and--and the moisture is gone, it just... There's no humidity nor nothing; it's really a bake oven this time of year. But from about November, December and January, it's wonderful. But when it comes about March and April, you--you better get away if you don't want to suffocate.
And so Brother Capps and them happened to come just at that time, which I think run them out. So maybe the Lord did that for a purpose. I'm believing this, that God orders the footsteps of the righteous. Sometimes it seems hard.

30 Like the other day on this trip to Africa, I was so sure that I was moving in the will of God. Because a year ago I was down in the south, holding a series of meetings, and they--they... I thought... Coming from that organization, said, "You can come on through the Christian Business Men, but we'll have nothing to do with it."
Well, I don't want to throw them men right in on it, you know, make a conflict. I--I want to make them feel good at one another. So I just said, "Well..." Wrote them a letter, I said, "Remember, I've tried to get into Africa for years again, feeling that my ministry isn't finished in Africa. I have no..."
Why would I have to go to Africa, when I got six, seven hundred cities right here in the United States calling (See?), just right here, without leaving Canada, Mexico, or any of those places? Why should I want to go there? But it's something in my heart that pulls me to Africa. There--those people, there--there is something about them that I love, and I want to go just for the colored people only. And there's something in a lot of them, them leaders, they don't feel I should do that. But I--I want to go to my colored friends. That's where the Lord called me. And now they're needy. Many of those people, those white people, can have doctors and everything. But them poor natives live out there, and half rot. And I--I--I feel they're the ones that looks like they'd receive It. They're the ones.

34 There's something about it. When you get to a spot, you're so smart that you know everything, then God can't do nothing with you. But if you get to a place that you're willing to listen and learn, then--then it's God's time, can move in and talk to you.
And so I wrote them a letter back, and told them that. I said, "Remember, at the day of the judgment, let them bony hands reach out of the smoke, condemn you. Their blood be upon you, not on me, 'cause I've tried for about ten years to get back."
Then when I mailed the letter, come back, Something said to me, "See Sidney Jackson, take a hunting trip." The same time, the Lord spoke to Sidney Jackson, said, "Yellow-mane lion, Brother Branham camping; Durban, big meeting."
Well, he was over here, and he spoke with you here. By the way,
we baptized... He was firmly against this baptism in--in the Name of Jesus Christ. And his wife was worse than he was; she would just walk away. You could... I'm telling you; I never seen any more devout people. They've got about a hundred and fifty ministers over there, baptized in the Name of Jesus Christ, and they're just burning the country up. The Message is just sweeping Africa, everywhere, aviators and great men coming, being baptized in the Name of Jesus Christ.

38 And so I, when I started to go over, I'm telling you, I never had so much trouble in all my life of trying to get there. And then at the very last minute, very last minute to go, here was wrote across my visa, "Cannot anticipate in any kind of religious service; can only come hunting." Well, then, it was rank.
But I said, "I don't care what the Devil does, I--I can't... I can't voucher for what Brother Jackson said about yellow-mane lion, and this, that, or the other. I--I can't vouch it. But I do know God told me to see Sidney Jackson, and go hunting." And I said, "I'm going." And sometime... And I had one of the greatest trips.
I found out what the trouble was. Now, I think, about October, the Lord willing, I can go back and have a meeting and everything, full cooperation, everything else (See?), in Africa now. I got to the bottom of it and found out where it was at, what caused it. Up here, writing, this one has got this to say, and something's got something to say, and this one there. The best thing to do, is go find out, yourself. And I know where the trouble was, and what the reason of it was; it was because of so many people gathering together, the government wouldn't let me have it.

41 Now, if the Christian Business Men or any organization, which will bring us in, then the government automatically because it's the organization is represented with the government, the government sends militia protection. If there'd be twenty-five man out of one denomination, twenty-five out of another, still they won't receive that. It's got to be the--the head of this organization. And Christian Business Men is a nonsectarian organization representing all the churches. Doctor Simon, their head over there, a very fine man, I got to meet him and talk with him. And they are taking the meetings, and all the rest of the churches is coming in together. See? And I believe we'll have one of the greatest meetings that's been had in--in Africa.

42 But my point was this, when you know that you--you're trying to do what's right, the first thing is, if you feel led to do anything, then check it with the Word and see if it's right with the Word, and then let nothing stop you. I don't care how many wheels the Devil throws in the way, just move right over the top of them.
I told my wife and I told Brother Wood, when I got here, and some friends that I met yesterday, I have had about five years here that I hardly knowed what to do. It's been a--a nervous... See, the revival itself amongst the churches has died. Everyone knows that. You feel it in this Tabernacle. You feel it everywhere. There is a thump, dead feeling. There's just something isn't right. It's because the revival enthusiasm has gone away from the people. Go into the churches; you'll see them setting there. And the pastor stumbling around for a message and something another. And the first thing you know, he turned it off on some kind of a party they're going to have, or something. It seems to be a dead thump everywhere.
Billy Graham notices it; Oral Roberts. Mr. Allen had some trouble, as you know. Oral Roberts has got that fifty-million-dollar buildings, and so forth, in there. He's got a school. And, well, there's nobody on the field now.

45 I left here, by a vision to go yonder to Tucson to see what the Lord wanted me to do. There He met me up there, as He told you here that He would do it, and the form of seven Angels, and said to return back and the Seven Seals was to be opened. That's just exactly what happened.
He said, one day with Brother Wood when he come out there, we went to the same place, and throw up a rock, it come down. He said, "Within a day and night, you're..." Some, I forget just what the words was. "You're going to see the glory of God."
And the next day a whirlwind came down out of the skies, and we know the story of what taken place. When it went up, they asked what it was. I said, "It spoke three words, in three great blasts." The men only heard the blasting. I understood what It said. And said, "Judgment striking west coast." Two days after that, Alaska like to have sunk. It's been thundering around, earthquakes, everything. Just look at them, every day earthquakes just shaking everywhere.

48 My last meeting, last meeting I had. This will be my first message, really, to preach since then. I was preaching in Los Angeles, at the Biltmore Auditorium, and I was speaking on a man choosing himself a wife. You probably got the tape of it. It's... I said, "It reflects his character and his ambition." That when a man takes a woman, he takes a young girl and to be his wife; he takes, you know, a modern girl that's a common Ricketta, it--it just shows what he's... If he marries a beauty queen or a sex queen, whatever it is, it shows his, what's really in the man. But a Christian, he looks for character in a woman because he's planning a future home with that woman. He plan, he gets a homemaker. And I said, "Then Christ, according to His Word here, tells us what our future home will be. What kind of a wife will He choose then, a denominational prostitute? Never. He'll choose a woman that's characterized by His Word; that'll be the Bride."

49 And while in there Something struck me; I didn't know nothing for about thirty minutes. There was a prophecy went out. First thing I remember, Brother Mosley and Billy; I was out on the street, walking. And It said, "Thou Capernaum, which calls yourself by the name of the Angels," that's Los Angeles, city of angels (See?), the angels, "which are exalted into heaven, will be brought down into hell. For if the mighty works had been done in Sodom, that's been done in you, it would've been standing till this day." And that was all unconsciously to me. See?
And how I just got through exhorting Christ, exalting Him and telling the church. I said, "You women, no matter how I try to come to you and preach against these things that... And you men, you preachers; you constantly conned all the time, do it just the same. You walk over It as if the Word of God wasn't nothing."

51 And when I understood that, I went; I said, "There is a Scripture about that somewhere." And I went and found it was Jesus rebuking Capernaum by the seacoast. That night I looked up the Scriptures. Come home, got the history book; and Sodom and Gomorrah was once a--a thriving city, a Gentile headquarters of the world. And you know that city by an earthquake sank into the Dead Sea. And Jesus stood, and said, "Capernaum, if Sodom would've had the works done in it that you've had done in you, it would've been standing today. But now you must be brought down to hell." And about two hundred or three hundred years after His prophecy, with all them coastal towns, every one of them still standing but Capernaum, and it lays in the bottom of the sea. A earthquake sunk it into the sea.

52 And then prophesying, "Los Angeles will be in the bottom of the sea." And I come home and went to Africa. And while I was in Africa, they had an earthquake. And scientists... You seen it; it was on a broadcast that some big, fine homes tumbled in in Los Angeles, and a motel, and so forth. And now there is a...
Since that earthquake, there is a two or three-inch crack that come in the earth, starting in Alaska, goes around through the Aleutian Islands, comes out about a hundred and fifty or two hundred miles in the sea, comes back up at San Diego; takes in California, or Los Angeles, and comes out again just below the northern part of California there, a little place called San Jose, just below there.

54 And this scientist was speaking, being on a interview. We was watching on television. And he said, "Beneath that is just a churning lava." And he said this; he said, "That is... A chunk will break loose," and said, "and it will..."
And this inter--man on--scientist interviewing this chief scientist, said to him, said, "Well, that could then all sink?"
He said, "Could? It's got to."
Said, "Well, 'course, will probably be many, many years from now."
He said, "It can be in five minutes from now, or it can be in five years from now." He just 'lotted five years.
But just as I surely was standing there under that Inspiration, put judgment on that west coast, and then followed it right up here with the sinking of Los Angeles; she's gone! That's right. It will happen. When? I don't know.
But, oh, what happened? You know, we only got six continents now. We had seven; that one that sunk between Africa and the United States... Oh, it's historical; you know about it. Now, if that goes down, then I want you to watch when...

60 This was a sermon that I preached on when, I believe, Brother Elij' Perry might have been deacon here in the church at the time, for all I know. But it said, "The time will come..." I didn't know it till Mrs. Simpson brought me the--the sermon the other day. And I got it wrote in a little book, that the desert, that the ocean shall weep its way into the desert. That was thirty years ago.
And, of course, the Salton Sea is about two hundred feet below sea level, and if that big churning, that earth swallowing in like that, with hundreds of square miles, hundreds and hundreds of square miles sinking into the earth, that'll throw a tidal wave plumb to Arizona. Sure, it would.

62 Oh, we're at the end time, glorious hour, the appearing of the Lord Jesus. He said, "There shall be earthquakes in divers places, perplexed of time, distress between nations, men's hearts failing in fear." Said, "When these things begin to happen, raise
up your head, your redemption's drawing nigh." Oh, my.
Nations are breaking, Israel's awak'ning, The signs that the prophets foretold; The Gentile days numbered with horrors encumbered; Return, O dispersed, to your own. (Be sure to do that!) That day of redemption is near, Man's hearts are failing for fear; Be filled with God's Spirit, Have your lamps trimmed and clear, Look up, your redemption is near! (That's right.) False prophets are lying, God's Truth they're denying, That Jesus the Christ is our God.

63 [Blank.spot.on.tape--Ed.] See the picture the other day, how He turned that picture sideways there? And the very picture of that seven Angels being lifted up, turn it to the right-hand side, and there is the face of the Lord Jesus looking down to the earth again.
You remember when I preached the seven church ages, I couldn't understand why Jesus standing there with a "white" over His head. He was a young Man. I took it back in the Bible, it said, "He came to the Ancient of Days, Whose hair was white as wool." Jesus was only thirty-three and a half years old at His crucifixion.
I called up Brother Jack Moore, a theologian. He said, "Oh, Brother Branham, that's Jesus in His glorified stage." Said, "After His death, burial, and resurrection, He turned to that." That sounded all right for a theologian, but it didn't go good, it just didn't hit the something.
I went up there and started on that first church age, there the Holy Spirit revealed it. Now, you got it right on your church ages. I guess the books will be out pretty soon now, the full detail of it. And it showed that Jesus was Judge. There's a white wig that they used to wear, put a wig on and wear it as a judge (England still does it.) when you got supreme authority. And that turning sideways in this picture, there He is, His black hair, you can see it in the side of His beard, and the white wig on. He is the last of the authority; He's Supreme Authority. Even God said so Himself, "This is My beloved Son; hear ye Him."

67 There He is with them Angels, the message, which was the seven--breaking of them seven seals that revealed serpent's seed and all these things here. And it shows that it is His very covering; it's His--it's His supreme authority. He is Supreme, and He's wigged or--or covered. The Bible said that He changed His countenance, or He changed Himself, en morphe. The word comes from the Greek word, "en morphe," which means "a Greek actor that plays many parts"; today he is one thing, in the next act he's something else. He was God the Father in one act; God the Son in another act; and He's God the Holy Ghost in this act. See? There He is; His Word is still Supreme. We're living in the last days.

68 Coming back from Africa the other day, I kinda tired. You see, it's just it's nighttime there now, and you have to turn around. And then time I got turned around, I come back again. We had a wonderful trip, hunting trip, one of the best I ever had in my life. Then Billy's got some pictures, maybe he'd have a time he can show it somewhere, and show you the trip.
I had a dream. I'm always dreaming of being back at that Public Service Company somehow. So I--I thought I was kind of ratting on the job; I was supposed... They just let me have my own way, and I thought I'd... Instead of going out and walking the lines or collecting the bills, or something I was supposed to do, I just said, "Well, I'm my own boss." I just went swimming. And I got down there and took off my--these clothes, and put on my swimming clothes. I was by myself. And I thought, "Say, this ain't right, the company... This is daytime; the company is paying me for this time." Thought, "That's strange."
And then I thought, "Well, the money I collected on the route..." I had both the patrol and the route mixed together, and I said, "Well, the money I collected, I've done something, roving around here; I've lost all my tickets; and I got their money and my money mixed together. Now, how will I know who paid the bills?" I thought, "Just because I wasn't paying any attention."
I thought, "That's not right. There's only one thing for me to do, that's go back to my superintendent and tell him." That was Don Willis. I said, "Don, I lost those tickets. Now, here's all the money I got, and here's their money together. Leave it here at the cashier. And the people, when they come in, they'll have a receipt that I received the bill."

71 Probably people setting right here that (I--I... I know there is.)--that I collected from them in--in the days, and I'd... And I'd give a receipt. You know, it was only ten percent if you let your bill run over. And maybe, a dollar and a half, be fifteen cents over. A lot of them people lived... We just liked to get together and talk, and they'd just let their bill go, wanting me come talk to them awhile. That was... Give fifteen cents, you know, just to set down and talk a little while, to collect their bill. So it got it ragged; they just got so many bills I couldn't collect them.
Well, I thought that's the only way I could do it. And I woke up.

72 The place where we live, Sister Larson. I don't think she's here. She's been very nice to us; and she don't like for me to say that. But she's a very fine lady, and we've been living in her rooms. She's got two apartments, small apartments together; we rented them both. And wife and I sleep over here in--in the other apartment where I kind of receive the people when I can, and there's a couple of little twin beds in there.
I woke up. She wasn't awake yet. And after while she woke up. And I waved over at her, and she looked back, batted her eyes a few times. I said, "You sleep good?"
She said, "Nope."
And I said, "I had the awfullest dream. I was back at that Public Service Company again." I said, "What have I done?"

75 I remember as a little boy, or a young man, I'd walked all those lines at Salem, Indiana, different... I'd go in buy a--a breakfast, maybe a bowl of oats. In that hot sun and everything, it's... I'd--it'd just make me sick to eat breakfast. I'd turn in ten cents on my petty cash. The superintendent come down and said--said, "You know what they said in the--in the meeting? 'Who is that knothead that would turn in ten cents for breakfast?' Said, "You ought to at least turn in fifty cents." Now, all of you know, fifty cents was a big breakfast in them days.
And I said, "Well, I don't eat that much."
He said, "Well, the rest of them turns in fifty cents. You ought to turn in fifty cents."
I said, "Well, I don't use it."
Said, "Turn it in anyhow." That was my superintendent.
Well, I thought, "Well, what can I do? I have to charge fifty cents, and I eat ten cents." So I'd go out on the street and get some little kids that didn't have no breakfast, and get them forty-cents worth of breakfast.
So then I thought, "Well, what could I... Maybe that's what He holds against me."

77 And I remember, here not long ago, they come through on the patrol, tore up that back yard back there, and said, "Turn in your bill." You know they got patrol rights, but they have to pay for damage.
I just wrote back and said, "You don't owe nothing." I thought, "That'll pay for them forty-cents. Maybe I've spent twenty or thirty dollars during that time, giving it to kids. Maybe that'll do it." Kept on dreaming.
Then I had a big tree out there, the kids played under it, and the patrol... Now, they patrol in a helicopter. So he come in and said, "Billy, how about cutting that tree out?"
I said, "No, don't cut it. We're going to trim it." I said, "Brother Wood and I are going to trim it."
Said, "Well, I'll just have the man come by and trim it."
I said, "Now, don't cut it."
He said, "I won't cut it."
I went off on a trip. When I come back, she was cut plumb on the ground. Then I had a lawsuit coming. You see? I said, "Well, Lord, this will clear it up, what I owed." So I struck that off, that was all right, just let it go. Well, I still dreamed it.

82 When I got up the other morning, I said, "Well..." The first thing we do of a morning when we get up is pray together, then pray when we go to bed at night. And then after she went on over to get the kiddies' breakfast, I started to pray. I said, "Lord, I must have been an awful guy. What have I done in life, that I--I can't get away from that Public Service Company?"
I went in and took a bath, come back out. Something just seemed to say to me, "Maybe I'm ratting on His job." I thought, "Here's about five years I ain't done nothing, just waiting on Him."

84 Standing up there the other day. They built us a new home up there, and Brother Mosley come down, was talking about it. I said, "That's just a little gift from my Father." He started crying. I said, "You see, He said, 'If you'll leave your homes, houses, lands, fathers, mothers, I'll give you houses, lands, fathers, mothers, and hundredfold in this life, and Eternal Life to come.'" I said, "See, I had to leave the Tabernacle that I love so dearly. My home that the Lord give me up there, had to leave it. He just give me this one back." I said, "He's wonderful. You see?" And he started crying.
Well, I--I said, "I had to come out here and separate myself, come to this desert." And I thought, "Wonder why God bring me to a desert, out here where there's nothing but scorpions and Gila monsters?"

86 And it's not only a desert; is it hot, but it's spiritually a desert. Oh, my. There's no spiritual life at all in the churches, they're against... Why, you never seen such in your life. We don't even have a church to go to or nothing. And then when... The people almost perish spiritually. I noticed it in the people that come out there, see the differences in them, watching it.
And so you stay under the Spirit of God; your life becomes sweet, tender, like water brings this grass and soft buds. If... This grass in Arizona wouldn't grow; these trees would be cactus, them leaves just wind up and make stickery. That's the way it is when you get dry around the church, everybody's sticking one another, you know, and just... See? You got to have soft waters of rain soften you up, and make leaves, and shade for the pilgrim that passes by.

88 And so something said to me, "Maybe you're ratting on God's job." So I prayed for a vision.
And Meda just got me a new Bible, and Brother--Brother Brown from up in Ohio got me a new Bible, both of them at the same time, at Christmas. I went and got one of the new Bibles. I said, "Lord, in the days gone by, You had a Urim and Thummim."
Now, listen, let me say this. 'Course, they're not... This is not taping this meeting, the reason I'm ask--saying this. Let me say: don't do this. It's not a good thing.
But I said, "Lord, it used to be, when a dreamer dreamed a dream, that they took it down to the Urim and Thummim and told it. And if the--if the Urim and Thummim flashed the lights back, a supernatural Light, the dream was true." I said, "But that priesthood and that Urim and Thummim's done away with. Your Bible is the Urim and Thummim now; Lord, may I never do this again. I've asked You and prayed to You to give me a vision, speak to me about why am I dreaming these dreams. What have I done? If I've harmed, if I've done anything to any person in the world, let me know. I'll--I'll--I'll go make it right. If I owe the Public Service Company, if I done something wrong to them or any other person, if I done something wrong to You, let me know. I--I want to make it right."
Let's make it right now. Don't wait till after while, it may be too late. Let's do it now.

93 And I said, "Surely, there's something in this Word of God, from Genesis to Revelations, that some character in there that You dealt with, would be on the same basis that would be my question. If somebody done something, and--and You got after him about it, then let me turn to that place in the Bible. And if somebody, whatever they done, it'll lean my way. Where I've done wrong, or something You want me to do, or haven't done, let me see some character in the Bible like that."
And I closed my eyes, just let the Bible fall open, put my finger on a Scripture, Genesis 24:7, Eliezer, Abraham's faithful servant, the model servant of the Bible, being sent to hunt the bride for Isaac. Chills run over me. Sure, that's my... That's right with the rest of my message, pulling out the Bride.
He said, "Swear that you'll not take a bride out of these, but go to my own people."
He said, "What if the woman won't come with me?"
Said, "Then you're free of this oath." He said, "And the God will--of heaven will send His Angel before you to direct you." He went right straight out and begin praying, and he met the beautiful Rebekah that become the bride of Isaac.
Just a perfect message back to the Word. "Go get that Bride." That's a duty. That's what I'm here for. That's what I'm trying to do, is call out a Bride.

98 Remember in California there, that interview of the Bride, preview, I had it here. How that Bride come up first, and seen Her go by. Then here come Miss America, Miss Asia, and all, oh, the awfullest looking thing. And then the same Bride passed by again. One of them got out of step, and I was getting Her back in step; two of them, it was. And that's what I was supposed to do, keep that Bride in step, hunt that man.
I said, "God, I'm going back home, renew my vows again, and start out anew." So that's what we're planning on doing; that's what I'm here for.

100 I think it'd be a good thing if we did this, started on the eighteenth, next week, next Sunday morning, next Sunday night, the following Sunday, and the following Sunday. How many thinks that would be a good thing? Thank you.
Now, I want you to do something for me. If you've notified any people that there--there's going to be a meeting on the twenty-eighth, will you renotify them again, that we couldn't do it. Tell, write them a letter, or something another. We don't want the people come and be disappointed, but we could not get the auditorium.
See, we couldn't get it. And so because the last meeting I think we had so many up there, and everything, they just... You know how the public is, and they... Well, we're just living in the last days; that's all. And they claim that the people come in and disturb the school, and they were there too early, and they did this, or that, or something another, and the place was too jammed up, and the fire marshal does this and that. And, well, you know.
So we will set up those vials and those Trumpets; I want to place them in. I told you I would. They come under another thing. So does the vials come under, the sounding of trumpets; but we want to take the entire course right straight through, and bring it, tie it in together.

104 How many has read any of Brother Vayle on rewriting that, and fixing it up, and grammarizing it for me? Have you read any of it? You have, two or three of you. I think you done a real job, Brother Vayle, a real job. You... I think Sister Vayle did it; and you just wrote it down and she done it. She was a... See, I'm not always against the women, am I, Sister Vayle?
So now, let us, for the next fifteen, twenty minutes, read a Scripture here.
And I--I got a little book here. I told, I believe, was it Brother Vayle, or who was it, or I believe it was Roy Borders. Brother Vayle bought me the book. I want to make a little textbook.

107 But if anybody ever looked at what I call notes... Like I want to preach about the Morning Star, I'll draw a star. And if I want to preach something about... I make it all in symbols here, scratches; nobody can ever know what it was. While I'm out, and I think of anything I got it on--riding on the road, sometimes the car is jumping up-and-down, and I'll jot this down, and say this and that, and make little signs, and cross, and bridges, and--and all kinds of things. Like I want to preach on the descending of the Star; and I'll put the pyramid, draw it out here, and put the five-point star of David coming down on it. And I know where I'm going in the Scriptures like that; and Moses, a certain thing he done. Just make little turkey tracks like.
I got several of them in here. And I thought I'd, this morning, back there when I thought I'd speak on this subject for a few minutes here on a note, maybe it'd take me twenty minutes.

109 And then I ain't going to take Brother Neville's service tonight. I--I--I'm going to rest tonight, listen to him.
And then, the Lord willing, next Sunday morning we'll start the service. And you all help me, and we'll pray, 'cause it was in my heart to try... They said, "Well, we could go to Louisville or we could go down in New Albany." But the meeting was supposed to be for Jeffersonville. I'll go to Louisville and New Albany at different times, but this is supposed to be here at Jeffersonville.

111 Now, let's bow our heads just a minute while we been--I been talking to you here for about thirty minutes. Let's speak to Him a moment.
Lord Jesus, we are--we are certainly a blessed people, above our--our thinking, above our understanding. For if there was a noble among us, such as some personnel from some other country, or a diplomat of some sort, we'd think it was great to have such a noble person among us. But today we have the God of heaven, not only among us, but in us, dwelling, living His Life through us. And we're so thankful for this, Lord. It's beyond our understanding, of course.
But now, speaking on what the services, and the going to Africa, and the things that we've tried to arrange for these few days here in the Indiana... And somehow or another, Lord, it may be You are driving us to that tent to make that vision fulfill. So Thy will be done; we've committed it this way, the best of our understanding. So we pray, Lord, if there's any thing contrary to Your will, You'll make it known to us, that we might know to do Your perfect will.
Now, bless us in these next few minutes. Speak to us through Thy Word, Lord, for Thy Word is Truth. We ask it in Jesus' Name. Amen.
Let's turn in the Bible to Mark the 8th chapter. It's get...

115 When do you usually let out, twelve o'clock? About twelve o'clock. All right. Now, I'll--now just a little short message here that I can speak to you about the Word, after testifying about over there, and so forth.
Mark, the 8th chapter, and let's begin about the 34th verse to the thirty--taking the 38th, the rest of that chapter. I like to read what He said, 'cause I know that's true. Now, we...
And when he had called the people unto him with his disciples also, he said unto them, Whosoever will come after me, let him deny himself, and take up his cross, and follow me. For whosoever will save his life shall lose it;... whosoever shall lose his life for my sake and the gospel's, the same shall save it. For what shall it profit a man, if he gains the whole world, and lose his own soul? Or what shall a man give in exchange for his soul? Whosoever therefore shall be ashamed of me and of my words in this adulterous and sinful generation; of him also shall the Son of man be ashamed, when he cometh in the glory of his Father with the holy angels.

117 I want to take a little text from there, if it'd be called that, called: "Ashamed." You know, I like that. "Whosoever is ashamed of Me and of My Word, I'll be ashamed of him."
Now, the word "ashamed" could be also translated "embarrassed." You know, something that you're... You're faced with something that you're embarrassed about, being ashamed.
That another thing being ashamed does, it shows that you are not sure of what you're talking about. If you know what you're talking about, and have the assurance that you know what you're talking about, you can tell anybody that; you're not ashamed. But if you feel put out, out of place, it shows you're not sure.

120 You notice there's so much of that today, especially on the subject that I'm speaking of, "ashamed of the Word." Now, He and the Word are the same. "In the beginning was the Word, and the Word was with God, and the Word was God. And the Word was made flesh, and dwelled among us: the same yesterday, today, and forever"
So "Whosoever is ashamed of Me and My Word," and He and His Word are One, so being ashamed of His Word in this sinful present generation, "I'll be ashamed of him."

122 Now, we notice today, if somebody says, "Are--are you a Christian?" It's very much a popular thing, say, "Oh, I'm a Christian." See?
"But do you believe the Word of God, where It said, 'These signs shall follow them that believe it'?"
"Oh," Even ministers' faces will blush. See?
"Are you ashamed of, say, of Divine healing? Are you ashamed of the full Gospel? Are you ashamed of your Pentecostal experience?" That's being ashamed of His Word. That's His Word made flesh in you.

126 So His Word has to live Itself out for every generation. It lived Itself in the days of Moses. Because in that day the Bible said, in Hebrews, 1st chapter, "God, in sundry times and divers manners spake to the fathers by the prophets."
And those prophets... The church got all so twisted up that when... Those prophets, those daring messengers of God, come without church, without denomination, without organization, without anything, and defied kings, kingdoms, churches, and everything... When the priests was brought before... They was brought before the priests; they wasn't ashamed, because they had directly THUS SAITH THE LORD.
If you notice, the prophet, in one sense of the word, in the Old Testament, when he said THUS SAITH THE LORD, now watch him, he goes right into the phrase of taking the place of God. You notice, when he placed out before him THUS SAITH THE LORD, he fell right into God, and he acted as God. Then he gave his message, which was God speaking through him, "THUS SAITH THE LORD."

129 I think of the prophets of old, when they come with that message, and it embarrassed the kings, and it made the people feel uncomfortable. The priests even, they would feel uncomfortable, because they were supposed to be leaders, religious men, and when they--the Word came forth in that manner, It exposed them, and they felt embarrassed, or ashamed.
And many times we see that, not many: too often today, that man, you say, "I am a Christian."
"Have you received the Holy Ghost since you believed?"
"Oh, huh..." You see, they're--they're embarrassed about it.
Somebody say, "Do you belong to that group up there that does all that there shouting, and all that Divine healing stuff?" Many times, Christians back up.
They want to announce, if--if they got a denomination, now, "I'm Baptist. I'm Presbyterian. I'm Lutheran." They're not ashamed of that.

133 But when it comes to being a Christian that can take God's Word just the way It is, then they're--they're--they're ashamed. "I don't belong to any denomination." See? They--they're--they're ashamed to say that. They've got to be like the rest of the world, represented by some organization.
Now, that's just recently come into that. In the days of Luther to recognize yourself as a Lutheran or a follower of Luther, well, it almost meant death by the Catholic church. In the days of Wesley, to know that you had defied the Anglican church, it was almost a penalty of death by the Anglicans to announce that you were a Methodist. In the days of Pentecost it was a shame, almost, to say that--that you was a--that you was a Pentecostal, because you was quickly counted a holy-roller, or--or some tongues speaker, or--or something like that. Now, they organized and went right in with the rest of the group.

135 Now, when the calling-out time comes, that you don't belong to any of it... Very popular to say, "I'm Pentecost." It's very popular to say, "I'm Presbyterian, Lutheran." But what when it comes to the time that you'll have to come out and stand for the Word, "I don't belong to any of it"? That--that embarrassed...
Jesus said, "Now, if you are ashamed of Me, then I'll be ashamed of you." Why would He be ashamed of you? Because you're claiming to be His, when you won't follow Him.
What if I said, "This little boy, he's--he's my son"; he turn around and say, "Who, me be your son? What do you think I am?" It would embarrass me. It would to your son.
And that's the way that's so-called Christianity today. If you name it a name of a denomination, all right, they accept the fatherhood of a denomination. But when it comes to accepting the fatherhood of the Word of God, Christ, no, they're embarrassed. They don't want to say, "Yes, I have spoke with tongues. Yes, I have seen visions. Yes, I believe in Divine healing. Yes, I praise the Lord. I'm free from all organization; I'm not bowing down to any of that. I'm a servant of Christ." Oh, my, that'd just tear them to pieces.

139 The other night, a great speaker come in amongst the Full Gospel Business Men in Chicago.
May I stop here just a minute, to say this. You excuse me. But many times you think, and I do too, that what we're talking about, the Truth of the Bible, don't go over amongst the people. But It does. Sometime they'll rear right up against It, but they really don't mean it. They're trying to find where you're standing.

141 As the story was about a bunch of drunks, arguing that there was no such thing as Christianity. One man said, "I know where there's one at, that's my wife."
Said, "Well, I--I don't believe it."
Said, "Come on, we'll... Let's all act like we're really drunk."
Went up there at the house, and done everything they could. And--and he told them cook them some eggs, and then he throwed them out on the floor, and said, "You know better than to cook my eggs like that." Carrying on in the house. And they went over in the other room, fell down in a chair. They heard somebody out there sweeping it up, not saying a word, saying, singing a little song to herself.
Must Jesus bear the cross alone, And all the world go free? There's a cross for every one, And there's a cross for me. And this consecrated cross I'll bear, Till death shall set me free, And then go home a crown to wear. That one old drunk said, "What'd I tell you?" Said, "She's a Christian." See, they was only trying her. And sometimes the world, I've found out, try you.

144 So I never thought this would happen, but last Saturday night, I believe it was, or Sunday night, the great speaker, I don't subject to calling people's names, but he's trying, working exactly contrary. I'm trying to keep them churches out of that ecumenical move, and this man's trying to put them in there. So he was speaking for the Christian Business Men, which I was supposed to have had the meeting in Chicago, and I thought I'd be in Africa at that time, so I couldn't take it. This man said, got up there and said, "The greatest move, the greatest thing is in the earth now that's ever been; all the churches are returning back to the Catholic church in the ecumenical move, and the Catholics will receive the Holy Ghost." What a trap of the Devil.

145 And this leader, Brother Shakarian, the president of the International Business Men, stood up and said, after the man sat down, said, "That's not the way we've heard it." Said, "Brother Branham has told us that this ecumenical move will move them all to the mark of the beast," and the man setting on the platform. Said, "It'll move it to the mark of the beast." And said, "We're inclined to believe what he says is the Truth." And he said, "How many of you would like to hear Brother Branham come and give you the true side of it? Raise." And there was five thousand something people, they screamed and cried, just to come for one day (See?), one day.

146 Brother Carl Williams called me up, said, "Brother Branham, boy, I went out through that crowd," said, "they had piles of hundred-dollar bills laying in my hands to get you a airplane ticket up here and back." See, just for one day...
See, those people, that Word is sinking in where sometimes we don't know it. See? but, see, when you're really... No matter how much the world is against it, how much the denominations are against it, God is proving it to be the truth. When the great hour finally strikes, things will happen maybe that we didn't think about.

148 Yes, it shows you're not sure, if you're embarrassed, so you would, or rather not discuss the subject. If you're going to be ashamed of it, you wouldn't want to discuss it: hold back.
But how can a man who's filled with the Holy Ghost, how can a man full of the power of God, and the love of God in his heart, talk to a man a few minutes and not mention something about that love that's in his heart? See? There's something that it--it happens; you can't do it. This is a--must be that evil day that Jesus was speaking of.
People are ashamed of the Word and of the Spirit of God that acts within them. But when the Truth is made plain to the people, God then, Himself, revealing Himself through the Word...

151 Now, any man can make any kind of claims. And we've had it in these days, where there's been so many claims claimed, that it's been horrible. But, you see, if there is a truth, it must be by the Word. Because they say they had all kinds of things, of oil flowing through people, and blood out of their hands, and women on their back in this blood, and running down their shoes, and raise up their shoes and pour oil out, and frogs jumping out and hopping down the platform, and all kinds of things like that. There's no such stuff as that in the Bible. There's no promise of anything like that in the Bible. Only It said, "In the last days, the spirit would be so close it'd deceive the elected if possible." But there's no Scripture for that.

152 But when it comes to genuine, unadulterated Word of God, confirmed by God, It seems to even embarrass the other group on the radical side. See? There's an embarrassment about it.
But it's a reality to a man or woman, boy or girl, who really is a genuine Christian. When God made the promise of the baptism of the Holy Ghost, and you receive It, there's something that settles within you, that there's nothing takes its place. When a man ever meets God; not in some emotional work up, some enthusiasm, or some religious doctrine, some catechism, or creed, or a dogma that he has accepted for a--a comfort for hisself... But when he really comes to the place like Moses did on the back side of the desert, walk up face to face with Almighty God, and you see the voice speaking to you exactly with the Word and the promise of the hour, there's something it does to you. See, you're not ashamed of It; It does something to you.

154 Now, let us look now, for just the next fifteen minutes. There's some people that receive such an experience. And as I speak to you today, not as a church or as a denomination, I speak to you as an individual; not because you come here to this Tabernacle; because that I love you and you love me, not because of that. Let me speak to you as a dying mortal, that someday you've got to come to the end of this life. And I may not be there, and another preacher might not be there. But there's only One Who can meet you there, and that's God. And you--you listen to it, and not whether "my wife is a good Christian" or--or "my husband's a good Christian," but, "Am I right with God? Have I met God like that?" Not because my pastor met God, or 'cause my deacon met God, but, "Have I met Him?" Not because I shouted, not because I spoke in tongues, but because, "I met Him as a Person." Then you'll never be ashamed of that; there's something that's so perfect and pure, and true.

155 And remember, you might meet a spirit that would act like God. You might meet a spirit would do this, that, or the other; follow it a little bit and see how it compares with the Word of God. You might meet a spirit that would tell you you're saved, and give you a glorious feeling, and you'd shout and scream; then it comes to denying the Word, how can the Holy Spirit, that wrote the Word, deny His Own Word? That Spirit must punctuate every promise of God with an "amen." If it isn't, then you never met God; you met a deceiving spirit. And the world's full of it today.
But when you see God come down and make a statement that He's going to do a certain thing, then it comes back and does that time after time after time, then you've got a genuine Spirit of God.
How could a Spirit be on a man, the Holy Spirit that wrote the Bible, then turn around and deny, "That's not right; that was for some other day"?
He said, "The promise is unto you, and to your children, to them that's far off, even as many as the Lord our God shall call." That was Acts 2:38. How can a spirit then accept anything different from that, and be of God, when Hebrews 13:8 said, "Jesus Christ is the same yesterday, today, and forever"?

159 What if somebody said, "Oh, I believe He was a philosopher. He was a good man. He was a prophet. But as far as His power..."
I was speaking the other night with George Smith, the boy that goes with my daughter Rebekah. A fine kid, sang here in the Tabernacle, a Baptist boy that just took, told, "Take my name off of that thing. I want nothing to do with it." And there was a young lady... They was having a conference, this certain Baptist church, up in the hills.
And--and they're so firmly against me, all of them out there, and about not... They've not got nothing against me; it's against this Word. Me, as a man, they can't say nothing against me; I never done them any harm. But That's what they're afraid of. See? Now, we were...

162 They was having this meeting up there, rather, and they had, was going to have a missionary to take the last three nights of this great conference up in the hills where it's cool. Happen to be, this missionary got up and come onto Mark 16, and he said, "There's many people today who can't believe in Divine healing." Said, "I was in India. I'm an Indian. And I was in India when a man here in the United States by the name of Brother Branham, come." The pastor begin to move over. Said, "My wife was dying with cancer. I was blind," or something like that. "He prayed for one of us, and the other one he called out in the audience, not even knowing our own language, and spoke the power of God." And said, "We're here, healed." Well, they tried to shut him up. They couldn't do it. That's our... See, right in their own conference...
Then they even denied of anything. And the--and some of the people, even my--this boy's sister, them on the ground, wouldn't even have nothing to say. They wanted to know if she wasn't connected, some way they could get down to find out.

164 One of the ladies said, "Well, I believe it."
Rebekah and George went to see this lady. And she went and got a girl that was suffering with a--a--kind of retarded a little. So they had me come over there to see the girl, the other night. And I went over there, the little lady was setting there, and I said, "Are you a believer?"
She said, "Nah, I don't know whether I am or not." Well, she wasn't retarded, just a devil spirit. They don't realize it. See, it takes you, and you don't know it. It comes, then violence overcomes the person, and they don't know it.
Women that walks out here on the street with these shorts on, they don't realize. They might be... They could might could prove and swear to it, that they've never done anything evil against their husband, or so forth like that, but in their heart they don't realize, but the spirit of the Devil has took them over. They are possessed of it. Why would a woman want to strip her clothes off--off before a man? There's only one person who done it in the Bible, and they were insane. Others try to cover themselves. They don't realize it's so cunning, so subtle. You have to watch, weigh yourself with the Word of God and see where you're standing.

168 This young lady said, "Oh, they told me that I was baptized when I was a kid." Said, "I don't know whether to believe that stuff or not."
I said, "Don't you believe Jesus Christ?"
And she said, "Well, I don't know whether I do or not." She said, "Some of that hocus-pocus stuff, I don't believe it."
I said, "Well, of course, you don't believe hocus-pocus stuff." I said, "But do you believe that He was the Son of God?"
"Oh," said, "He could've have been."
I said, and I said, "Do you believe He's the same today, the God that would save you?"
She said, "Is any of that there stuff about that there miracles and stuff like that? I don't believe nothing about it."

172 And I said, "What would you do if you were setting in a meeting and seen God the Holy Spirit, which is the only God there is, working amongst the people; God in the Fatherhood, the Pillar of Fire, and the prophets; God in His Son, then God in His people? It's just attributes of God, one great God Who covers eternity." I said, "What would you see if He, among His people, made the--the blind to see, the deaf to hear, look out upon the audience and tell the people what was wrong with them, and like He did when He was here on earth?"
She said, "I believe it would be horoscope."
I said, "You are in a worse shape than I thought you were. You'd be better off if you was crazy (See?); you wouldn't be accountable." But I said, "You're just possessed of an evil spirit." I said, "When Jesus told the woman at the well about her husbands, when He looked upon the people and perceived their thoughts, would you call that horoscope?" See, just so wrapped up in a denomination called Lutheran, that anything contrary to that would be wrong...
Now, God wants men who is wrapped up in the Word. Anything contrary to That's wrong. Jesus said, "Let every man's word be a lie, and Mine be the Truth."

175 There was a man in a very scientific age by the name of Noah. He wasn't ashamed of God's Word. God met him; He talked to him. He knowed it was God. And He said, "It's going to rain." It never had rained, but he believed it was going to rain. And the faith that he had, he wasn't ashamed to exercise it. He took a hundred and twenty years to build an ark, when the world was against him. He wasn't ashamed of God's Word in his day. God saved him and his household for it. There was a... How foolish it might've seemed to be to other people; but to him, he met God. No matter how scientific the other was that was contrary, how it said it couldn't happen, it couldn't happen, he met God.
That's what it is when you know that you're talking to Him... You would think it was a foolish thing when somebody... When, I know that there is a few people in the world holds on to what I say to be the truth. To stand here and say, "THUS SAITH THE LORD, I'm going to Arizona, there I'll meet seven Angels in a cluster," well, there's a group of men standing there to see it happen.
The other night saying that Los Angeles would fall into the ocean... But when you have met God, and the God Who doesn't fail, the God Who does exactly what He said He would do, He's always done it; you're not ashamed of it then. You don't have to walk back and be embarrassed about it; you can tell the whole world. When a man meets God, talks to Him, and the reality of God becomes his in his heart, he's not ashamed of It.

178 Noah wasn't ashamed. It seemed foolish to the rest of the world, but not to him.
Moses, when he was before Pharaoh, he wasn't ashamed to tell Pharaoh that these certain things would happen, because he had met God. God told him in the burning bush. Moses said, "I--I stutter." That's what he had, an impediment of speech.
He said, "There comes Aaron. You be God to him, and he'll be prophet to you. I know he can speak well. But I'll be with your mouth. Who made man to speak?" Amen. I like that. That's God. "Who made man be deaf or dumb, or who made man to speak?" God has.
He said, "Lord, show me Your glory."
Said, "What's that in your hand?"
He said, "It's a stick."
Said, "Throw it on the ground." It turned to a serpent. Said, "Take it up again." It turned back to a stick. Amen. He's God. "Put your hand in your bosom." He put it in, pulled it out, white with leprosy. Said, "Put it back and pull it again," and it was like the other hand. "I'm God."
Then he walk up before Pharaoh and say what He said he'd say. He said, "It's going to be thus and thus." Picked up sand and throwed it up in the air, and said, "THUS SAITH THE LORD, let fleas come upon the earth," and the fleas came. Took water and poured it out into the river, and said, "THUS SAITH THE LORD," and the whole rivers and everything turned to blood. Called hail down out of heaven.

182 You know, in the last days there's supposed to be them plagues repeat again. And remember, an adulterer in the Bible time, his penalty was death by stoning. The unbelieving church will be stoned to death with hailstones, was once God's way of punishment. He'll stone this unbelieving world, this adulterous generation. He'll stone it from heaven with hailstones weighing a talent apiece, which is a hundred pounds. The adulterous church will die; the adulterous world will die under the punishment of God, under stoning, like He did in the beginning. Get right with God, church. That's what we all must do: turn back to God.

183 That old fuzzy-faced, gray-haired whiskers, bald-headed, skinny arms, eighty-year-old Elijah setting up there in the wilderness, looking out upon the sins of the people... God spoke to him one morning, said, "Go down there and tell Ahab that not even the dew will fall from heaven till you call for it."
I can see his little old eyes looking out from under that fuzzy-looking white beard, that stick in his hand, walking down the road like a sixteen-year-old boy. Walked right up in the presence of the king and said, "Not even dew will come from heaven till I call for it." He wasn't ashamed of God or His--His Word; tell a king or anybody else. He wasn't ashamed. Didn't have to hide, say, "Now, Ahab, you--you'd be a..."

185 It puts me in mind of something like I was telling the day I said to the people, "I'm getting to a spot I need more faith." That's what I'm home for now is to get a--a new burst of faith.
Got so, look like, when you pray for people, you apologize, "Mr. Devil, would you please move over and let me...?" Nothing. Faith's got muscles and hair on its chest. When it speaks, everything else shuts up. Don't go in, "Mr. Devil, you move out." "Get out of here. I'm a son of God, commissioned of God. Leave them alone." That moves. You have no apology to the Devil, nothing to do with him, not ashamed of the Word of God, not ashamed of your commission, not ashamed of who we are.
The only shame that I am, is I'm a Branham; that's my earthly birth. I'm ashamed of my failures. But as His servant, I'm not ashamed. I'm not ashamed of His Word. Whether it's denominations, kings, potentates, or whatever it might be; just ready to give an answer, God calls for it.

190 Moses walked up before Pharaoh. He wasn't ashamed to tell him that they would not compromise and take his so-many days out in the wilderness.
He said, "Some of the women stay back and your children."
Said, "We'll all go. Not even one hoof will be left behind; we'll take our cattle and all." He wasn't ashamed. Why? He'd come into the Light of deliverance.
That's the reason a man or a woman, sick or anything, once comes into the Presence of God, and knows that God's healed them, you're stepping into the Light of deliverance. You don't compromise on anything.
Deliverance was in his heart, for he'd met the God Who said, "I am the God of Abraham, Who give Abraham the promise. And the time--time of redemption, of deliverance, is at hand. I'm sending you down there to take them out." What's to apologize about that?

194 Pharaoh could've killed him. He was just a man. He was a slave. He could've killed him. But he wasn't ashamed of the Word. He didn't come down and get on his knees and beg to Pharaoh for nothing. He said, "I come to take them."
Pharaoh said, "Well, you can't take them."
He said, "All right, then there'll be fleas upon the earth, till you'll wade through them." There's what happened.
Said, "Oh, Moses, take them away."
He said, "All right. Now, do you repent?"
Said, "Well, you can go so-many days in the wilderness."
He said, "Then flies will come." Amen. Said, "Darkness will come." It was so dark you couldn't see one place to the other.
And finally death come from Pharaoh to the servants, it was death for the oldest child in the family.
Didn't have no apology to nobody. He was a son of Abraham, born in the Spirit of God, given commission by God, the message of God to go down and take those people out.
Well, can't God call the same thing in this hour to take out of the church a Bride?

199 Daniel wasn't, or David, rather, wasn't afraid before Saul. When everybody was afraid of Goliath out there, he wasn't afraid to walk up. And said, "Your servant..." This little ruddy-looking fellow said, "Your servant was herding his father's sheep, and a bear come in and got one of them. I chased him out in the wilderness and killed him with this slingshot. A lion come in." Oh, my. "A lion come in and got one of them, and run out in the wilderness, and I knocked him down with a slingshot. When he got up, I killed him." He said, "And the God..." That backslidden king standing there, them wishy-washy soldiers claiming to serve the God of heaven, and let that uncircumcised Philistine stand out there and defy the armies of the living God. Said, "Your servant also will slay him. For the God Who delivered the lion and the bear to me, will also deliver that uncircumcised Philistine." He didn't stutter, didn't say, "perhaps it'll be done." He said, "It'll be done." He wasn't ashamed.

200 Daniel, before the king, wasn't afraid to defy his orders that nobody would pray, only to him. He opened up the windows, and threw up the sash, and prayed three times a day. He wasn't afraid.
Shadrach, Meshach, and Abednego, wasn't afraid of that fiery furnace. Said, "Our God is able to deliver us. God can deliver us. But if He don't, we're not bowing down to your image." They wasn't ashamed of it. No, sir. No, sir. They certainly wasn't ashamed of it, because they knew.
Samson wasn't ashamed before the Philistines. When a thousand run up to him, he picked up the jaw bone of a mule. And them helmets, they was about an inch and a half thick of brass. He beat a thousand down with it, and still had the jaw bone in his hand. He wasn't embarrassed. He just picked up what was in his hands, and went to work with it. He knowed that the Spirit of God was upon him. He knowed he was born a Nazarite. He knowed that nothing could bother him. He was a servant of God. As long as he was in the will of God, nothing could stand in his way, no matter how many kings or Philistines, or whatevermore come up. Right.

203 John wasn't ashamed of the Word of God that came to him in the wilderness, and told him to go baptize with water. He wasn't ashamed to say, "Behold the Lamb of God that takes away the sin of the world," for the Spirit of God was upon him. He wasn't ashamed before the priests.
He wasn't ashamed of the Word of God when he walked up to Herod. Philip's wife was living with Herod. Walked right up in the face of the king, this old woolly-faced fellow out of the wilderness there, come out of there, with no education or nothing else, and walked right up in the face of Herod, and said, "It's not lawful for you to have her." He wasn't ashamed of God's Word. Sure. He absolutely was not ashamed of It.
Stephen, he wasn't ashamed of God's Word.

205 First, the Pentecostal people up there on the day of Pentecost, when they gathered in the upper room, the Holy Ghost fell upon them by a promise of God. Luke 24:49 said:
... behold, I send the promise of my Father upon you: but wait... in the city of Jerusalem, until you receive power from on high. And the very promise that the Word of God promised to them, "Behold, I send the promise of My Father upon you, but wait there; don't get no more theology or educations, and so forth; wait till you're endued with power." And when that power from heaven came, like a rushing mighty wind, they wasn't ashamed of the Gospel.
Peter stood up and said, "Repent, every one of you. You men, with wicked hands, you've crucified the Prince of Peace, which God has raised from the dead. And we're a witness. For this is what Joel said would come to pass in the last days, 'I'll pour out My Spirit upon all flesh.'" He wasn't ashamed of the Gospel.

208 Little Stephen, as I mentioned him a few minutes ago, when he went through there like a--a--a tornado. He wasn't a preacher. He was just a deacon, but he testified everywhere of the resurrection. He had met God. And it's just like... Try to stop him? Well, it was like trying to put a--a house, a burning house, fire out of it, on a windy day, in a dry time. Why, every time the wind blew, it just set another fire.
They jerked him up before the Sanhedrin Council. Can you realize what that is? That's like the Ecumenical Council. All religions head up, in under the Ecumenical Council. All of them headed up there under the Sanhedrin Council. Pharisees, Sadducees, Herodians, whatever they were, they had to come into that council. And they snatched him up, just not one organization, but the big council snatched him up. "We'll scare the liver out of him."
When he walked up that morning, the Bible said his face looked like an Angel. He said, "Men and brethren, let me speak to you. Our fathers dwelled in Mesopotamia before they came to Charran," and so forth. He still went and give the Scriptures. Then when he got all wound up, the Spirit come upon him; he said, "You stiff-necked, uncircumcised of heart and ears, you always resist the Holy Ghost; like your fathers did, so do you." He wasn't ashamed of the Gospel, wasn't ashamed of the Word. He wasn't embarrassed before any Sanhedrin Council. No.

212 Paul said before Agrippa. Being a Jew, taught under Gamaliel, a great dignitary he was; but one day, on the road down to Damascus, he come in Presence contact with God. A Angel came down from heaven in a form of a Pillar of Fire, a Light that struck him on the ground. Raised up, and said, "Lord, Who are You?"
And He said, "I'm Jesus."
Stand before Agrippa, he repeated the story again. He said, "I'm not ashamed of the Gospel of Jesus Christ, for It's the power of God unto salvation, to everyone that believes." Sure.

214 Now, friends, we come on down with men down through the age, but we're past time.
But let me say this. A man who has once come in contact with God, which is the Word, and the Word has been made plain and manifested to him, there's no shameness about that. You're not embarrassed. Doesn't embarrass me to say I believe every Word of God. Doesn't embarrass me when the Lord says to say anything, you go say it and do it. Don't embarrass me to say that I've been filled with the Holy Ghost. Don't embarrass me to say that I've spoke with other tongues. Don't embarrass me to say that our Lord has showed me visions. Don't embarrass me to say He's the same yesterday, today, and forever.
"When you're brought before rulers and kings, for My Name's sake, take no thought what you shall say, for it'll be given to you in that hour. It's not you that speaketh, but My Father that dwelleth in you. But whosoever is ashamed of Me and My Word in this generation, him will I be ashamed of before My Father and the holy Angels." God help us not to be ashamed, but help us to be a living testimony.

217 Every man in the Old Testament, when them prophets came, they become--they become the living Word. They was the Word. Jesus said they were called gods, and they were; because the Word of God came to them. They say, "It's THUS SAITH THE LORD."
And any disciple of Christ who has come in contact with Him in redemption, and salvation has come into his heart, he is a possessor of God. And what kind of a life should we live, and how should we walk, and how should we talk, if God is representing Himself through our own mortal bodies? Who could be ashamed of that?
If I come to a place that I was on the police force here in Jeffersonville, walk down the street in all the authorities, I wouldn't be ashamed of the city. I'd be part of the city. I'd be a police, a part of the city to keep order and conduct. If a man run a red light, I wouldn't be ashamed to tell him he done wrong, give him a ticket. That's my duty, 'cause I'm--I'm getting paid by the city. I'm living by the city. I have the authority from the city. No matter if he was drunk, or what was the matter with him, they'll back me up. I stand my grounds, 'cause I'm a policeman and or... I'm ordained, or put in here and given authority to do this. You're supposed to take the law and rights, and things, and see that it's done right.

220 Then if I'm a Christian and been filled with the Spirit, wearing the testimony of Jesus Christ's resurrection, that He's the same yesterday, today, and forever, don't let any devil try to push you around, say, "You don't do this and you don't do that." You do do It. God's give you the...
See, we don't have power. That policeman don't have power to stop one car. It's about... Sometime they're three or four hundred horsepower motor, what could he do about it? But he's got authority.
And that's the church. We have authority, by the resurrection of Jesus Christ and His promised Word (Hallelujah.), "The things that I do shall you do also; more than this will you do, for I go unto the Father."

223 Don't be ashamed of Him in this generation; sinful, perplexed, the last generation that'll ever be on the earth, this sinful, adulternous, and full of all putrefied sores. All, everything that's been decent has become indecent. National politics, filth... Nations are broke up.
Way back in the jungles of Africa, on safari hunters, they had to take high-powered radios to hear Elvis Presley, Pat Boone, and them guys with that rock-and-roll and twist. And the natives, trying to see them act along, jerking their head, acting like that, the natives stood and looked at it. But, you see, they're not Americans like Pat Boone, and Elvis Presley, and Ricky Nelson, and them guys are. They're not Judases of that type, but they're... See, it's a spirit. And the spirit is not only in America; it's spread itself out over the world to bring them to the battle of Armageddon. They act like that, whether they are... Whatever nation they come from, Africa, India, wherever it is, that vulgar and stuff has spread all over the earth, by just one man started it.

225 So has the Gospel and the power of Almighty God has spread around the world. And the separation time is now taking place, when God is a-calling a Bride, and the Devil's calling a church. Let me be part of the Bride. Let us pray.
Dear God, we see the handwriting on the wall. We're at the end time. We know that there's great things laying ahead; but yet somewhere, somewhere out in this mess out here, is still honest people that's been ordained to Life. It'd be impossible for one man or two men; but, God, all of us together, let us spread in every corner we can, the good news that Jesus is coming, and (See?), just spread a little Bread along, a little Word. Wherever the eagles are, they'll follow that Food. Whether It comes by a tape, or whether It comes by a word or a testimony, eagles will follow It to Its headquarters. For It is written, "Where the Carcass is, there the eagles will gather."
Dear Jesus, we know that Thou art the Carcass that we eat. Thou art the Word, and the Word was made flesh and dwelt among us. We pray, God, that as we scatter the Word, that the true eagles will find It.
Let us not be ashamed when we stand before people, wicked, indifferent people, religious, whatever it is. As Paul told Timothy, let's be instant in season, out of season; reproving and rebuking, with all long-suffering and doctrine. For the time will come when they'll not endure sound doctrine; but after their own lusts shall heap for themselves together teachers, having itching ears, and will be turned from the truth to fables.
God, we're living in that day. You've let me live long enough to see that happen. As that lays right here in the cornerstone of this Tabernacle today of thirty-three years ago...

229 God, bless each one in here. If there be one in here, Lord, that's not ready to meet You, that they cannot just agree with Your Word, and they haven't met You face to face and--and know that You not just by an act of some sort of a--of a--of an acception, like you would a creed or something, but has met the living God; and if they haven't did this, Lord, may they do it right now.
I--I believe You're--You're real near at this hour. I don't know who they are. I don't know even if there's any here, but I just feel led to pray to You. Not that the people hear me, for that would be a hypocrite rite. God forbid. I don't want to be a hypocrite. But I pray it with the sincerity in my heart, Lord.
Whoever he or she is that You speak to this morning, may they humbly not be ashamed, but way down deep in their heart receive You now, coming this evening and be baptized in the Name of Jesus Christ, following every Word, every Word; if they've been baptized different, or sprinkled, poured. Remember (we do, Lord) that You said, "Whosoever shall take one Word out of the Book, add one word to It, his part will be taken from the Book of Life." Though he tries, comes, puts his name on the book, it--it won't work. Let us be sincere and humble.
Now, they're in Your hands, Lord. You do with them as You see fit, for they're Yours. In the Name of Jesus Christ, the Son of God.

233 Now, while we have our heads bowed, I want you to think real seriously now. I apologize, first, for being about fifteen minutes late. Now, we want to hum. And you just think in your heart now, "Have I really met God?" Just think it real sincerely now. 'Cause it won't be too many times maybe until... May be the last time now, that we'll meet before His coming. It's close, friends. Every Scripture, looks like, is just about fulfilled. And it might be for you or I, this might be our last chance. We may be gone 'fore night.
I'll go with Him, with Him all the way. I can hear, ("Are you ashamed of Me and of My Word?") I can hear my Saviour... (Now, just imagine you are laying on your deathbed now.) ... can hear... (Then it might be too late, but it isn't right now.) Take thy cross, and (Might have to sacrifice now.) follow Me. Now, in your heart answer this.
I'll go with Him through the garden, I'll go with Him through the garden, I'll go with Him through the garden, I'll go with Him, with Him all... Now, with our heads bowed, let's just raise our hands and say,
I'll go with Him through the judgment, (Now, that's what's going on right now; He is judging us.) I'll go... (Lord, do You find me guilty? Then forgive me.) ... through His judgment, (What do You judge me to be this morning, Lord?) ... with Him through the judg... (Try me, Lord, see if there be any unclean thing in me.) ... with Him, with Him all the way.

236 Father, we thank You this morning for all these hands. I didn't see one person but what they had their hands up. I thank You, Lord. I--I trust You didn't either, Lord. No one that didn't have their hands up; they are ready to go through the judgment. Judge us, Lord. And if there by any wrong in us, forgive us for it, Father. Give us of Your mercy, for we don't want to meet Your judgment when mercy is not present. So mercy is present now, so we pray, God, that You'll judge us and forgive us of our sins, according to Your Word and Your promise. And let us live for You all the days of our life, not being ashamed of the Gospel.
Now, Father, if it's Your will, we're starting three straight Sundays now of meetings. Prepare our hearts for it, Lord. Prepare me, O God. I'm the one that's standing so deeply in need of You. I pray that You'll guide me and direct me in the things that I should do and say in these days to come.
Guide and direct our precious Brother Neville, that gallant servant of Yours, Lord, and also Brother Mann, and the deacons of the church, and the trustees, and every person that assembles here.

239 Prepare us, Lord, that we might be able in a--a real Christian way to bring sinners to You, and to bring church members to a knowing the God that we know, that we have met personally, and let Him become their God too. Now, Father, this we cannot do; we cannot send them in. But Thou, Holy Spirit, move upon the people, the members of churches.
And the little experience I had with You the other morning, "Go get My Son a Bride; take It from among the people, among the churches. Pull out that Bride." Let me, in prayer now, Lord. You send the Rebekah; I'll try to be the Eliezer. Help me to be a faithful servant. And may the God of heaven send His Angel before me, before us, that we'll collect the things together and select the Bride that You have chosen. We ask it in Jesus' Name. Amen.

241 Now, I'm sorry to have kept you a little late. It's twenty-five after. I should've been out of here twenty-five minutes ago. But now, you like that old song, "Take The Name Of Jesus With You"? Ain't that pretty? I've sang that now for some thirty-three years as a dismissing song. Water baptism, "On Jordan's stormy banks I stand." And I think this is so pretty, "Just take It everywhere you go."
Precious Name, O how sweet! Hope... (Shake hands with somebody by you.) Precious Name, (precious Name,) O how sweet! Hope of earth and joy of heaven. Now, remember the services tonight, seven-thirty, seven-thirty tonight. Now, let's sing just one verse. See?
Take the Name of Jesus with you, As a shield from ev'ry snare; When temptations around you... (What do you do then?) Just breathe that holy Name in prayer. Precious Name, O how sweet! Hope of earth and joy of heaven; Precious Name, O how sweet! Hope of earth and joy of heaven.

243 Was there any come to be baptized after this service? If so, raise your hands. Somebody to be baptized? Two, all right, to be baptized immediately after this service. If the rest of you, any of you that wants to be baptized, we'll have baptismal services at every one of these services. The only thing you have to do is ask. We're ready to baptize you. That's our duty to baptize you in the Name of our Lord Jesus Christ. It's our duty to do it. And we'll be glad to do it anytime. You that's to be baptized, just go to the rooms, immediately after the service, and we'll go right ahead with the water baptism. Anybody wants to follow them, you'd be sure that we're here... If you have repented of your sin and you've accepted Jesus as your Saviour... If you have been a Christian for years, and never seen the Light, and the Light of deliverance has come now...
A woman, a Bride that must take the Name... Jesus said, "I came in My Father's Name, and you received Me not. But there will be one come in his own name, and you'll receive him," that's your denominations.
Any son comes in his father's name. I come in my father's name. You men come in your father's name.
And what was His Name, what is the Name of the Father? Jesus. He, "came in My Father's Name, you received Me not." Now, His Bride will have His Name, of course.
I took a woman, by the name of Broy, and she become a Branham. He's coming for a Bride, be sure and remember that as you come to the pool. Let us bow our heads now.

249 And Brother Vayle here is no stranger to us. He's a very precious brother, been with me in many meetings, him and his wife. And he's also now the writer of these sermons and things that goes into book form. Brother Vayle, would you dismiss us in prayer, while we bow our heads. [Brother Vayle prays--Ed.]

 

Up