Закон или благодать

Другие переводы этой проповеди: Закон или благодать - Донецк
Дата: 54-1006 | Длительность: 1 час 16 минут | Перевод: VGR
doc pdf
Просмотреть только русский текст Просмотреть только английский текст

Закон или благодать / Law Or Grace

Закон или благодать

Добрый вечер, друзья. Ну, я счастлив опять вечером выйти в свет. И я... причина, почему я опоздал, я просто... Да, как сказал брат Невилл, я—я запаздываю. Но это из-за того, что я... Однажды я сказал в церкви, вы знаете, я сказал: "Ну, я попробую-ка не заниматься звонками и прочим". Не получилось. И вот я только что приехал из больницы, пары больниц в Луисвилле, всего несколько минут назад, срочные вызовы. Так что вот из-за чего немного опоздал. Зашёл как раз ко времени выхода. Вот, и потом, я... жена, кажется, позвонила мне и рассказала мне об этом. Кажется, здесь должна быть сестра Рудделл сегодня вечером и тоже больна. И мне очень больно об этом слышать.
2 И в Луисвилле я оставил своего двоюродного брата, совсем недавно привёл его к Христу, одно хорошо. И—и это была ужасная болезнь, это была болезнь Ходжкина, и мог в любой момент умереть. Верю, что за один вечер Господь исцелил его.
3 Вот, внук брата Джима Уайзхарта там лежит с тем же самым, Госпиталь ветеранов, и болезнь Ходжкина разрушает в области сердца и грудины, чтобы вам немного понять, что это. С этим не умеют бороться, но они знают, что Бог их единственная надежда.
4 Сегодня вечером мне стоит съездить в Миллтаун. Басти Роджерс, вы помните, приезжает сюда. Из вас многие знают брата Роджерса. В серьёзном состоянии, мне звонили весь день.
5 И оказалось, что юная Джорджи Картер, исцелённая около двенадцати, четырнадцати лет назад, девять лет и восемь месяцев лежала на кровати и вообще не вставала с кровати. И однажды, выйдя... Я молился о ней пару раз. И однажды вечером вышел, и был в одном месте, молился. И сошёл Господь, неяркий Свет пробился из-за куста кизила, сказал: "Иди к Картерам за исцелением Джорджии. Она станет здоровой". Вы же все знаете этот случай, правда? [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.] За все эти годы она даже от простуды не была в постели, я полагаю, с тех пор.
6 И оказалось, что она сейчас умирает от рака груди. И звонила. Она слышала, что я приехал. Сказали, что от неё уже отказались. Она поднялась с кровати, чтобы принять своё исцеление, так что просто должен увидеть её. Завтра — мой последний день здесь, должен уезжать. Так что кучи вызовов, примерно вот такие, и просто не знаешь, что делать. Приходится работать на износ.
7 Но главное, как сказал брат, главное, что нужно сделать, это оставить всё ради общения с Иисусом Христом. Всё! Потому что, в конце концов, начинаем смотреть друг на друга, и тогда мы отдаляемся от Христа, вы понимаете. Я лучше бы провёл много и много времени, общаясь с Ним, чтобы можно было помочь другим. Это верно? [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.]
8 Так что хорошо сегодня прийти на это наше небольшое молитвенное собрание в среду вечером. И я забыл рассказать ему об этом – об учении сегодня. Так что, пожалуйста, приходится сегодня выходить и быть ведущим. И вот, по дороге сюда, и при свете в машине нашёл на сегодняшний вечер кое-что из недавнего обучения на воскресной школе по Посланию к евреям.
9 Кажется, когда в прошлый раз вёл здесь воскресную школу, ну, перед поездкой за границу, это было к Евреям 10-я глава. Помню, как читал и отметил здесь 18-й стих: "на следующее воскресенье", и то следующее воскресенье так и не наступило. Так что, наверное, урок на вечер начну оттуда.
Пусть Господь благословит вас. И вспоминайте в молитве всех этих людей.
10 Мне только что рассказала одна женщина, несколько минут назад, когда я вошёл. Мой старый друг поехал в больницу, то есть, вернее, попал в больницу и только что перенёс операцию. Билл Грант из полиции, мой хороший друг, печатает какие-то фотографии и прочее, срочно забрали в больницу.
11 И—и там, в конце, я встретил брата Слотера брата. Джин рассказал, что он, как бы ни дважды был в больнице. И везде одна болезнь, видите. И конца совсем не видать. Но он сказал...
12 Знаете, я часто задавался вопросом, как Моисей вёл детей Израиля по пустыне. Когда он вывел их, там было около двух миллионов. Это старые и молодые, все вместе. И он вёл их по пустыне сорок лет. Сейчас задумайтесь о том, как, вот, там без—без нашей сегодняшней санитарии. И они, там ещё не было... Там была молодёжь, много молодых людей. Как вы думаете, сколько за ночь рождалось детей от двух миллионов человек? И потом, кроме этого, все эти старики, и инвалиды и остальное. И он вёл их сорок лет под Божьим водительством. В пустыне сорок лет, и когда они вышли, среди них не было ни одного слабого.
13 Вы хотите сегодня заглянуть в медицинскую сумку доктора Моисея, увидеть, чем он содержал—содержал их здоровыми? Вы все хотели бы посмотреть? [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.] Я могу показать. Сейчас перейдём обратно в Исход, и я покажу вам, где это. Вот его докторский чемоданчик. Я вам покажу, что он сказал здесь. Я загляну прямо в его медицинский мешок, и посмотрю, что там говорится.
14 Когда должен был родиться ребёнок, когда у кого-то был аппендицит или была вспышка туберкулёза, или что-то наподобие этого, вот рецепт, который читал Моисей: "Я Господь, исцеляющий тебя". Вот и всё, что у него было. "Я Господь, исцеляющий тебя". Вот и всё, что у него было. Угу. Этого вполне достаточно, не так ли? [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.] Моисей сказал: "Так вот, Господь твой Исцелитель". И они просто молились о нём, и он выздоравливал.
15 А знаете, что ещё было тогда в пустыне? Им вообще не была нужна новая обувь, когда они вышли, и одежда у них вообще не старела. Сорок лет в пустыне с только одним лекарством, одним рецептом: "Я Господь, исцеляющий все недуги твои". И Он это делал, потому что они принимали Его по Его Слову, и просто освобождались от каждой...
16 Помните сейчас, они были научены. Они были у египтян, это были самые умные. Сегодня у нас нет таких умных врачей, как у них. Потому что в науке они достигли того, к чему мы пока не подошли. Например, египтяне построили... Совсем недавно я был у сфинкса, чтобы посмотреть, какой он большой.
17 И те пирамиды, ого, там вверху, выше городского квартала, высоко над землёй там тонны. Там вверху такие глыбы, что по размеру как этот молитвенный дом. При всём желании, сегодня их туда вверх не подняли бы. Так что, как-то они это сделали.
18 И потом, сфинкс, я думаю, нужно шестнадцать платформ, чтобы положить его ногу. А его тело? И это подняли высоко над землёй. Как это подняли наверх? Видите, они были—у этих людей были тайны, разум, какого у нас нет сегодня. Я думаю, у нас он есть, но у нас это не настолько развито, атомное, или что-то похожее, потому что электричеством или чем-то таким это не поднять. Но они тогда это строили.
19 И та пирамида, большая пирамида, географически там стоит настолько точно в центре земли, что, неважно, где солнце, вокруг неё никогда нет тени. Достижения инженерной мысли, нам ещё... долго идти, очень далеко до них. И подумать, у них такое было уже более пяти тысяч лет назад.
20 А внутри, там оказывается та же самая Библия, как эта Библия, только написанная в длинах и тому подобном: в длинах заключено Евангелие и Писание, точно такое же, какое Оно у нас. Енох заложил это там за много лет до древнего потопа.
21 И, таким образом, Бог написал три Библии. Бог всё делает в трёх. Он написал три Библии. У Него есть три пришествия Христа. Есть три отрезка времени благодати. Есть три личности в Божестве... три проявления одной Личности Божества, вернее. И так далее. Видите?
22 И точно, как Иисус пришёл в первый раз, Он здесь был один раз (это правда?), Он пришёл искупить Свою Невесту. Он приходит второй раз принять Свою Невесту, вознести её, встретить на облаках. И приходит в третий раз со Своей Невестой как Царь и Царица.
23 Видите? Так что, в таком случае, тогда, там тоже три, три в проявлениях Бога. Бог проявил Себя один раз в Отцовстве, когда Он вёл детей Израиля. В следующий раз Бог проявил Себя в Сыновстве, Господь Иисус Христос. В третий раз Бог проявил Себя, это сейчас у нас, Святой Дух. Видите, три проявления. Всё в трёх.
24 Сейчас, давайте обратимся к нашему уроку. Кому нравится читать Библию и просто... [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.] О, я Её так люблю.
25 Если угодно Богу, когда вернусь... Я поеду... на выезд, чтобы сейчас немного отдохнуть, на неделю или две. Так что, когда вернусь назад, если Богу угодно, я хочу здесь, в скинии, провести пробуждение, просто пробуждение для учения. И мы возьмём откуда-то из Библии, и просто пройдём до конца наш…
26 Помните, сколько старожилов здесь помнят, когда мы взяли книгу Исход и, может, месяцы и месяцы не оставляли её, и всё не уходили с Исхода?
27 Однажды я оказался на Иове, и будто прилип. Помните? [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.] Одна женщина написала мне письмо, сказала: "Брат Бранхам, вы когда-нибудь снимете Иова с кучи пепла?" Я не оставлял эту одну тему, бедный старый Иов, сидящий там на куче пепла, вы знаете. Просто все его друзья оставили его, его поразили нарывы и всё остальное. Мне было так жаль старика, что я...
28 И потом, как Господь всё изменил и благословил его, потому что при жертве всесожжения лучше жить было невозможно. Он другого не знал, и он... чтобы признать грехи. И он ещё приводил своих—своих детей, и приносил жертву, говорил: "Они могли тайно согрешить, и об этом не знать". Это был настоящий отец, и в конце Бог вернул ему всех тех детей. Вы об этом знали?
29 Слушайте, я хочу задать вопрос. Вы ещё помните, как Он вернул его детей? Так вот, помните, Он всё удвоил. В начале, до того, как их не стало, у него было столько-то тысяч волов, Он удвоил волов. В случае с овцами, Он удвоил овец. Но помните, у него было, кажется семь или двенадцать, не помню сейчас, сколько именно было сыновей и дочерей. Но Бог дал ему то же количество сыновей и дочерей. Это верно? Видите, он удвоил всю его долю имущества здесь, на земле. Вот, но его сыновей и дочерей, они все погибли, но Он ему дал то же самое количество сыновей и дочерей. Вы когда-нибудь замечали? Вы когда-нибудь об этом задумывались? Вы помните, когда мы учили этому? Видите?
30 Где были те сыновья и дочери? Во Славе, ожидали его. Понимаете? Он дал их, каждого, ему. Видите, ни один из них не оказался потерянным. Видите? Какое количество сыновей и дочерей Он указал в начале, в конце Он указал то же самое количество. Но Он удвоил количество овец и волов и всё остальное в этой сфере. Но все его сыновья и дочери были спасены, ожидали, во Славе, когда к ним придёт Иов. Вот это да! Это стоит всего, правда? Ну, хорошо.
31 Послание к евреям. На мой взгляд, Павел, обращаясь к евреям, Павел отделяет закон от благодати. И у нас было... Может, прочтём пару стихов, из первых стихов 10-й главы. Значит, начнём, однако, с 19-го. Я думаю, мы... Давайте посмотрим.
...закон, имея тень будущих благ, а не самый образ вещей, одними и теми же жертвами... каждый... год постоянно приносимыми, никогда не может сделать совершенным приходящего с ними.
32 Теперь, я думаю, если правильно понять эту первую часть, Павел старается им сказать, что старые законы были тенью приходящего нового. Так вот, они, тень, это что-то...
33 Если подойти к стене, или сюда, напротив светильников, оказалось бы, что впереди идёт тень. Если идти по направлению к закату солнца, тень была бы сзади.
34 Сейчас обратите внимание: "Весь закон, имея тень грядущего". Видите, только тень. Так вот, Павел пытается донести, что плотское обрезание мужского пола в прежнем периоде было прообразом обрезания сердца от Святого Духа в этот день. Они в прошлом соблюдали заповеди, написанные на каменных скрижалях. В последние дни, Бог сказал, что Он напишет Их на плотяных скрижалях нашего сердца.
35 Так вот, единственно, как в прошлом определяли согрешение... "Не укради". Нужно было найти в заповеди. И закон был добавлен, чтобы принести—пришло примирение. Потому что, если нет закона, ну... Если нет закона, нет греха. Потому что, если это не согрешение...
36 Если бы в этом городе в законе не говорилось, что на красный свет ехать нельзя, нельзя делать это, конечно, если поехать на красный свет, всё было бы в порядке, потому что нигде в законе не сказано.
37 Так что закон принёс гнев, то есть, сделал грех видимым. Понимаете, у них не было... В прошлом они всё это делали, при... до закона, и это не считалось грехом, потому что не было закона сказать, что это грех. Но когда пришёл закон, закон был введён до прихода совершенного.
38 Так вот, человек всегда старался как-то себя спасти. Сегодня он по-прежнему делает то же самое, просто не упускает возможности.
39 На прошлой неделе, в Индии, приходили полностью слепые люди, пытались найти покой душе, глядя на солнце. Некоторые в поисках покоя для души отращивали ногти, что доставали до тыльной стороны ладони, вот так. Говорят, что не опускают вниз руку, и у них это сорок лет, стараются найти покой. Иные в поисках покоя практически сожгли ступни, проходя по горячим углям, чтобы успокоить своих богов. Лежат на стекле, и это одни старые разбитые бутылки и прочее, лежат на досках с острыми штырями и так далее, ища покой. А покой не приходит, потому что всё это идолопоклонство. А нам в Америке улицу не перейти, чтобы от реального истинного и живого Бога найти покой душе. Точно. Но эти всевозможные языческие идеи человека!
40 Тогда в прошлом Бог ниспослал закон, и он был введён, чтобы мы поняли, что всё это грех. Но этот закон не мог убрать грех, вот. Он только углублял грех. Понимаете?
41 Потому что, если в законе не сказано, что нельзя делать это, конечно, это не... Это не является... Если это сделать, или нарушить, то... Нарушения нет, потому что никакой закон не нарушается.
42 Но когда действует закон, то грех на виду. Тогда было нужно... Они говорили: "Не кради. Не прелюбодействуй. Не лжесвидетельствуй". Все эти заповеди. Это бывало раньше, но не вменялось в грех, потому что не подпадало под закон. Но когда уже пришёл закон, он заставил человека осознать, что воровать нельзя, врать нельзя, и... прелюбодействовать. И все заповеди только увеличивают, но, однако, такой закон не убирал грех. Он только приводил человека к пониманию, что это грех.
Потом, когда пришёл Христос, Христос пришёл убрать грех. Понимаете?
43 И вот, закон дал единственное, стало ясно, что за виновного должен умереть невинный заместитель. Тот закон пошёл ещё от сада Эдема. И потом, вот, в жертву приносилась овца или бычок, или кто-нибудь, и это убивали, кропили жертвенник кровью и так далее, потому что это было покрывало, или заместительная жертва. Но убрать грех для искупления жизни человека ей было вообще не под силу, ведь жизнь человека выше животной.
44 И теперь, вот мы, сидим сегодня вечером здесь. Вероятно, мы немцы, ирландцы и так далее, некоторые — темнокожие. Они, не имеет значения, чёрные они, белые, жёлтые или какого угодно они цвета, каждый из нас произошёл от одного человека. Понимаете? Можно доказать научно тем, что поехать в самую тёмную Африку и взять самого чёрного негра, какого только найдёшь, и, если вы были больны, его кровь можно перелить вам. Его кровь точно такая, как ваша. Или поехать в Китай и взять самого жёлтого китайца в Китае, и его кровь можно перелить. Видите? Или можно перелить кровь самого коричневого индуса в Индии. "От одной крови Бог произвёл все народы, всех людей". Но ни у кого в животном мире кровь не похожа на человеческую. Видите? Животная кровь, она вся разная. Но человеческая кровь одна и та же.
45 Ну, от этого должны бы уйти представления у некоторых, заявляющих, и учат в школе, что мы эволюционировали из животного мира. Если бы так, то кровь животного можно было бы перелить человеку. Но кровь человеческой жизни одинаковая. А животный мир — одни, как змея, холоднокровные, рыба холоднокровная, но вот медведь, белохвостый олень или собака, или конь, они другого рода. Никто из них—никому из них не перелить кровь другого, потому что все они разные. Но человеческая кровь одна и та же.
46 Значит, приношение при законе в жертву крови животного, только замещало до прихода Иисуса, рождённого не от какого-то человека. Его отцом не был какой-то мужчина на земле. У Него была мать, и мать была девственницей, девой Марией, девушкой примерно восемнадцати лет. И её осенил Святой Дух, будучи Самим Богом-Отцом, и сотворил. Тот самый, Кто изрёк этот мир в существование, просто проговорил.
47 Вы знаете, воскресенье, как мы вошли в это. Если Бог говорит, это должно исполниться. Это никак не обойти. Бог говорит: "Да будет", — и это должно произойти. Ничто... Само Слово! И Слово было мыслью. Бог, когда Он... Прежде... Слово — это выражение мысли. Бог помыслил это в Своём разуме, изрёк это в реальность.
48 И если у нас в сердце есть вера, вера Божья у нас в сердце, и можем это ясно увидеть. Приходит вера, и потом мы это говорим, и это становится реальностью, вот то же самое, потому что в человеке находится разум Христов. Вот что даёт исцеление и так далее. Когда приходит совершенное откровение о том, что именно нужно делать, тогда понятно, как идти. Вот и всё, потому что таков путь христианина.
Вот, но кровь животных не убирала грех.
49 А когда пришёл Иисус, являясь Самим Богом, проявленным в плоти, Его Кровь не произошла от крови какого-то человека. У каждого из нас, каждого пророка, каждого великого человека была человеческая кровь. Но у этого Человека была Божественная Кровь. Бог Сам сотворил клетку этой Крови.
50 И человек, вы, произошёл от одной клетки крови, если на это взглянуть под микроскопом. Я смотрел несколько недель назад.
И—и разведение животных, для... то есть, скота, и десятки тысяч зародышей находятся там. И те зародыши, небольшие клетки крови, проникают в это, у обычного человека.
51 Но в... этом случае Сам Бог сотворил эту клетку Крови вообще без действия человека. И оттуда произошёл Его Собственный Сын, Христос Иисус, в Ком обитал Сам Бог, поэтому Он на земле и был Эммануилом. Вот картина. Вот чему нужно верить, чтобы стать спасённым. И тогда Иисус, добровольно, не из принуждения, но добровольно, с любовью в Своём сердце к Своему собрату-человеку, умер на Голгофе и пролил ту Кровь, взяв на Себя грехи этого мира, Он отнёс наши грехи на Голгофу на Себе.
52 И вот, дело не в моих поступках. Дело не в моей пригодности. Дело в Его пригодности. Мне никогда не стать достаточно пригодным для этого. Вам не стать достаточно пригодными для этого. Если это как-то достигается, вам отойдут заслуги Иисуса Христа. Скажу вот так, этого ничем не достичь.
53 Но Бог на Него возложил все наши грехи, и Он умер. И из-за того, что Он умер грешником, в Библии сказано, что "Его душа отправилась в ад". Это верно. И пока Он был там, Он проповедовал находившимся в темнице, не покаявшимся при долготерпении дней Ноя.
54 "Но невозможно, чтобы Он оставил Его тело увидеть тление, ни Его душу в аду". И на третий день Он воскрес для нашего оправдания. Показывая нам, что когда наша вера исповедана в Него и мы рождены заново от Духа, то настолько же несомненно, как Он вышел из могилы, мы также воскреснем при Его втором Пришествии. О, какая совершенная надежда!
55 Ох, глядя на религии этого мира и их предрассудки, и потом увидеть, где наше спасение и твёрдая надежда, основанная на фундаментальном принципе, всем бесам ада её не поколебать. Ты видишь, как они творят внешнюю красоту. Буддийская религия — красивая религия, индуистская религия — красивая религия, но, брат, в отношении жизни они настолько безжизненны.
56 Где находится Жизнь? Жизнь находится в Крови. Кровь есть Жизнь. И должную Кровь мог пролить только этот единственный Человек, потому что Он был от Крови Самого Бога. И Он пролил эту Кровь, искупившую нас с вами. И поэтому наше спасение во Христе Иисусе, Его подвиге ради нас на Голгофе. Независимо от того какими низкими мы стали, насколько мы стали аморальными, насколько мы нечисты, когда мы смотрим на Голгофу с искренним сердцем и на Голгофе исповедуем грехи – дело сделано. Так и есть. Твоё признание ещё будет на устах, а Бог уже будет обязан ответить тебе. Это верно. О, когда я подумаю об этом!
57 Ну, неудивительно, что Павел сказал... Я когда-то был у камеры, где ему отрубили голову и бросили его в жёлоб. Я подумал... Прямо перед тем, как он сказал: "О, смерть, где жало твоё? Могила, где победа твоя? Но благодарение Богу, Кто даёт нам победу через нашего Господа Иисуса Христа". Видите? Это просто непоколебимое. О, вот о чём я хочу говорить.
58 Послушайте, вы, молодёжь. Может, вы молоды, и просто не замечаете, насколько это хрупкое. Но подождите совсем немного, пока вы здесь не ляжете в больницу, врач скажет, что вам жить два дня или два часа. Подождите немного, пока сердце начнёт биться через раз, и почувствуете, как холодеют руки. О, брат, тогда взыщешь всем. Что тогда будет значить вся жизнь? Она закончена. Подожди, пока на голове не поседеют волосы и поймёшь, что идешь на встречу с бесконечной Вечностью, и эта душа, живущая сейчас внутри тебя, будет вырвана, как зуб, вот так вырвана из тебя, отправится в неведомое нечто. Лучше подумай об этом сейчас и реши это сейчас. Потому что тебя выдернут вот так [Брат Бранхам щёлкает пальцами—Ред.] и уже не покаешься. Так что сейчас реши это.
59 Для американцев нет никаких отговорок. Те язычники из Южно-Африканской республики и из Индии, издалека, восстанут на Суде и осудят это поколение, потому что у нас есть Свет и Евангелие, и церкви и благословения, и всё остальное здесь, и мы отказываемся Его принять. Вот в чём беда, друг. Так вот, я говорю это резко, потому что это для вашего блага, понимаете, потому что так нужно.
60 Теперь, "закон, имея тень". О, когда подумаю об этом, что "закон, имея тень будущих благ!" Посмотрите, что предлагал закон. Перейдите в следующую главу, 11-ю главу к Евреям. Посмотрите, что делал Даниил при законе. Посмотрите, что делал Енох при законе. Посмотрите, что делал Моисей при законе. Значит, если он жил только в тени искупления, что сегодня должна делать христианская церковь с реальностью воскресения Господа Иисуса Христа? В каком сегодня мы состоянии, друзья?
61 Я вам скажу, это должно заставить каждого христианина подтянуть доспехи. Здесь в Нём сказано: "Облекитесь во всеоружие Божье. И обязательно наденьте броню и шлём, и щит, и все эти вещи". Павел сравнивает это с солдатом, отправляющимся на битву. И когда придут вражеские хитрецы, поднять свой щит, идти вперёд и встретить это.
62 Теперь, если закон мог дать такое, что должна сделать реальность Крови Иисуса Христа! Если на это способна мёртвая буква, что даст воскрешающая мощность и Сила, и Дух Господа Иисуса Христа?
63 Сейчас мы должны приходить в церковь в высочайшем почтении. Мы должны входить в церковь как настоящие святые Бога. Заходить и занимать своё место и направлять наши умы на Христа. Мы быстро должны оставить всё мирское. И если вы действительно рождены заново... Это сейчас может немного ранить, но, вы знаете, это дом исправления. Если вы действительно рождены от Духа Бога, вот где пребывает ваше сердце, как бы там ни было. Вот что... Там закреплены ваши мысли. Понимаете? Если вы вообще...
64 Иисус сказал: "Слышащий Слова Мои и верующий в Пославшего Меня, имеет Жизнь вечную. Слышащий Слова Мои и верующий!"
65 Теперь, если верить как надо! Если просто исповедовать устами, заметной пользы не будет. Но если верить всем сердцем, что Иисус — Сын Божий, прежней жизнью уже не получится жить. Не получится, если однажды по-настоящему увидеть Голгофу. И если к этому отнестись поверхностно, это просто, просто самообман.
66 Но если вправду увидеть, кем был Иисус! О, только подумать, как я хотел бы проповедовать о Божестве, верховном Божестве Иисуса Христа! Если осознать, Кто Он, и что Он сделал для вас, мужчины и женщины, ваши сердца внутри раздерутся, и вы захотите вышвырнуть прочь мусор этого мира, чтобы жить для Него. О, как чудесно, и каким Он был Человеком! Если вы осознаете схождение Самого Бога, открывающего Себя, спускающегося вниз, чтобы Ему войти в ваше сердце!
67 Когда Бог-Отец в облике большого Облака находился над детьми Израиля, и когда Он опустился в то утро на гору, чтобы написать закон, даже если животное касалось горы, его нужно было пронзить насквозь дротиком. Он допустил наверх Моисея только через освящение. Аарона поставил далеко внизу у подножия горы, чтобы смотрел и охранял, чтобы ничто... И когда тот Столп Огненный почил на той горе, наружу вырвались молнии и загремели громы, и опустилась тьма. Когда Бог Иегова, Творец всей Вечности опустился на вершину горы, которую Он Сам сотворил, появились плотные облака, молнии, земля затряслась! Что израильтяне, находившиеся в стане, при наличии кровоточащей жертвы, сказали: "Пусть Моисей говорит, а не Бог, чтобы нам не умереть". Задумайтесь об этом.
68 Вот это Всемогущее, великое Существо, смирило Себя и открыло Себя, и пришло в теле плоти, которое руками мог коснуться любой. Что Он делал? Столбил участок под Свой путь, стараясь войти в человека. Потом, после этого Он пошёл и принёс в жертву Свою Собственную Кровь, потому что больше никакая другая кровь не подошла бы! Неудивительно, что Он был бесценной ценой Небес! Неудивительно, что Он был Царём всех царей! Когда Он зак-... открыл Себя и сошёл вниз, и предал Себя в руки грешного человека, чтобы быть побиваемому, и оплёванному, и поражаемому, и повешенному на кресте, и умереть. Когда Он стоял там, кто-то сказал... Когда Он сказал: "Я могу воззвать к Своему Отцу, и Он пошлёт мне десять легионов Ангелов. Но Моё Царство не от мира сего".
69 И там те толпы сказали: "Смерть Ему! Смерть Ему!"
70 Почему Он не повернулся и не сказал: "Смерть вам"? Вот причина, почему Он не мог, друзья. Посмотрите на это. Они были Его собственными детьми. Подумать, что дети жаждут крови своего папы. Если бы мои дети устраивали возмущения, требуя моей крови, я ничего другого не мог бы сказать, кроме: "Берите меня". Если—если бы Он отказался это сделать, Он потерял бы Своего ребёнка, само Его творение, Его человеческих существ. А Его Крови жаждали именно они. Вы представляете, чтобы дети требовали Крови своего Отца? Вот причина, почему Он не мог сказать "нет". Если бы Он сказал "нет", они оказались бы погибшими. Я добровольно бы умер за своих детей, и любой другой отец умер бы. Посмотрите, кем Он был, Его Собственные дети жаждали Его Крови.
71 И справедливость закона требовала Крови. И кровь овец не годилась, кровь козлов не годилась, кровь крупного рогатого скота не годилась, но для этого была нужна Кровь Самого Бога. И Бог стал плотью, жил здесь, на земле. Эта великая громогласная Личность на вершине горы Синай тогда пришла сюда во плоти.
72 Тогда Он очистил путь, чтобы Он мог прийти и жить в вашем сердце. И сейчас тот же Дух, который гремел с горы Синай, живёт в человеческом сердце. Как чудесно! Да от этого каждое сердце должно запрыгать, и задуматься об этом.
73 Сейчас быстро перейдём дальше, Павел продолжает, 5-й и 6-й стихи. Я пытаюсь добраться до 19-го, так что поторопимся. Де-... 5-й и 6-й и дальше, он говорит о том, как закон предвещает. Как в Ветхом Завете... Мы проходили это однажды. О, это было несколько месяцев назад, на воскресной школе.
74 Человек под властью греха, скажем, он совершил прелюбодеяние, или он украл, или нарушил субботу, или какую-нибудь другую заповедь. Тогда он должен был взять ягнёнка, и должен был привести этого ягнёнка к старейшинам, и они должны были осмотреть этого ягнёнка. Ягнёнок должен был быть непорочным, в нём не должно быть изъяна. Посмотрите, насколько это было важно. За порочного человека был нужен непорочный ягнёнок. Аминь. Я надеюсь, вы это видите. Вот это да!
75 Вспоминаю небольшой рассказ. Я не знаю, рассказывал ли я его вам или нет. Это просто небольшой выдуманный рассказ, что-то в этом роде. Это... При законе, если у матери-кобылы рождался ослёнок, и это был мул, вы знаете, и его уши висели, и колени выбиты, и, ох, такой косоглазый и уродливый мул. Ну, тот мул, если бы смог взглянуть на себя, он сказал бы: "Какой ужас! Когда выйдет хозяин, он меня убьёт, потому что я... Он не будет меня кормить. Я не достоин жить. Посмотрите на меня, какой я урод!"
76 Но если бы мать смогла обратиться к малышу, она сказала бы: "Подожди минуту, дорогой! Ты можешь жить, потому что ты у меня первенец, и у тебя право первородного. Так что, когда выйдет хозяин и увидит тебя в твоём состоянии, он должен будет пойти и взять ягнёнка без порока и убить его, чтобы такой искалеченный на вид мул мог жить". Понимаете, священник вообще не видел мула, он видел ягнёнка. Не мулу нужно быть совершенным, совершенный должен быть ягнёнок.
77 О, надеюсь, вам понятно. Дело не в твоей пригодности быть христианином. А в Его пригодности. Если Бог принял Его, и Его Кровь даёт искупление, Бог видит не тебя, Он видит Ягнёнка. Представьте!
78 Тогда тот маленький мул мог бы поднять свой хвост высоко вверх и смеяться и прыгать, и бегать вокруг по полю, веселиться. Он будет жить. Но некто совершенный должен был умереть за несовершенного.
79 Таким был я, Уилльям Бранхам, ничего хорошего, недостоин жить, достоин идти в ад, рождённый в грешной семье, воспитанный грешником, куда ни ткни — одна гниль. Это верно. Но однажды я принял! Аллилуйя! Когда Бог взглянул вниз на Христа, и Христос занял моё место, тогда Бог не видит меня, Он видит Совершенного. Значит, пока я здесь, в Нём, то я достигший совершенства, не сам по себе. В Нём, не моё совершенство! У меня нет его, у вас нет. Но это Его совершенство.
80 Поэтому, Иисус не ошибся, когда Он сказал: "Итак, будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный". И как человеческому существу стать совершенным? Стать совершенным оно может благодаря Его совершенной вере, пребывая в Нём, говоря: "Он уплатил за меня цену".
Иисус всё уплатил,
Всем Ему я обязан.
Грех оставил алое пятно,
Он убелил его как снег.
81 Да, все из-за этого станут восклицающими методистами (да?), если подумать об этом! Вы... Я в это верю. Я верю в старомодное переживание восклицания. Так точно. Если дети получают должные витамины, они всегда чувствуют себя хорошо, вы понимаете. Вы понимаете, что я имею в виду. Сегодня в церквах нужны некоторые духовные витамины. А вам как кажется? [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.]
82 Вспоминается один фермер. У него был небольшой... Один фермер, у него был хлев, и у него был весь хороший фермерский инвентарь для работы на земле: трактора и всё остальное. Но ему было просто лень трудиться в поле, поэтому он—он просто дал своей земле зарасти сорняками. И когда пришла осень, оставалось только скосить сорняки и положить их в амбар.
83 А у другого фермера не было такого красивого амбара, но у него был... Он был умным человеком. И взялся за дело, и старался. И он хотел трудиться, потому что хотел накормить свой скот. И вырастил хорошего клевера и люцерны, и положил это на сеновал.
84 В тот год, как и в каждый, на обеих фермах родилось по телёнку. И когда телёнок в другом хлеву, ему пришлось сидеть на сорняках, но у него был прекрасный хлев. А у другого телёнка хлев был не особенно, но у него была какая-то пища.
85 Это совсем как некоторые из этих тщедушных церквей, обращающих внимание на свои прекрасные большие, высокие, вздымающиеся вверх здания, вы понимаете, с органами за тысячу долларов, тысячи, я имею в виду, и плюшевые кресла, и всё такое. Но там есть что-нибудь поесть? Это следующее.
86 Знаете, зайди в какую-нибудь старую церквушку, а там может оказаться столько, понимаете, каких-нибудь духовных витаминов. Бог принёс их туда для тебя, чтобы помочь твоему духу расти, взбодрить тебя немного. Это проповедь Евангелия. Аллилуйя! Если это не взбодрит церковь, ничего не взбодрит. "Вера приходит от слышания, слышания Слова".
87 Когда я слышу, что Иисус умер за меня, я говорю: "Больше ничего не надо. Слава Богу! Я теперь в безопасности, потому что я в Нём". Он принял меня. Это верно. Он избрал меня. Он избрал вас. Каждого из вас здесь, кто христианин, Иисус избрал тебя. Это твоё. Хорошо. Он принял тебя.
88 Выполз этот небольшой телёнок, один из них, рос в этом огромном замечательном хлеву, и просторные дорогие клетки, вы понимаете, и стойла и всё остальное. Выйдя, тот бедняга еле шёл, вы понимаете. На сорняках всю зиму он превратился в дохлятину. Ну, а другой... Он из хлева во двор, вы понимаете, и подул тёплый ветер, и как бы... ветер его чуть не свалил, вот как он отощал.
89 А на другой стороне этот фермер выпустил своего телёнка, и, ого, этот весь лоснился и круглился, вы понимаете. Он был в превосходной форме. Он, выйдя, стал скакать вверх-вниз, гарцевать вокруг, вы понимаете, устроил себе хорошее большое пятидесятническое собрание, носился вприпрыжку.
90 Вы знаете, что сделал тот телёнок? Тот, из большого хлева, у которого всё было замечательно, вы понимаете. Он посмотрел, подглядел через щель своим маленьким глазом и сказал: "Ай, ай, ай, ай! Какой фанатизм! Какой фанатизм!"
91 Тому малышу было хорошо, неудивительно, что он прыгал. Он был откормлен. Он чувствовал себя хорошо.
92 Вот как, когда человек действительно получает свои духовные витамины. Дом Божий, приходит туда и его душа питается от Слова Божьего, когда он знает, где он стоит. Все его старые суеверия улетают прочь. И поклонение дьяволу, и всё остальное, это просто рассеивается прочь, когда ты видишь, что Иисус Христос умер вместо меня, занял моё место там, на Голгофе. Туда приходит чистая, Божественная любовь. Из-за неё я, бывает, что-нибудь выкину, по мнению этого мира. А мне просто хорошо, ведь по горло наелся витаминов, вот чего, этих старых добрых витаминов Отсюда.
93 Так вот, Павел сказал, когда приходил очищаемый и приносил маленького... Если он допускал неправильный поступок, он приходил с этим маленьким ягнёнком. Теперь Первосвященник его осматривал, священник, и убеждался, что с ягнёнком всё в порядке. Проверял его, убеждался, что он полностью подходит, и если да, тогда клал маленького ягнёнка на жертвенник.
94 И вот приходит человек, совершил неправильный поступок, он говорит: "Вот, я воровал. И теперь я понимаю, что мне смерть, потому что я поступил неправильно. Бог не хотел бы, чтобы я воровал, Его заповедь гласит, что нельзя. Сейчас я возложу свои руки на этого небольшого ягнёнка. И заповедь Божья здесь гласит: 'Не кради', — а я украл. Поэтому я... Я знаю, что подлежу смерти. Что-то должно ответить за мой грех, потому что я украл. А Бог сказал, что в день, в который я вкушу, я умру. И вот я украл. И Бог сказал: 'Если украл, ты должен за это умереть'. Так что Он потребовал, если я не хочу умирать, я должен принести ягнёнка. Так что я сюда кладу ягнёнка, и я возлагаю свои руки на голову этого малыша, и он просто блеет и брыкается. И я говорю: 'Господи, Боже, я сожалею, что украл. Я признаю и обещаю Тебе, что больше красть не буду, если Ты просто сейчас меня примешь. И в качестве моей жертвы, и за мою смерть умрёт этот небольшой ягнёнок вместо меня'".
95 Тогда берётся большой крюк и просовывается ему под горло, и вот так оно режется, держат его вот так, и малыш блеет, блеет. Летит шерсть, все в крови вот так. И его несчастный маленький рот, и он блеет, блеет, блеет. И его кровь тут же всё пропитывает, и он склоняет свою маленькую голову. Вот и всё на этом.
96 Потом, этот человек, об этом здесь делается запись, кладётся у ковчега вот так, что тот человек совершил признание. Если он сделает это во второй раз за год, он должен всё равно будет умереть, он должен будет умереть с ягнёнком.
97 Теперь, это был Ветхий Завет. Он выходил оттуда сразу же после признания, тут же возвращался. А, может, совершил прелюбодеяние. Может, сделал что-нибудь неправильно, намного большее...?... Когда он выходил оттуда... Может, убил человека. Может... На выходе его сердце всё равно оставалось таким же, как на входе. В нём ничего не менялось, он лишь исполнил требование закона, буквы закона. Теперь, это не могло дать, не могло изменить его сердце. Единственное, что он понимал, что "был неправ", потому что он это прочёл в законе, и за него умер ягнёнок. Так вот, когда пришёл Иисус, понимаете, Кровь Христа... Видите, какого рода текла кровь? Кровь животного. Животная жизнь за жизнь человека, ей невозможно убрать грех, невозможно!
98 Сейчас, когда пришёл Иисус, это не просто была жизнь человека, но это была Его Жизнь, Самого Бога. Вот что было в Его Крови.
99 Теперь, когда мы понимаем, что поступили неправильно: "О, я поступил неправильно. Я согрешил. Я—я неправильно жил. Я поступил неправильно". Сейчас я прихожу к жертвеннику. Верой я вижу Жертву, я возлагаю свои руки на голову Иисуса. Я говорю: "Дорогой Боже, я знаю, что мой... Я грешник, а плата за грех — смерть. И если поступаю неправильно, я должен умереть. И если умру, я не могу прийти в Твоё Присутствие, я буду наказан в мучении во веки и веки. Так что, я неправ, Отец. И я хочу исправиться, и я не хочу вот так умирать". Так что я возлагаю свои руки на Его голову, и Его жизнь берётся вместо моей. Но дело в том, что когда я ухожу от жертвенника, я ухожу с изменённым сердцем. Понимаете?
100 Этот уходящий первый человек, под законом, под кровью животного. Его сердце не могло измениться, потому что животная жизнь не сравнится с человеческой жизнью. Животное не может дать человеку кровь. Понимаете? Животному это невозможно, потому что его жизнь — другая. И у животного есть жизнь, но нет души. Животное это живое существо, но не душа.
101 Но Бог в человека вложил душу. Так что, значит, моя душа... Что такое душа? Натура духа.
102 И когда осталась душа Христа, не осталась в аду, но была взята вверх, через Кровь, пролитие Его Крови, когда Бог отвёл Его на Голгофу. Его Кровь смешивалась там, на кресте, и когда Он там был, мотал Своей головой туда и сюда, у Него вот так на голове венец с колючками, Кровь бежала вниз по Его лицу, капала с волос на плечи, кричал на незнакомых языках: "Боже Мой, Боже Мой, зачем Ты оставил Меня?" Вот Агнец. Вот Он.
103 Вот Невинный, который умер, чтобы я, недостойный, смог исправиться, чтобы у меня могло быть право на Жизнь. Вот недостойный. И мы… Ты — недостойный, за которого умер этот Агнец. Сейчас ты приходишь сюда и возлагаешь свои руки на Него, понимаете, и признаёшься, и Бог Святым Духом отвечает тебе в подтверждение, что Он принял тебя.
...одной жертвой, (вот оно), одной жертвой навсегда сделал совершенными...
104 Вот, пожалуйста. Потому что освящаемый приходил каждый год, это было постоянно, где-то каждый год, шёл назад, и нужно было приходить на следующий год, то же самое желание у него в сердце. Но когда Он принёс одну Жертву Сам, каждый грех, каждое желание греха, и всё остальное было убрано из сердца человека. И в глазах Бога он совершенный, не своими делами, но делами Иисуса ради него. И он принял Жертву Господа Иисуса Христа. О, как всё чудесно, друг!
105 Теперь, "итак, имея..." Сейчас 19-й стих. У нас осталось около двадцати минут, давайте сейчас это всё вложим в Писание теперь. Сейчас 19-й стих.
Итак, братия, имея дерзновение входить во святилище посредством Крови Иисуса.
106 Послушайте, вот оно: "Входить во Святилище". Есть святилище, потом Святое место. "Святое святых" оно называлось. Первосвященник входил один раз в год. И первое, что ему было нужно сделать перед входом, это окропить себя. Ковчег находился за завесой.
107 И первосвященника нужно было помазать благовонием из нарцисса саронского. Никакое другое благовоние не подошло бы. Вы знаете, что Иисус назван Нарциссом саронским? Что такое нарцисс? Откуда берётся благовоние? Из нарцисса. Откуда...
108 Иисус был назван Лилией долины. Это верно? [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.]
109 Кто-нибудь знает, откуда берётся опиум? Из лилии. Опиум получают из лилии. И что делает опиум? Опиум облегчает боль. Когда люди больны и страдают очень сильно, они выходят из себя, сходят с ума, им делают укол опиума, и даёт облегчение. Они успокаиваются. Это в естественном.
110 В духовном, Иисус является Лилией долины. И когда вы оказываетесь в таком состоянии, что не удержать себя в руках, и жизнь не нужна, у Бога для вас есть укол опиума из Лилии долины, который облегчит все ваши беды, все они уйдут прочь. Для облегчения горя не нужно напиваться виски, оно тут же вернется обратно. Но придите и выпейте опиума из Лилии долины, и оно окончится навсегда
111 Что бы ни было — приходящее, уходящее, жизнь, смерть, такой ты или сякой, или эдакий, ничто не отлучит от любви Божьей во Христе Иисусе. Христианам не обещано ложе из цветов, но им обещана достаточная благодать для каждой имеющейся у них нужды. Аминь. Слушайте, кажется, что я, наверное, сейчас закричу. Вы только подумайте! Так точно. Потому что, когда я устаю и недоумеваю, смотрю сюда и вижу, что это происходит, то происходит, но я думаю: "Минуточку. Всё нормально!" Видите? Вот Лилия Долины.
112 Теперь, для чего запах? Женщины пользуются духами, чтобы приятно пахнуть. И, бывает, мужчины пользуются штукой после бритья, чтобы ушли запахи, плохие запахи. Запах духов должен убрать запахи тела, чтобы их не ощущал другой, чтобы другому не было неприятно. Это невыносимо. Вот что благовоние, или... Запах есть у мыла. И мылом моются, или гигиеническая пудра, или другое, чем пользуются для этого.
113 Теперь заметьте. Аминь. Мне просто хорошо. Посмотрите. Иисус сказал... Видите, Он был Нарциссом саронским, и Он был принесён Богу, как приятное благоухание. И это... И когда мы перед Богом становимся невыносимыми, и вот, простите это выражение, такими вонючими, понимаете, что наши—наши грехи и обстоятельства настолько плохи и настолько омерзительны, то подходим к Голгофе, и если...
114 Лилию или любой другой цветок, прежде чем получатся духи... Берётся цветок, он красивый, большая утренняя лилия или роза. Нарцисс саронский — красивый цветок. Пока он живой, он красивый. Но чтобы из этого получить аромат, чтобы получить благовоние, его нужно раздробить. И его дробят и сжимают, из него выдавливают благовоние.
115 Вы видите, Христос, когда Он был здесь, на земле, Он был прекрасен. Он исцелял больных. Он воскрешал мёртвых. Его жизнь была несравненная. Он был прекрасен. Но чтобы сделать вас такими, каким Он был... Когда Бог посмотрел вниз, Он сказал: "Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение". Сказал: "Ваши жертвы стали зловонием в Моих ноздрях, но Он — тот, в Ком Моё благоволение". Вот, Он имел благоволение.
116 И чтобы нам добиться благоволения Бога, Его пришлось раздробить на Голгофе, а греху этого мира — выжать из Него жизнь. И Он умер, унося грехи этого мира, чтобы нам стать помазанными Нарциссом саронским. Он Лилия долины. "Он изъязвлен был за грехи наши" — приятное благоухание. "Ранами Его вы исцелились" — Лилия долины, давшая опиум для облегчения наших болезней и боли. Какая чудесная картина!
117 Теперь, Первосвященник, перед входом во Святое святых, во-первых, должен был надеть определенно сделанную одежду. Её делал не кто угодно, должны были сделать святыми руками. Это показывало, что наши одежды...
118 Вот же оно! Я... просто случайно пришло ко мне тогда. Брат, если ты носишь только церковное одеяние, лучше избавься от этой штуки, ты не сможешь зайти в Святое святых. Одежду, которую надевал там первосвященник, должны были сделать... святые руки, подобранные ткани, аминь, назначенные Богом. Вот, пожалуйста. Так что если ты вступил в церковь и думаешь, что всё в ажуре, ты неправ. Понимаешь? Эту одежду должен подобрать Бог. И лохмотья нашей самоправедности не устоят в Его Присутствии. Для входа во Святое святых на верующем должно быть надето Божье одеяние, Святой Дух. О, это здорово. Мне это нравится. Это нечто новое. Раньше такого ещё не доводилось проглатывать, но вот так, именно такого рода, вот настоящий витамин. Понимаете? Необходим Святой Дух!
119 Посмотрите в притче о... Пришёл на брачный ужин, и на брачном ужине все должны были надеть определённую одежду. И он встретил человека, у которого не было такой одежды. И он сказал: "Друг, что ты здесь делаешь? Как ты вошёл?" Вот, видите, если вам известна притча. У народов Ближнего востока, до сего дня, когда в какой-то стране на Востоке делается свадьба, жених приглашает, кого пожелает.
120 И Бог может. "Никто не придёт к Богу, то есть, не придёт к Христу, если Бог прежде не призовёт его". Видите, это избрание Божье. Сейчас, смотрите внимательно.
121 И тогда жених, если приглашал, он готовил одежду. И никто... Потому что он пригласит бедняка, пригласит богатого. Но, чтобы все выглядели одинаково, он должен дать одинаковую одежду, бедный надевает то же, что и богатый. Ну, вам понятно? [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.]
122 И вот, если Бог даст Святого Духа бедняку, богатому Он даст такого же Святого Духа. Видите, все они должны были быть одинаковыми. Чтобы, когда они придут в Присутствие Божье, никто не мог сказать: "Я лучше одет", — потому что это та же Кровь, та же благодать, тот же Святой Дух даёт вам вести себя одинаково. Богатый и бедный должны прийти одинаково. Вот в точности эта притча. Заметьте.
123 И когда они пришли со своим приглашением, они... Одежда выдавалась на дверях. Там стоял человек, он показывал своё приглашение, что он пришёл, и он представлял его. Как делают в Индии и сейчас. И вот, они входят на свадьбу. Там у дверей стоит швейцар, слуга, и вы даёте своё приглашение. "Да, сэр". Они тянутся рукой назад, берут одежду, только одежду, и надевают её на него. Он входит. Это показывает, что его официально пригласили, его официально признали, и сейчас он участник. Аминь. Вот вам, пожалуйста.
124 Теперь, Бог-Отец, Святой Дух выходит, и даёт тебе приглашение на Брачную Вечерю. Понимаете? Так вот, это дело Жениха, в таком случае, позаботиться об одеждах. И Он это сделал Своей собственной Жизнью, дав Святого Духа. И вы приходите к двери, аминь, со своим приглашением. Иисус сказал: "Я дверь во двор овчий". И когда вы входите через Имя Иисуса, вы получаете крещение Святым Духом. Это верно? Получаете Святого Духа, тогда вы входите, и вы становитесь участником, членом Божьей семьи. Членом!
125 "Ты сказал: 'Членом'?" Конечно. "Буду ли я слугой?" Нет, не будете.
126 Вы становитесь членом. Вы не слуги. Вы сыновья и дочери. "Мы теперь дети Божьи", члены Божьей семьи. Это ж надо! Я могу жить в сарае, но я Царской Крови. Вот вам, пожалуйста. "Член Божьих домашних". Это Писание. Так сказано в Писании. "Какую любовь дал нам Отец, видите, чтобы нам называться детьми Божьими!" Вот это да! Вот они, пожалуйста, членство.
127 Теперь, помазанный первосвященник входит, ему нужно было принести кровь животного, или он умрёт.
128 И ещё одно о его одежде. Вы знали, что на краю этой одежды, вы вообще знаете, что было у неё на краю? Там, на краю, что-то было. И каждый... Там, на краю одежды, висело нечто небольшое, и это было яблоко и позвонок, и яблоко и позвонок.
129 И, войдя, ему было нужно по-особому идти. Он не мог вести себя как угодно. Он должен был идти определённым образом. Ибо, каждый раз, когда он делал шаг, эти позвонки должны были играть, биться о яблоки: "Свят, свят, свят для Господа". Тогда Господь слышал, как он подходит. Аминь. Аллилуйя!
130 Вот, что это. Если подходить путём, усмотренным Богом, Бог услышит вас, ибо вы идёте, крича от своего сердца: "Свят, свят, свят Господь, Бог Всемогущий". Вот, однако, как войти, если идёте, ища Святого Духа. Понимаете? "Свят, свят, свят Господь, Бог Всемогущий".
131 И тогда, общество, единственно, как они понимали... Так вот, если туда войти одетым не как должно, он умирал в дверях. Назад он не выходил. Он умирал там внутри, если вошёл не одетым и не помазанным для входа. Теперь... единственно, как общество знало, был ли он таким как надо или нет. Представьте! Единственным образом, как ожидающее общество знало, был ли первосвященник таким, как надо, или нет, они слышали звук тех позвонков. Изнутри доносился звук, и вот так понимали, был ли он таким, как надо, или нет.
132 А если то же самое действует сегодня. Если идёшь мимо церкви, а там всё просто мёртвое и застывшее, уж не знаю. Но звук должен быть, понимаете, люди тогда понимают, что Бог по-прежнему на Престоле, Бог отвечает на молитву, люди по-прежнему имеют Святого Духа, восклицают хвалу Богу, прославляют Бога, делают много шума. Общество скажет: "Ну, должно быть, Он где-то рядом. Это место живое". Когда мы идём в Святое святых и заявляем, что христиане, должен создаваться какой-то шум. Я имею в виду не тот, где один вздор. Я имею в виду некий подлинный, истинный шум. Это верно. Сейчас, посмотрите сюда.
Итак, братья, имея дерзновение входить во святилище посредством Крови Иисуса,
Путём новым и живым, не старым законом, ведь он примирял для... через завесу, то есть, плоть Свою,
И имея великого Священника над домой Божьим,
Да приближаемся с искренним сердцем и с полною верою, кроплением очистив сердца от... порочной совести и омыв тела водою чистою,
Будем держаться исповедания упования неуклонно, ибо верен Обещавший.
133 Это просто всё убирает прочь. Только подумать! Мне это нравится, но, похоже, надо заканчивать. Но представая перед Богом, давайте подходить не говоря: "Всё, вроде, будет хорошо. Я—я..." Ты христианин? "Ну, я—я надеюсь, что да". Так не приходят.
134 Брат, верь преданию! Прими это и стань рождённым заново. Тогда иди с чистой верой, зная следующее, что Бог пообещал, и Бог не может лгать. "Бог пообещал мне Вечную Жизнь, если я поверю в Его Сына, Иисуса Христа. Я поверил этому, и Он дал мне Вечную Жизнь".
135 Я сделал много ошибок, по-прежнему делаю их, буду делать всегда. Но когда я их делаю, Святой Дух мне говорит, что это неправильно. Тогда, прямо там, я каюсь: "Господь, прости меня. Не хотел делать этого. Помоги мне сейчас". И, не останавливаясь, тут же иду вперёд. Ведь это ещё будет у меня на губах, а "если мы исповедуем грехи наши, Он верен простить их". Это верно? [Собравшиеся говорят: "Аминь".— Ред.] Аллилуйя!
136 Дьявол говорит: "Ты знаешь, что? Я тебе скажу. Ты должен был кое-что сделать. Ты не сделал. Ага, ты же согрешил, не так ли?"
Я скажу: "Я в этом признался".
"Ну, я тебе скажу..."
137 "Нет, не разговаривай со мной. Нет, сударь. Я полностью верю в Него, Кто сказал мне. Если я исповедую свои ошибки, Он простит меня. Так что я это исповедал. Иди прочь от меня. Как бы там ни было, меня ты совсем не интересуешь, так что проходи мимо".
138 Смело двигайтесь вперёд. Если там смерть, ничего страшного, не останавливаясь, идите туда, с совершенной верой в обещанное Богом, что Он "воскресит вас в последние дни". Так точно.
139 Как я вам говорил, не знаю, рассказывал я вам или нет. Вот, за несколько дней назад до отъезда за границу, я стоял, и, Джин, ну прямо, как ты говорил. Пытался причесать ещё не выпавшие волосы. Жена посмотрела на меня. Она сказала: "Милый! Хм!" Она сказала: "Надень лучше один из париков, которые тебе дали в Калифорнии".
140 Я сказал: "Милая, мне они очень нравятся, но я просто стесняюсь".
141 Она сказала: "Билл, ну ты уж слишком занимаешься своими... Волос совсем не осталось, да?"
142 Я сказал: "Да, так и есть. Но, — я сказал, — о, аллилуйя!"
Она сказала: "К чему ты говоришь 'аллилуйя'?"
Я сказал: "Ни один не пропал".
Она сказала: "Ни один не пропал?"
143 Я сказал: "Нет". Я сказал: "Понимаешь, милая, я старею". Я сказал: "Сейчас я на сорока пяти годах". Я сказал: "Я старый человек". Сказал: "Я не... Подумать только, — я сказал, — я старею. Я... мне всё равно, лысый я, или какой. Это не важно, пока никуда не еду, потому что тогда очень легко простудиться. Да".
144 И она сказала: "Ну..." Я сказал... Но она сказала: "Ну, откуда ты..." Сказала: "Но ты сказал, что твои волосы никуда не делись".
145 Я сказал: "Нет. Конечно, — я сказал, — Иисус же сказал: 'Ни один волос на вашей голове не пропадёт'". Видите? Видите?
Она сказала: "Ты серьёзно... И как это?"
146 Я сказал: "Милая, в воскресении, я появлюсь, как молодой человек, каким я был, когда мы поженились — прямые плечи, ни одной морщинки, чёрные волнистые волосы". Я сказал: "Я так снова буду выглядеть". Так точно. Я сказал: "Значит, ни один никуда не денется".
Она сказала: "Ну, а где они?"
147 Я сказал: "Я у тебя кое-что спрошу, и тогда, если ты мне ответишь, я отвечу тебе".
Она сказала: "Что?"
Я сказал: "Где они были до того, как появились у меня?"
Она сказала: "Ну, я полагаю, у Бога..."
148 Я сказал: "Вот там, у Него, они и лежат". Я сказал: "Они никуда не делись. Все их витамины, каждая клетка жизни, каждый атом, каждая частица нефти, каждая необходимая для их постройки частица света, всё это было у Бога в Его руках. Ни один из них не пропал. Они, каждый, где-то в руках Бога".
149 Я смотрю, глаза западают, внизу мешки, на лбу большие морщины. А, бывает, смотрю в Библию и практически жмурюсь. И врач сказал, что у меня отличное зрение, двадцать-двадцать, но сказал: "Когда вам будет за сорок, глазные яблоки станут плоскими, и вы не можете читать на малом удалении".
Я сказал: "Да, сэр, я это знаю".
150 Он сказал: "Вы будете отодвигать Библию всё дальше, и дальше, Библию". Сказал: "Хотите, чтобы вскоре она была далеко вот здесь?"
151 Я сказал: "Я подыщу более крупный шрифт или что-то такое".
Он сказал: "Ну, это просто природа".
152 "Я смотрю туда, и вижу волос на краю тарелки".
153 Он сказал: "Ну, вам сорок лет, сэр". Он сказал: "Глазные яблоки у вас, именно, на самом деле... Точно как у вас седеют волосы, и так далее, — сказал, — это просто приходит".
Я сказал: "Угу". Ха!
154 Я посмотрел на всё это. И обратил внимание на свои плечи, и что сутулюсь. Когда-то вроде был молодым и спортивным. Сейчас превращаюсь в толстяка. Восемнадцать лишних килограмм. А, к тому же, плоскостопие, и уже еле ковыляю. Приходят боли и страдания. Ну, старею, вот и всё.
155 Мне не нужен весь этот мой прежний блеск здесь, но из него ничего не потеряно. Все мои прежние размеры, кожа, из-за которой молодо выглядел, Бог это никуда не дел. Это верно.
156 И этот старый стручок, просто рассыпается, вот и всё. Немного погодя он состарится и покроется морщинами, вероятно, как у всех Харви, со стороны моей матери. Так и говорят, что я похож на Харви. У них у всех был паралич. Вы все помните дедушку, того, кто здесь строил церковь, вы знаете. Он всегда трясся, вот так ходил, понимаете, и получил паралич.
157 Я обратил внимание на бедную старую маму однажды. Надеюсь, она не здесь, но... [Сестра из собравшихся говорит: "Да, она здесь".—Ред.] О, я не знаю, стоит ли... Ну, ладно, она стала поднимать чашку кофе, и бедная старушка просто вот так, и её старые руки вот так. И я посмотрел на свисающие морщины. Подумал: "Ох, как грустно!" Наверное, всё-таки скажу. Она здесь. Сказала: "Разве я...?..." И у неё получилось взять. Но, и смотрю, а сердце чуть не остановилось. Отвернулся. Подумал: "Боже, всегда слезы из-за этого наворачивались, и на тебе, у неё паралич, трясётся!" Я подумал: "Да, когда-то, если доживу, и я буду таким".
158 Но, брат, в один из этих дней я просто... Земное странствие остановится. Когда это произойдёт, на Сион пойду, чтобы Там пожить. Да, господа. Ох уж это смертное! А, помните, он сказал:
Когда пройду я через реку,
Долину скорби перейду,
Меня там радость ждёт навеки,
В жемчужные врата войду.
Однажды я пройду чрез те врата.
Господь один лишь знает где, когда
Земное странствие остановить,
И на горе Сион я буду жить.
Спустилась колесница,
Чтоб в Небесный дом меня взять.
Спустилась колесница,
Чтоб в Небесный дом меня взять.
159 Это верно. Перед моим лицом начнёт клубиться туман, вероятно, вбежит доктор и скажет: "Ну, Билли, пришёл конец". Только подумать! Я знаю, что там находится та старая тёмная камера, и сердце бьётся, направляется прямо туда. Я не хочу войти трусом. Я хочу облечься в одежды Его праведности, зная то, что знаю Его в Силе Его воскресения. И однажды, когда Он воззовёт, я выйду из среды мёртвых и оживу навсегда.
160 Знать Христа — это знать Жизнь. Это верно. И мне всё равно, могу не знать алфавита, но хочу знать Христа. Это верно. Может, не знаю всю теологию, но хочу знать Христа. Может, не знаю, кто президент, и хороший он человек или плохой. Я хочу знать Христа. Это верно. Знать Христа — это Жизнь. Это верно. Знать президента и знать этого другого, это престиж, и знать знатных людей и прочее. Но меня это не интересует. Я хочу знать Христа в Силе Его воскресения, знать, что сегодня вечером есть "Первосвященник, восседающий одесную Бога, в Его величии Там, ходатайствующий". Тогда я хочу твёрдо держаться того исповедания!
161 [Пустое место в записи—Ред.] ...-ред теми четырнадцатью разными религиями, поклоняющимися змеям и поклоняющимися коровам и прочему. Я сказал: "Господа, последователи религий мира, что может ваша религия произвести для этого несчастного слепого мужчины, стоящего здесь?" Вот он стоит, двадцать лет смотрел на солнце. Он полностью ослеп. Я сказал: "Что может ваша религия сделать для этого человека?" Ничего в мире, только предложить ему какое-то мифическое нечто где-то там, которое говорит: "Может, однажды над ним смилуется Мухаммед и спасёт его душу. Может, — вы решите, — если он по-прежнему будет смотреть на солнце, и дальше, и дальше, и держать вот так свою голову, когда он умрёт, он будет спасён".
162 Я сказал: "Ему нечего предложить. Но Кровь Иисуса Христа, аллилуйя, может не только предложить ему Вечную Жизнь, но может доказать прямо здесь, в вашем присутствии, может вернуть его зрение, которое у него когда-то было". Я сказал: "Если Он это сделает, вы, последователи религий мира..." А там собралось и слышало это чуть ли не сотни тысяч. Конечно, где ещё дашь услышать стольким, ведь как стольких встретишь. Но я сказал: "Вы примете Иисуса Христа, если Он это сделает?" Они подняли вверх свои руки, те чёрные руки, вверх, что они это сделают. Я сказал: "Приведите сюда этого господина".
163 Когда он туда вышел, я сказал: "Сэр, вы слепы. И если Иисус Христос восстановит вам зрение, вы обещаете Ему служить?"
164 И он сказал: "Я буду любить Иисуса Христа, и поклоняться никакому другому Богу, кроме Него. Если Он вернёт мне моё зрение, я буду знать, что Он воскрес из мёртвых".
165 Я возложил свои руки на него. Я сказал: "Дорогой Боже, это смертные руки, делает человек, греховный, но случись Тебе искать святые руки, чьи это были бы? Но я прихожу в действии веры, что Ты сказал это сделать. И я иду не чтобы показать ум или похвастаться, но я иду, потому что Ты мне сказал, что это будут творить. И я верю Твоему Слову. И сейчас, пока здесь тысячи просто стоят на краю, и они поклоняются идолам и всему остальному, да будет известно сегодня, что Ты истинный и живой Бог, который воскресил Иисуса Христа из мёртвых, через то, что дашь этому человеку его зрение".
166 И этот человек, слёзы бежали по его щекам, он сказал: "Я вижу". И он, зрячий, помчался изо всех сил по залу. Вот это да!
О, благодать! Спасён тобой
Я из пучины бед!
Был мёртв, (там — скачки на лошадях и всё
остальное, по воскресеньям);
Был мёртв, и чудом стал живой,
Был слеп и вижу свет.
167 Смотри, брат, вот эта старомодная добрая религия Святого Духа.
Сперва вселила Божий страх,
Затем дала покой.
Я скорбь души излил в слезах,
Твой мир течёт рекой. (Так точно! Как здорово!)
Пройдут десятки тысяч лет,
Забудем смерти тень.
А Богу так же будем петь,
Как в самый первый день. (Только представьте!)
Прошёл немало я скорбей,
Невзгод и чёрных дней.
Но ты всегда была со мной,
Ведёшь меня домой. (Как замечательно!)
168 Как я люблю Его! Это Его благодать, а не мои труды. Мне нечего предложить. Вам нечего предложить. Но мы сегодня, как мужчины и женщины, христиане, приходим, признавая, что недостойны, и принимаем Его своим... вместо себя. Принимаем Того, который... Я знаю, что так же точно, как Бог принял Его и воскресил Его, Он воскресил меня в переносном смысле тогда, когда Он воскресил Христа. Аминь. О, нужно заканчивать. Но, посмотрите. В переносном смысле Он воскресил меня тогда, когда Он воскресил Христа. Он воскресил тогда, когда Он воскресил Христа, ибо это было для нашего оправдания.
169 Смотрите, если вы спасены, у вас Он есть. "Кого Он определил, то есть, призвал, Он оправдал. Кого Он оправдал, Он уже прославил в Христе Иисусе". Это верно? "Он прославил, — уже, — в Христе", в глазах Бога, Кто был далеко за миллионы лет до того, как появился мир, когда Слово было у Бога. Оно было Божьей мыслью, потом Его Словом, потом материализовалось. И в то же самое время, когда Он принял Христа, Он принял меня во Христе. И там, в грядущем мире, мы с вами, и все христиане всех веков, будем любить Его и жить с Ним, и наслаждаться бесконечной Вечностью с нашим Господом Иисусом Христом, нашим благословенным Искупителем. Вот это да!
170 Брат Роберсон, из-за этого я себя чувствую другим человеком. Понимаешь? Правда же, что старомодное, простое прочтение Слова Бога просто выдраивает? Видите, именно отдраивает!
171 Как, бывало, говорила мама во время заготовок. Нужно было консервировать фрукты в банки, вы знаете, заполнять полностью вареньем и прочим. Она заставляла меня идти куда-то и драить их, тереть их что было силы старой тряпкой. Ладонь была маленькой, запускал туда и тёр. И потом она их брала и стерилизовала. Ставила их в кипящую воду и стерилизовала. Просто кипятила те банки до посинения. Я никак не мог понять, зачем их кипятить. Но она хотела из них убрать всех микробов. Потому что если бы там остались микробы, то скисли бы консерванты, то есть, то, что там было.
172 Так что вот что нужно делать, когда приходим к Христу. Опуститься туда, пока Святой Дух не стерилизует нас и не выкипятит нас полностью, тогда Бог может вложить туда Святого Духа без всякого скисания, вы понимаете. Он просто вкладывает Его внутрь, и вы просто всё время сладкие.
173 И мама обычно варила варенье. Вам доводилось видеть тот большой старый котел? Выходишь во двор и ставишь его на кирпичи, вы понимаете, и нужно под него вот так подкладывать дрова. Ох! Я видел. Когда варились закатки, те небольшие жёлтые плетущиеся помидоры. И она туда запускала их много килограммов и клала сахар. Ох! И—а меня заставляла пилить дрова, вы понимаете. И—и я шёл пилить дрова и клал их туда вниз, вы понимаете, и это—он начинал кипеть. Поднимался пар. Я говорил: "Мама, может уже хватит?"
Она сказала: "Нет. Иди, распили ещё одну перекладину для забора".
174 Вот я шёл, вы понимаете, и с меня лил пот, и подкладывал это туда. И я говорил: "Мама, может, уже хватит?"
"Ты лучше возьми ещё одну".
175 И она всё это кипятила, пока, вы понимаете, кислород или что там, не опускался вниз, и это не начинало лопаться, вы знаете, "пых", "пых", вот так, лопаться. Когда они были такими, она говорила, что они готовы к закатке. Они становились такими горячими, что больше не могли это выдержать и должны были подскочить, понимаете.
176 Так что, я полагаю, вот примерно до чего Бог должен нас довести, понимаете, просто выварить всего дьявола, пока не прыгните во славу. Тогда вы готовы к закатке. И Бог тогда вас запечатывает, вы понимаете. Так что вот что нам здесь нужно — хорошее старомодное собрание, пока вся—вся вражда, всё, что не похожее на Христа, не выварится, понимаете. Так выварится, что вы придёте: "Господь, я прошу прощения". "Брат, прости меня. Я не хотел этого делать. Я—я больше не буду делать это". "О, Боже, будь милостив ко мне!" Если вот так, тогда вы готовитесь к закатке, понимаете. Бог готовится по-настоящему использовать вас. Когда вы вернёте обратно краденое, понимаете, и исправите, говоря: "Брат, я не нарочно это украл, понимаешь. Нет, сэр. Я—я желаю даже... Я—я заплачу тебе за это вдвое". Видите? Тогда ты становишься таким, как надо, тогда, вы понимаете. Это верно. Вот что нужно. Только подумать!
177 Если хотите, я спою вам Стародавнюю веру. [Собравшиеся говорят: "Аминь".—Ред.] Спою куплет, я спою куплет. Вы споёте припев, тогда.
Древний Дух Святой приходит,
Он на бесов страх наводит.
Люди от Него уходят,
Но в Нём там нуждаюсь я.
Стародавняя вера,
Стародавняя вера,
Стародавняя вера,
В этом так нуждаюсь я.
Ложь во мне Он удаляет,
Смерть грозит, но Он спасает.
Он дух злобы удаляет,
В этом так нуждаюсь я.
Стародавняя вера,
Стародавняя вера,
Стародавняя вера,
В этом так нуждаюсь я. (Видите?)
Мне не надобно иного,
Он даёт любить другого.
Он снимает все покровы,
В этом так нуждаюсь я.
Стародавняя вера,
Стародавняя вера,
Стародавняя вера,
В этом так нуждаюсь я.
178 Теперь, у кого здесь есть такая стародавняя вера? Поднимите вашу руку, скажите:
У меня стародавняя вера,
Есть стародавняя вера,
Есть стародавняя вера,
И в ней так нуждаюсь я.
179 Теперь, Отец, дорогой, иной раз... И начинаем радоваться, и действительно ведём себя просто как дети. Это из-за того, что мы свободны. Мы не в рабстве зла, или каких-то традиций, или чего-то от старцев. Мы просто свободны в Святом Духе, что можем петь и поклоняться Тебе, и общаться по Слову, и наслаждаться. За это мы восхваляем Тебя, Всемогущий Боже! О, после того, как увидел хаос формальных религий и всевозможные поклонения идолам, и подумать, что Ты был настолько благ ко мне, что дал мне знать Тебя в Силе Твоего воскресения, и быть способным рассказать об этом другим. Мы так счастливы.
180 Благослови эту небольшую церковь сегодня вечером, Отец. Благослови здесь каждого. Если среди нас есть гости, благослови их, Отец, каждого. Сделай нас благословением для других. Храни на нас Силу Божью. Освяти наши души от нечистых мыслей. И если на нашей дороге встретится зло, пусть мы быстро отвернём свои головы, Господи, и пойдём в другую сторону.
181 И сейчас, Отец, мы просим Тебя благословить нас сегодня вечером вместе. Дай нам хорошо провести время. И сейчас, когда будем вызывать больных и страдающих, мы просим Тебя исцелить каждого из них. Пусть слава... Прославься во всём сделанном или сказанном, ибо мы просим об этом во Имя Христа.
182 И пока ещё не подняты головы, и кто-нибудь из присутствующих скажет: "Брат Билл, это сейчас изнутри моей души, я—я хотел бы идти Божьим одобренным и усмотренным путём. И хочу попросить тебя, пока никто не смотрит, я подниму вверх руку и скажу: 'Брат Билл, помолись обо мне, чтобы Бог просто дал мне Своей благодати и сделал меня лучшим христианином'". Поднимете вверх руку? Пусть Бог благословит вас, вас, вас, вас. Это хорошо. Хорошо.
183 Отец, Ты видишь их руки, и я прошу Тебя даровать эти благословения. Пусть Твоя любовь и благодать пребудет на всех. И если они согрешили или сделали что-нибудь, тогда, Отец, я молю, чтобы Ты простил их. Если среди нас окажется кто-нибудь сегодня вечером, Господи, где угодно в здании, мужчина или женщина, парень или девушка, которые ещё не спасены и не под Кровью, Отец, я молю, чтобы Ты сделал это прямо сейчас, и пусть они станут верующими.
184 И Ты сказал: "Если можешь веровать". И мы верим чему? Верим, что Бог послал Своего Сына в этот мир, и стал грехом вместо нас. И мы никуда не годны, и признаём, что никуда совсем не годны, и принимаем Его своим Спасителем. Вот во что мы верим, Отец. В то, что Ты дашь нам вечную Жизнь. О, мы так счастливы! Ты сказал, что Ты дашь Её нам, потому что мы поверили в Твоего Сына. И Иисус сказал, Сам, что если мы поверили в Него, то у нас есть вечная жизнь. Так что мы благодарны за это.
185 Сейчас благослови нас в этот вечер и прости каждый грех. И пусть никто из побывавших сегодня вечером на этом собрании, никогда не уклонится с истинного пути, но получит вечную жизнь, потому что они собрались здесь сегодня и поверили в Тебя. И, Отец, я молю, чтобы Ты теперь наблюдал за ними и благословил их во всех делах или словах. И пусть они придут в эти последние дни к Тебе в мире. Пусть мы все соберёмся Там и вспомним, как сегодня вечером были вместе. Даруй это, через Имя Иисуса. Аминь.
186 Пусть Бог благословит вас, мои дорогие друзья. И сейчас Тедди подойдёт сюда к пианино. И о ком нужно помолиться, соберитесь быстро у алтаря. Мы задержимся ещё на несколько минут. Постараемся уйти в девять тридцать, если вы подойдёте сейчас. Ну, должен прочитать письмо, кто-то послал мне сюда. Может быть, важно прочесть его прямо сейчас. Так что просто... А все остальные просто оставайтесь на своих местах, пока те, о ком молятся. Я знаю, что сестра Рудделл пришла для молитвы. Если ещё кто-нибудь, ну...

Law Or Grace

1 Evening, friends. Well, I'm happy to be out again tonight. And I... The reason I was late, I just... Yeah, as Brother Neville said, I--I was being late. But what caused that, I was... The other day I said in church, you know, I said, "Well, I was just going to try to keep away from calls and things." Can't do that. And so I just left the hospital, a couple hospitals in Louisville just a few minutes ago, emergency. So that's the reason I was just a little late. I just got in in time to get over here. So... And then I... Wife had, I believe, called me and told me about it. I believe, Sister Ruddell was going to be here tonight and was sick too. And so I sure hate to hear that.
2 And I left my cousin in Louisville, just led him to Christ, one good thing. And--and it was a horrible disease; it's Hodgkin's disease, and could die at any time. Believe the Lord healed him though tonight.
So Brother Jim Wisehart's grandson laying up there with the same thing, Veterans Hospital, and Hodgkin's disease breaking around the heart and the chest cavity, so you know that means it's a little bit. Nothing they can do about it, but they know their only hope is God.
I really should go to Milltown tonight. Busty Rogers, you remember, comes here. Many of you people know Brother Rogers. In a serious condition, calling all day for me.
And little Georgie Carter down there, found out was healed about twelve, fourteen years ago, laying on a bed for nine years and eight months and never raised from that bed. And out one time... I'd prayed for her a couple times. And went out one night and was over in a place praying. And the Lord come down, a little Light shining through a dogwood bush, said, "Go by the way of Carter's, for Georgie's healing. She is going to be made well." You all know the case, don't you? All these years she's never even no more than been to bed with, not even with a bad cold, I guess, since then.
And we find out that she's dying with cancer on the breast now, and has been calling. She heard I come back. They said she done give up. She got up out of bed to accept her healing, so just got to see her. Tomorrow is my last day here, have to leave. So piles of calls, about like that, so you don't know what to do. You just have to do the best you can.
3 But the main thing, as brother said; the main thing to do, you must forsake everything for your fellowship with Jesus Christ: everything. 'Cause, after all, we get to watching each other, and then we get away from Christ. You see? I'd rather spend lots and lots of time fellowshipping Him so you can help others. Is that right?
4 So it's good to--to be in tonight for this little prayer meeting, that we gather out here on Wednesday night. And I'd forgot about telling him that--about teaching tonight. So here, I have to come here tonight and just open up. So on the road down, and the lights in my car, I picked out something over here where I'd been teaching Sunday school not long ago, over in the Book of Hebrews, for tonight.
I believe the last time I was teaching Sunday school here, oh, before going overseas, I was in Hebrews the 10th chapter. I remember reading down, and got it marked here, the 18th verse "for next Sunday," and that next Sunday has never come yet. So maybe we'll start from there tonight for our lesson for the evening.
The Lord bless you. And remember all these in prayer.
5 A lady just told me, a few moments ago, as I come in. An old friend of mine, out in the hospital, or down in the hospital, rather, and just had an operation. Bill Grant on police force here, a good friend of mine, prints them pictures and things, in the hospital with an emergency.
And--and I met Brother Slaughter's brother back there. Gene told me, I believe, he had been in the hospital twice. And it's just sickness everywhere, you know. There's no end to it, hardly. But he said...
6 You know, I've often wondered, when Moses led the children of Israel through the wilderness, when he brought them out, there was around two million people. That's young and old, all together. And he led them for forty years in the wilderness. Now, just think of how, now, out there without--without the sanitation that we'd have today. And they, also they didn't have... They had young, a lot of young people there. How many babies you think was born of a night with two million people? And then, besides that, with all the old people, and with the cripples and things, and he led them for forty years, under the leadership of God. In the wilderness for forty years, and when they come out, there wasn't a feeble one among them.
Wouldn't you like to look in Dr. Moses' medicine satchel tonight, to see what he had in there to keep them--keep them well? Would you all like to look at it? I can show it to you.
We'll go back over here now in Exodus, and I'll show where. This is his medicine chest. I'll show you what he said back here. I'll look right into his medicine sack and I'll see what it says.
7 When there was to be a baby born, when somebody had appendicitis, or broke out with TB, or anything like that, here's the prescription Moses read, "I'm the Lord that healeth thee." That's the only thing he had. "I'm the Lord that healeth thee."
Now, that's the only thing he had. That's good enough, isn't it? Moses said, "Now, the Lord is the One that healed you." And they just prayed for him, and he got well.
And you know another thing happened during that time in the wilderness? They didn't even need any new shoes when they come out, and their clothes never got old. Forty years in the wilderness with only one medical, one prescription, "I'm the Lord that healeth all of thy diseases." And He did it because they took Him at His Word and just set theirself free from every...
8 Remember now, they had been taught. They'd been down with the Egyptians, which was the smartest. We haven't got doctors today as smart as they were, because they had things that they did. That shows that we haven't never come to that place yet in science. For instance, the Egyptians built... Just a few days ago I passed by the sphinx there, to look how big that thing was.
And those pyramids, why, up there, over a city block high, in the air, there's tons. There's boulders up there almost as big as this tabernacle. They couldn't put them up there today if they had to. So they did it some way.
And then, the sphinx, I think it takes sixteen flat cars for its leg to lay on. What about its body? And it sets way in the air there. How did they get it up there? See, they were--they were people that had secret intelligence that we don't have today. I think we have it, but we just haven't advanced with it, atomic or something like that. Because electric powers, or no powers like that, could lift it. But they built it then. And that pyramid, the big pyramid setting there, geographically, is so perfect in the center of the earth, no matter where the sun is, there's never a shadow around it. Engineering, we got a lot of--long ways to come, to compare with them. And to think, that's been more than right on five thousand years ago, they had that.
9 So in there they find the Bible, just the same as this Bible here, written in there, just by measurements and so forth, measures out the Gospel and the Scripture just like we have It here. Enoch put it in there years and years before the antediluvian flood.
And then, God wrote three Bibles. God does everything in threes. He wrote three Bibles. He had three comings of Christ. There is three dispensations of grace. There's three persons in the Godhead, three manifestations of the one Person in the Godhead, rather. And all those things. See?
Now, like Jesus came the first time, He's been here once hasn't He? He come to redeem His Bride. He comes the second time to receive His Bride, catch her up, meeting in the air, and comes the third time with His Bride as King and Queen. See?
So then, then, there is three also, the three in the manifestations of God. God manifested Hisself once in the Fatherhood as He led the children of Israel. The next time God manifested Hisself was in the Sonship, the Lord Jesus Christ. The third time God manifested Hisself is with us now, the Holy Spirit. See, three manifestations, everything in the threes...
10 Now, let's get over in our lesson. How many likes to read the Bible, and just... Oh, I just love It. God willing, when I come back... I'm going to--out to get a little rest now for a week or two. So when I come back, God willing, I want to hold a revival here at the Tabernacle of just a teaching revival. And we're going to take somewhere in the Bible and just go plumb through our...
Remember, how many old-timers in here remember when we used to take like the Book of Exodus, and take it maybe for months and months, never leave Exodus?
I got in Job one time, and like never got out. You remember that? Some lady wrote me a letter, said, "Brother Branham, you ever going to get Job off the ash heap?" I kept on that one subject, poor old Job setting out there on the ash heap, you know. Just all of his friends forsaken him; he was broke out in boils and everything. I felt so sorry for the old fellow till I...
And then, how the Lord turned around and blessed him, because he lived to the best of his knowledge, under the--the burnt sacrifice. That's all the way he knowed, and he... to confess his sins. And he went and got his--his children, and made a sacrifice, said, "They might have sinned secretly; they don't know it." How he was a real father, and God give him all those children back at the end. Did you know that?
11 Say, I want to ask you something on there. Do you still remember how He give his children back? Now, remember, He give him a double bunch. So many thousand ox he had first, when they was all taken away, He doubled them oxen. When the sheep, He doubled them sheep. But remember, he had, I believe it was, seven or twelve, I forget now just which it was, sons and daughters. But he had the same amount of sons and daughters; God gave them to him. Is that right? See, He doubled all of his portion of goods here on earth. Now, but his sons and daughters, all of them got killed, but He gave him the same amount of sons and daughters. Did you ever notice? You ever take thought that? You remember when we taught it? See?
Where was those sons and daughters? In glory waiting for him. See, He give them, every one to him. See, there wasn't a one of them lost. See? The same amount of sons and daughters that He specified first, He specified the same amount at last. But He doubled his portion of sheep, and ox, and so forth like that. But his sons and daughters were all saved, waiting in glory for Job to come to them. Oh, my. That's worth all, isn't it? All right.
12 Book of Hebrews. Paul, to my opinion, Paul speaking to the Hebrews, separating law from grace. And we had... Maybe we'll just read a couple verses of--of the first verses of the 10th chapter. Then we're going to begin though at the 19th. I think we... Let's see.
... the law having a shadow of good things to come, and not the very image of the things, can never with those sacrifices which... offered by--year by year continually make the--the comer thereunto perfect.
[Hebrews 10:1]
13 Now, I think in getting this first part straight, Paul is trying to say to them that the old laws were a shadow of the new things to come. Now, they... A shadow is something...
If you'd go towards the wall, or this way, against the light, you'd find out that your shadow goes before you. If you were starting towards the setting of the sun, your shadow would be behind you.
Now, notice, "All the law having a shadow of the things to come..." See, just a shadow... Now, under the old dispensation, Paul was trying to say how they was circumcised, the males, by flesh, was a type of the circumcision by heart, of the Holy Spirit of this day. How that they kept commandments back there, which was wrote on tables of stone. In the last days, God said He would write them upon the fleshly tables of our heart.
14 Now, the only way back there they knowed it was wrong to... "Thou shalt not steal." They had to see it on the commandment. And the law was added to bring--to bring reconciliation. Because, if there's no law, well... If there's--there's no law, there's no sin. Because if it's not wrong...
If there's no law in this town says that you can't run a red light, you can't do this; why, you run a red light, you haven't done wrong, because there's no law says so.
So law brought wrath, or brought sin into view. See, they didn't have... They did all those things back under the--before the law, and they wasn't sin because there was no law to say that they was sin. But when law came on, law was added until the perfection came.
Now, man has always tried to find something to save himself by. He's still doing the same thing today; he just hasn't failed.
15 In India last week, there was people come that was totally blind, looking at the sun, trying to find peace to their soul. Some of them with their fingernails growed out the back of their hands, like that, trying to find peace to their soul. Say they'd never taken their hand down, and had it up for forty years, trying to find peace... Others with feet burnt off of them, nearly, where they'd walked through hot coals to try to find peace to appease their gods. Lay on glass, and it just old broken bottles and things, lay on spike boards and everything trying to find peace. And no peace for them because it's all idolatry. And we here in America won't walk across the street to find peace to our soul, to the real true and living God. That's right. But all those things, those pagan ideas of men...
16 Back in the time that God sent down the law, and was added to show us that these things were sin. But now, that law couldn't take away sin. It only magnified sin. See?
Because if there's no law says you can't do this, why, it's not... It isn't... If you commit or break that, that... You can't break it, 'cause there's no law to break.
But when law becomes in effect, then sin is made manifest. Then they would... They'd say, "Thou shalt not steal. Thou shalt not commit adultery. Thou shalt not bear false witness." All those things. They did it before, but it couldn't be reckoned as sin, because there's no law against it. But then when law came in, it made the man realize he can't steal, he can't lie, and he commit adultery. And all of the commandments just magnifies, but yet that law didn't take away sin. It only brought a man to know that it was sin. Then when Christ came, Christ came to take away sin. See?
Now, the only thing that the law did, they knowed that an innocent substitute had to die for the guilty. That law begin back in the garden of Eden. And then, now, they'd offer a sheep or bullock, or something, and kill it, throw the blood out on the altar, and so forth; because it was the covering or a substitutionary offering. But it could never take away sin, because there's not strength enough in a animal's life to atone for a human life, 'cause greater is the human life than an animal life.
17 Now, here we are setting here, tonight. We're probably German, Irish, and so forth, some colored people. And they, no matter if they're black, white, yellow, or whatever color they are, from one person came every one of us. See? That can scientifically proven, that you can go into darkest of Africa and get the--the blackest man that you could find, and if you were sick, he could give you a blood transfusion. Your blood is just exactly like his. Or you could go into China and get the yellowest man there is in China, and he could give you a blood transfusion. See? Or the brownest man there is in India could give you the blood transfusion. "God, by one blood made all nations, all peoples." But there's not an animal in the world that would compare with human blood. See? Animal blood, each one of them is different. But human blood is all the same.
18 Now, if that doesn't take the idea of some of these people that talk, and they teach in school here, that we evoluted down from animal life. If that be so, then the animal could give the human a blood transfusion. But the blood, the human life, lays the same. But the animal life, some of them are... Like a snake, he's cold-blooded; a fish, he's cold-blooded; but now, a bear, elk, or dog, or horse, they're a different kind. Neither, none of them--none of them could transfuse blood, one with another, because they're all different. But the human being is all the same.
Then through the offering of animal blood, only was a--a substitutionary under the law, until Jesus came, which wasn't born of any man. No man on this earth was His father. He had a mother, and the mother was a virgin, virgin Mary, a girl about eighteen years old. And the Holy Spirit overshadowed her, being God the Father Himself, and created. The very One Who spoke the world into existence, just spoke.
19 You know, Sunday, how we got into it. When God speaks, it has to be so. There's no way at all to get away from it. God said, "Let there be," and it has to be. Nothing... The very Word Itself... And the Word was a thought. God, when He... Before... A word is an expression of a thought. God thought it in His mind, spoke it into existence.
20 And we have faith in our heart, the faith of God in our heart, and can see it clear. It becomes a faith, and then we speak it, and it comes into existence, the same thing, 'cause the mind of Christ is in the man. That's what makes healings and so forth. When you get that perfect revelation, just what you're doing, then you know how to walk. That's it, 'cause that's the Christian walk. Now, but the blood of animals didn't take away sin.
Then when Jesus came, being God Himself, manifested in flesh, His Blood was not after any other man's blood. Every one of us, every prophet, every great man was human blood. But this Man had Divine Blood. God Himself created the Blood cell.
And the--the person, you, come from one blood cell, if you'd ever look at it under a glass. I did a few weeks ago. And--and the breeding of animals, so that you... or cattle, and tens of thousands of germs in there. And those germs, little blood cells, strike. And in this in the ordinary human...
But in the--this place, God Himself created this Blood cell, without any act of man at all. And out of there come His Own Son, Christ Jesus, Who God Himself dwelt in, making Him Emmanuel on earth. That's the picture. That's what you have to believe to be saved. And then Jesus, freely, didn't have to do it, but freely with the love in His heart for His fellow man, died on Calvary and shed that Blood, with the sins of the world upon Him, that He took our sins to Calvary on Himself.
21 Now, it isn't what I can do. It isn't whether I'm good or not. It's whether He was good. I can never be good enough to make it. You can't be good enough to make it. If you ever make it, you'll stand in the merits of Jesus Christ. I'll tell you that now, 'cause there's nothing else you can do.
But God transferred all of our sins upon Him, and He died. And because He died a sinner, the Bible said, "His soul went to hell." That's right. And while He was there, He preached to--to those that were in prison, that repented not in the long-suffering of days of Noah.
"But it wasn't possible that He would leave His body see corruption, neither His soul in hell." And on the third day, He rose up for our justification, showing to us, that as our faith is confessed in Him, and we've been born anew of the Spirit, that as sure as He come from the grave, we'll rise also in His second coming. Oh, what a perfect hope.
22 Oh, when you see the religions of the world and their superstitions, and then see where our salvation and solid hope, based upon a fundamental principle, that all demons of hell can't shake it... You can see them make out beauty. The Buddha religion is a beautiful religion; the Hindu religion is a beautiful religion. But, brother, they're just as lifeless as life can be.
Where does life lay? Life lays in blood. Blood is the life. And that's the only Man that could bleed the right kind of a Blood, because He was God's Own Blood. And He bled the Blood that redeemed you and I. And so our salvation lays in Christ Jesus, what He did for us at Calvary. No matter how low we get, how immoral we get, how polluted we get, when we look at Calvary with a true heart and confess our sins there on Calvary, that settles it. That's right. No more than your confession can go from your lips till God is under obligation to answer you. That's right. Oh, when I think of that...
Oh, no wonder Paul said... I stood there at the chamber, the other day, where they chopped his head off, and throwed him over in a gutter. I thought... Just before, he said, "O death, where is your sting? Grave, where is your victory? But thanks be to God Who gives us the victory through our Lord Jesus Christ." See? That just rests. Oh, that's what I like to talk about.
23 Listen, some of the young folks, you may be young, and that may be fragile, till you really don't notice it though. Wait just a little while till you're laying yonder in the hospital, the doctor says you got two days to live, or two hours. Wait just a little bit till that heart begins to skip that beat, and you feel it coming up your sleeve. Oh, brother, you'll be seeking with everything then. What's all life going to amount to then? It's finished. Wait till the hairs begin to turn gray in your head, and you realize that you're facing an endless eternity yonder; and this soul that now lives with inside of you, is breaking out like a--like a tooth being extracted, pulling from you like that to go into somewhere that you know not where you're going, you better think it over now and settle it now. 'Cause you might be snapped out, [Brother Branham snaps his finger--Ed.] like that, without even a chance to repent. So get right now.
There is not an excuse to the American people. Those heathens out of--of South Africa, and out of India, way back in there, will rise in the judgment and condemn this generation, because we've got Light, and Gospel, and churches, and blessings, and everything here, and we refuse to accept it. See, that's where the trouble lays, friend. Now, I say that abruptly, because it's for your good (See?), because you must do that.
24 Now, "The law having a shadow..." Oh, when I think of that, "The law having a shadow of good things to come..." Look what the law offered. Turn over to the next chapter, the 11th chapter of Hebrews. Look what Daniel done under the law. Look what Enoch done under the law. Look what Moses done under the law. Then if he was only living in the shadow of the atonement, what ought the Christian Church to do today, with the reality of the resurrection of the Lord Jesus Christ? Where are we standing tonight, friends?
I tell you, it ought to make every Christian buckle up the armor. Over there It said, "Put on the full armor of God. And be sure to bring the breastplate, and the helmet, and the shield, and all those things." Paul likened it to a soldier going to battle. And when the wiles of the enemy comes in, throw up your shield, go on out and meet it. [Ephesians 6:11]
Now, if the law could produce that, what ought the reality of the Blood of Jesus Christ? When a dead letter will do that, what ought the resurrecting strength, and power, and Spirit of the Lord Jesus Christ produce? [Hebrews 10:1]
25 Now, we ought to come to church with the highest of reverence. We ought to enter the church like real saints of God, walk over and take our position, and keep our minds on Christ. We ought to forsake everything of the world, like that. And if you are really born again... (This may cut now just a little bit, but you know this is the house of correction.) If you're really born of the Spirit of God, that's where your heart lays anyhow. That's what... Your thoughts is anchored yonder. See? If you're ever...
Jesus said, "He that heareth My Words and believeth on Him that sent Me, has Everlasting Life. He that heareth My Words and believeth..."
26 Now, if you're believing right... If you just confess it with your lips, it don't do much good. But from your heart, if you believe that Jesus is the Son of God, you can't live the same life you once lived. You can't, if you ever get a true view of Calvary. Now, if you're just taking just a haphazard way, you're just--you're just fooling yourself.
But when you really get a view of what Jesus was... Oh, my, how I like to preach the Deity, the supreme Deity of Jesus Christ. If you could ever realize Who He was, and what He did for you men and women, your hearts would rend within you, and you'd be willing to throw away the trash of the world to live for Him. Oh, how marvelous, and what a Person He was. If you realize the condescending of God Himself, unfolding Himself, coming down till He could get into your heart...
27 When God the Father, in a form of a big Cloud, hung over the children of Israel, and when He settled on the mountain that morning to write the law, why, even if an animal touched the mountain, he must be thrust through with a dart. Only through sanctification did He bring Moses up. Set Aaron way down at the bottom of the hill to watch and to keep guard that nothing... And when that Pillar of Fire settled on that mountain, the lightning bursted forth, and the thunders roared, the blackness settled. When Jehovah God, the Creator of all eternity settled on top of a mountain that He created Himself, the thickness of the clouds a bursting forth of the lightning, the shaking of the earth, till, them Israelites standing out yonder in camp, with a bleeding sacrifice around them, said, "Let Moses speak, and not God, 'less we die."... Think of that.
That same Almighty, great Being, humbled Himself and unfolded Himself, and come into a body of flesh that any man could touch with his hands. What's He doing? Claiming His road, trying to get into man. Then after He went and offered His own Blood, when no other blood would do... No wonder He was the priceless price of heaven. No wonder He was the King of all kings. When He fo-unfolded Himself, and come down and submitted Himself in the hands of sinful men to be beat, and spit on, and bruised, and hung on the cross and die... When He was standing there, someone said... "Well," He said, "I could call My Father, and He'd send Me ten legions of Angels. But My Kingdom's not of this world."
And there them crowds said, "Away with Him. Away with Him."
Why didn't He turn around and say, "Away with you"? Here's the reason He couldn't, friends. Look at it. Them was His Own children. To think of a man's children crying for their daddy's blood... If my children was rallying for my blood, there'd be nothing else I could say, "Take me." If--if He refused to do it, He lost His child, His very creation, His human beings. And they was the one that was calling for His Blood. Could you imagine the children calling for their Father's Blood? That's the reason He couldn't say no. If He said no, they were lost. I'd die freely for my children, and any other father would. Look what He was, His Own children crying for His Blood.
28 And the justice of law required Blood. And the blood of sheep wouldn't do it; the blood of goats wouldn't do it; the blood of cattle wouldn't do it; but the Blood of God Himself had to do it. And God was made flesh, lived here on earth. That great thundering Person on top of Mount Sinai was here in flesh then.
Then He cleansed the way that He could come and live in your heart. And now that same Spirit, that thundered from Mount Sinai, is living in the human heart. What a marvelous... My, that, that ought to set every heart jumping, and to--to think of it.
29 Now, passing on quickly, Paul was going ahead, down to the 5th and 6th verse here. We're trying to get to the 19th, so we can hurry. The ni... The 5th and 6th, and on down, he was speaking of how the laws foreshadows. How that in the Old Testament... We went through it the other day, oh, a few months ago it was, in Sunday school.
The man done a sin; say he committed adultery, or he stole, or broke the Sabbath, or some other commandment. Then he had to get a lamb, and he had to bring this lamb into the elders, and they had to look this lamb over. The lamb had to be blameless, had to be without a flaw on it. Look at the significance here. The lamb had to be blameless for a blamed person. Amen. I hope you see it. My.
30 I remember a little story. I don't know whether I ever told you, or not. It's just a little fiction story like, that the... Under the law, if the old mother horse had a little colt, and he was a mule, you know, and his ears broke down, his knees knocked, and oh, what a cross-eyed horrible-looking mule... Well, that mule, if he could look at himself, he'd say "Oh, my! When the master comes out, he will kill me, 'cause I... He wouldn't feed me. I'm not worthy to live. Look at me, what a horrible-looking mess I am."
But if the mother could speak back to the little fellow, she'd say, "Wait a minute, honey! You can live, because you're my first, and you have a birthright. Now, when the master comes out and sees you in all your condition, he has to go back and get a lamb without a blemish on it, and kill it so that that crippled-up-looking mule could live." You see, the priest never seen the mule; he saw the lamb. It wasn't whether the mule was perfect; it had to be a perfect lamb.
31 Oh, I hope you see it. It isn't whether you're good enough to be a Christian or not. It's whether He was good enough. If God accepted Him and His Blood makes an atonement, God don't see you, He sees the Lamb. Oh, my.
Then that little mule could stick his tail up in the air and snort, and jump, and run around over the field, have a good time. He is going to live. But one, perfect, had to die for the imperfect.
That was me, William Branham: no good, not fit to live, worthy to go to hell, born in a sinful family, raised a sinner; no good at all, not one sound part about me. That's right. But one day, I accepted. Hallelujah. When God looked down on Christ, and Christ took my place, then God don't see me; He sees the perfect One. Then as long as I'm in here--in Him, then I am perfected; not in myself--in Him; not my perfection, I don't have any; you don't have any. But it's His perfection.
32 Therefore, Jesus didn't make a mistake when He said, "Be ye therefore perfect, even as your Father in Heaven is perfect." And how could a human being be perfect? He could be perfect by His perfect faith resting in Him, saying, "He paid the price for me."
Jesus paid it all,
All to Him I owe;
Sin had left a crimson stain,
He washed it white as snow.

My, that makes us all shouting Methodist, (doesn't it?) when you think of that. You... I believe in it. I believe in an old fashion experience of shouting. Yes, sir. If the children get the right kind of vitamins, they always feel good, you know. You know what I mean. We need some spiritual vitamins in the churches today. Don't you think so?
33 Reminds me of a farmer, once. He had a little old... The one farmer, he had a--a barn, and he had all the good farming implements he--he--he had to farm with, tractors and everything. But he was too lazy to farm, so he--he just let his place grow up in weeds. And when fall come, only thing to do is cut his weeds and put it in the barn.
And there was another farmer, didn't have such a nice looking barn, but he had... He was a smart man. He got out, and he was industrious. And he'd work 'cause he wanted to feed his stock. And he harvested some good clover and alfalfa, and he put it up in the barn.
In both farms there was a little calf born each year, this year. And when, the little calf over in the other barn, he had to be fed on weeds, but he had a nice beautiful barn. And the other little calf didn't have much of a barn, but he had something to eat.
34 That puts me in the mind of some of these little old churches, looks at his great big, tall, aspiring places, you know, with a thousand-dollar pipe organs (thousands I meant), and plush seats and everything so. But is there anything to eat? That's the next thing.
You get in some little old mission somewhere, you know, and might find a whole lot in there, you know, some spiritual vitamins. God has got them for you, to help your spirit up, pep you up a little. That's the preaching of the Gospel. Hallelujah. If that won't pep up the church, there isn't nothing that will. "Faith cometh by hearing, hearing of the Word."
When I hear Jesus died for me, I say, "That settles it. Glory to God. I'm safe now because I'm in Him." He accepted me. That's right. He chose me. He chose you. Every one of you in here, that's a Christian, Jesus chose you. It's yours. All right. He took you.
35 And this little calf, one of them had rolled over, been in this great big fine barn, and fourteen-carat racks, you know, and stalls and things. When he come out, the poor little fellow couldn't hardly walk out, you know. He was so poor; eating them weeds all winter. So the other... He got out in the barn lot, you know, and the warm wind blowing, and kind of... wind almost blowing him down; he was so poor.
And over on the other side, this farmer turned his little old calf out, and oh, he was all fat and round, you know. My, he was in good shape. When he got out there, he just started jumping up-and-down, prancing around, you know, was having him a good, big Pentecostals meetings, just a jumping around there.
You know what that little calf did? The one over in the big barn, had all the big things, you know. He looked down, peeked his little eye through the crack, and said, [Brother Branham illustrates--Ed.] "Tsk, tsk, tsk, such fanaticism, such fanaticism!"
That little fellow was feeling good, no wonder he could jump. He was fattened up. He felt good.
That's the way when a man really gets his spiritual vitamins. The house of God, come there, and his soul fed on the Word of God, where he knows where he's standing. All of his old superstitions fly away. And the devil worship and everything else, it just scatters away, when you see that Jesus Christ died in my stead, and took my place there at Calvary. Pure, Divine love comes there. It makes me misbehave myself to the world once in a while. I just feel real good about it, because I just get stuffed up on vitamins, that's what, these good old vitamins Here.
36 Now, Paul said, when the worshipper come and bring the little... If he done wrong, he come with this little lamb. Now, the high priest looked it over, the priest did, seen there was nothing wrong with the lamb, checked him up, see if it was all right; and if it did, then he laid the little lamb down on the altar.
And here come the man that done wrong; he said, "Now, I have been stealing. And I now know that I'm subject to death, because I have did wrong. God wouldn't want me to steal; His commandment says not. Now, I'm going to lay my hands upon this little lamb. And God's commandments here said, 'Thou shalt not steal,' and I stole. So I'm... I know I'm subject to death. Something's got to answer for my sin, 'cause I stole. And God said the day I eat thereof, that day I die. So I stole. And God said, 'You steal, you got to die for it.' So He required if I didn't want to die, I had to bring the lamb. So I lay the lamb down here; I put my hands on this little fellow's head, and him just bleating and going on. And I say, 'Lord God, I'm sorry that I stole. I confess and promise You I won't steal any more if You'll just accept me now. And for my sacrifice, and for my death, this little lamb's going to die in my place.'"
Then they take the big hook, and put it under his little throat, and cut it like that, hold him up like this, and the little fellow bleating, bleating, the wool flying, all bloody like that, and his poor little mouth, and him bleating, bleating, bleating. And first thing you know, his blood all bathes out and he bows his little head. That's all of it.
Then, the man, it's wrote down here on a record, is put over in the side of the ark, like this, that that man made a confession. If he does it the second time in one year, he has to die anyhow; he has to die with the lamb.
37 Now, that was the Old Testament. He went right back out of there, soon as he made his confession, went right back out. And maybe he commit adultery. Maybe he done something wrong, long on that...?... When he went back out of there... Maybe he killed a man. May... When he went back out... Anyhow, he went with the same thing in his heart, that he did when he come in. There's no change in him; only he'd by the law, letter of the law, answered the requirement. Now, that couldn't make--couldn't change his heart. The only thing he knowed was wrong, 'cause he read it on the law, and the lamb died in his place. Now, when Jesus came (See?), the Blood of Christ... See, what kind of a blood was that that bled? Animal's blood. Animal life, for a human life, it just can't take away sin: can't.
Now, when Jesus come, it wasn't only human's life, but it was God's own Life, Himself. That's what was in His Blood.
38 Now, we see that we do wrong, "Oh, I have did wrong. I've sinned. I've--I've lived wrong. I've done wrong." Now, I come to the altar. By faith I see the Sacrifice; I lay my hands upon Jesus' head. I say, "Dear God, I know that my... I'm a sinner, and wages of sin is death. And if I do wrong, I've got to die. And if I die, I can't come in Your Presence, I'll be punished in torment forever and ever. So I'm wrong, Father. And I want to be right, and I don't want to die like this." So I lay my hands upon His head, and His life was taken for my life. But the thing of it is, when I go away from the altar, I go away with a changed heart. See?
39 The first man went away under the law, under animal's blood; it couldn't change his heart, 'cause a animal life won't compare with human life. The animal can't give the human blood. See? The animal can't do it, 'cause his life is a different life. And an animal has a life, but not a soul. An animal is a living being but not a soul. But God put soul on man. So then, my soul... What is the soul? The nature of the spirit.
And when the soul of Christ was left--not left in hell, but was taken up, through the Blood, shedding of His Blood, when God taken Him to Calvary, it mingled His Blood out there on the cross; and when He stood there waving His head back and forth, the crowns around His head, like this, with thorns, the Blood running down in His face, dripping off of His locks on His shoulders, crying in an unknown tongue, "My God, My God, why has Thou forsaken Me?" there's the Lamb. That's the One. That's the innocent One that died, that me, the unworthy one, could be made right, that I might have a right to Life. That's the unworthy. I... we're...?...
40 You're the unworthy one that that Lamb died for. Now, you come up here and lay your hands upon Him (See?), and make your confession, and God answers you back with the Holy Spirit, as a confirmation that He has received you.
... by one sacrifice,... (Here it is.)... by one sacrifice he has perfected for ever...
There you are. For the worshipper coming every year was a continual, about every year, went back; and he had to come the next year, the same desire in his heart. But when He made one Sacrifice, by Himself, every sin, every desire of sin, and everything was taken from the man's heart. And he stands perfected in the sight of God, not by what he done, but what Jesus done for him. And he accepted the Sacrifice of the Lord Jesus Christ. Oh, what a marvelous thingfriend. [Hebrews 10:1]
41 Now, "Having therefore..." Now, the 19th verse. We got about twenty minutes; let's put it all into the Scriptures now. Now, the 19th verse.
Having therefore, brethren, boldness to enter into the holiest by the blood of Jesus...
[Hebrews 10:19]
Listen, here it is, Now, enter into the holiest place... There's a holy place, then the holiest place. Holy of holies it's called. The high priest went in once a year. And when he did, the first thing he had to do was to be sprinkled, himself. The ark was back behind the curtain.
And the high priest had to be anointed with the perfume made from the rose of Sharon. No other perfume would do. Do you know Jesus was called the Rose of Sharon? What is a rose? Where does perfume come from? From the rose. Where does...
Jesus was called the Lily of the valley. Is that right? Anybody knows where opium comes from? From a lily. The opium is brought from the lily. And what's the opium to do? Opium eases pain. When people are sick and suffering so tremendously, they're going out of their head, insane, they give them a shot of opium, and that settles it. They quieten. That's in the natural.
42 Jesus, in the spiritual, is the Lily of the valley. And when you get to such a place you can't stand yourself no more, and life means nothing to you, God's got a shot of opium for you from the Lily of the valley that eases all your troubles, all of them is gone away. You don't have to get drunk on whiskey to ease your trouble; they come right back again. But come and get a--a drink of opium from the Lily of the valley, and they're ended forever.
Let come, let go, what may; if you live, if you die, if you're this, or that, or the other, nothing separates you from the love of God that's in Christ Jesus. Christians are not promised a flower bed of ease, but they're promised grace sufficient for every need they have. Amen.
Say, I believe I feel religious right now. Think of it. Yes, sir. 'Cause when I get weary and wonder, I look over here and see this going on, that going on, but I think, "Wait a minute. My, my." See? There is the Lily of the valley.
43 Now, what does the smell do? A smell, women put perfume on themselves for a pleasant. A man puts aftershave stuff on, sometimes, like that, that odors, foul odors would be taken away from you. When you walk into the presence of someone with body odors or with something another, perfumes is to take that odor away; so that you, in the presence of the person, that you might not be foul. It's unbearable. That's what perfumes or... Soap has odors in it. And you wash with soap, or talcum powders, or whatever, that's what they use it for.
Now, notice. Amen. I just feel good. Look. Jesus said... See, He was the Rose of Sharon, and He was offered to God as a sweet-smelling Saviour. And this... And then when we become unbearable before God, and so (excuse the expression) so stinky (See?), that our--our sins and things are so bad and so foul, then we come to Calvary and where...
44 A lily, or any flower, before perfume can be made... You take a flower, it's beautiful, a big morning lily, or a rose. The Rose of Sharon is a beautiful flower. While it's a living, it's beautiful. But to get odor out of that, to get a perfume, it has to be crushed. And they crush it and squeeze the perfume out of it.
You see, Christ, when He was here on earth, He was beautiful. He healed the sick. He raised the dead. His life was never compared. He was beautiful. But to make you like He was... When God looked down, He said, "This is My beloved Son, in Whom I'm well pleased." Said, "Your sacrifices become stink under My nose, but This is Who I'm well pleased." Now, He was well pleased.
And to make us well pleased to God, He had to become crushed on Calvary, and the sin of this world had to squeeze out the life, out of Him. And He died, bearing the sins of the world, that we might be anointed with the Rose of Sharon. He was the Lily of the Valley. "He was wounded for our transgressions," a sweet-smelling Saviour. "By His stripes you were healed," the Lily of the Valley that give us the opium to ease our sicknesses and pain. What a marvelous picture.
45 Now, the high priest, before he could go in that holiest of holy, the first thing, he had to have on a certain made garment. It couldn't be made by anyone; had to be made by holy hand. That showed that our garments...
Here it is. I... Just happened to come to me then. Brother, if you're only wearing a church garment, you better get rid of the thing; you can't go behind the holiest of holies. The garment that the high priest wore in there had to be made out of--by holy hand a selected goods (Amen.) ordained of God. There it is. So if you join church and think you're all right, you're wrong. See? It has to be a God-selected robe. And our self-righteous rags won't stand in His Presence. It takes the Holy Spirit, which is the Robe of God that dresses up the believer to go behind the holiest of holy. Oh, that's good. I like that. That was a new one. Never swallowed one like that before, but that's it, just that kind, that's the real vitamin. See? It takes the--the Holy Spirit.
46 Look in the parable of... Went to the wedding supper, and everybody at the wedding supper had to have on a certain garment. And he met a man there who didn't have on that kind of garment. And he said, "Friend, what are you doing here? How'd you get in?" Now see, if you know the parable. In the orients over there in the eastern country, when they make a wedding (till yet today), the bridegroom has to invite ever who he will.
And God can... "No man can come to God, or come to Christ, except God calls him first." See, it's election of God. Now, watch close.
47 And then the bridegroom, if he's giving the invitation, he has to furnish the robes. And no man... Because he invites poor; he invites rich. But to make every man look the same, he has to have the same kind of robe on, the poor does, that the rich has. You get it?
Now, when God gives a poor man the Holy Ghost, it's the same Holy Ghost He gives the rich man. See, they all have to be the same, that when they come in the Presence of God, no one can say, "I'm dressed better," because it's the same Blood, and the same grace, the same Holy Ghost making you act the same way. The rich and poor has to come alike. That's exactly the parable. Notice.
And then when they come with their invitation, they... The robes was given out at the door. The man stood there; he showed his invitation, that he come and he presents it. They do it in India right now. And so, they're coming into the wedding. The porter's standing there at the door, the house man, and you give your invitation. "Yes, sir." They'll reach back here, get a robe, just a robe, and put it on him. He walks in. That shows that he has officially been invited; he's officially been accepted, and now he's a member. Amen. There you are.
48 Now, God the Father, the Holy Spirit, goes out and gives you an invitation to the Wedding Supper. See? Now, it's up to the Bridegroom, then, to furnish the robes. And He did by His own Life, giving out the Holy Ghost. And you come to the door (Amen.) with your invitation. Jesus said, "I am the Door to the sheepfold." And when you come through Jesus' Name, you receive the baptism of the Holy Ghost (Is that right?), receive the Holy Spirit, then you enter in and you become a member, a member of the family of God: A member.
You say, "A member?" Sure. "Will I become a servant?" No, you don't. You become a member. You're not servants. You're sons and daughters. We are now sons and daughters of God, a member of God's family. My, oh, my. I might live in a shack, but I'm of Royal Blood. There you are, a member of the household of God. That's Scripture. That's what the Scripture says. "What manner of love the Father has bestowed on us (See?), that we should be called the sons of God." Oh, my. There they are, the membership.
49 Now, the high priest, being anointed, going in, he had to take the blood of an animal with him or he would die.
And another thing, about his garment. Did you know, at the end of that garment, did you ever know what was on the end of it? He had something on the end of it. And every... It was a little thing hanged down at the end of the border of his garment, and it was a pomegranate and a bell, and a pomegranate and a bell.
And he had to walk a certain way when he went in. He couldn't make hisself just any way. He had to walk a certain way. For every time he made a step, them bells had to play, bumping against the pomegranates, "Holy, holy, holy unto the Lord." Then the Lord heard him on the approach. Amen. Hallelujah.
There it is. God hears you if you're coming God's provided way on your approach, for you're coming, crying from your heart, "Holy, holy, holy, Lord God Almighty." There you're entering though, when you come seeking for the Holy Spirit. See? "Holy, holy, holy, Lord God Almighty."
50 And then, the congregation, the only way they knowed... Now, if you went in there not dressed exactly that way, he'd a died in the--in the door. He never come out no more. He died in there, if he didn't go in dressed and anointed to go in. Now, the only way the congregation knowed whether he was right or not... Oh, my. The only way the waiting congregation knowed whether the high priest was right or not, they heard the noise of them bells. There was a noise in there, and that's the way they knowed whether he was right or not.
I wonder if that same thing works today. If you go by a church, and everything is just dead and still, I don't know. But he makes a noise, you know; he lets the people know that God's still on the throne, God answers prayer, people still have the Holy Spirit, shouting the praises of God, glorifying God, making a lot of noise. The congregation say, "Well, He must be around here. This is a live place." When we go into the holiest of holies and claim to be Christians, there's got to be some noise made. And I don't mean some--a lot of nonsense. I mean some real, true noise. That's right. Now, watch here.
Having therefore, brethren, boldness to enter into the holiest by the blood of Jesus,
By a new and living way,... (not the old law)... when he has reconciled for the... through the veil, that is to say, his flesh;
And having an high priest over the house of God;
Let us draw nigh with a true heart and with full assurance of faith, having our hearts sprinkled from... evil conscience, and our bodies washed with pure water.
Let us hold fast the profession of our faith without wavering; (for he is faithful that has promised.)
[Hebrews 10:19-23]
51 That just takes it all out. Oh, my. I like this, but I guess we have to close. But when we walk up before God, let's not go, saying, "Well now, I just wonder if everything's all right. I--I..." Are you a Christian? "Well, I--I hope I am." That's no way to come.
Brother, believe the story. Accept it and be born again. Then walk up with pure faith, knowing this, that God has promised and God can't lie. "God promised me Eternal Life if I believed on His Son, Jesus Christ. I believed it; and He give me Eternal Life."
52 I made many mistakes, still make them, will always make them. But when I make them, the Holy Spirit tells me that's wrong. Then I repent right there, "Lord, forgive me. Didn't mean to do it. You help me now." And I walk right on, the same thing. 'Cause, just no sooner than it goes from my lips, "If we confess our sins, He's just to forgive them." Is that right? Hallelujah.
The devil say, "You know what? I'll tell you. You was supposed to go do a certain thing. You didn't do it. Uh-huh, you sinned, didn't you?"
I say, "I confessed it."
"Well, I tell you..."
"No, don't talk to me. No, sir. I have perfect faith in He Who told me. If I confess my wrongs, He'd forgive me. So I confessed it. Just go on away from me. I don't care nothing about you anyhow, so just keep moving on."
Walk boldly right on into it. If death lays there, that's all right; move right on into it with a perfect faith that God has promised that He'd raise you up at the last days. Yes, sir.
53 As I was telling you; don't know whether I told you or not... Here a few days ago, 'fore I went overseas, I was standing, and, Gene, I was almost doing like you said. I was trying to comb, what, a hair that I had left. The wife looked at me. She said, "Honey. Hm." She said, "You better wear one of them hair pieces they give you out there in California."
I said, "Honey, I like them real well, but I'm just ashamed to."
She said, "My, Bill, you sure taking your... Your hair's really gone, hasn't it?"
I said, "Yeah, that's right." But I said, "Oh, hallelujah."
She said, "What's you saying 'hallelujah' for?"
I said, "I never lost a one of them."
She said, "You never lost a one?"
I said, "No." I said, "See, honey, I'm getting old." I said, "I'm on forty-five years old." I said, "I'm an old man." Said, "I ain't... My," I said, "I'm getting old. I... Don't make any difference to me whether I'm bald-headed or what. Doesn't matter to me, as long as I don't go take--take bad colds so easy, and..."
And she said, "Well..." I said... But she said, "Well, where you..." Said, "But you said your hairs wasn't gone."
I said, "They're not." Why, I said, "Jesus said, 'There won't be one hair of your head perish."' See, see?
She said, "Do you mean...? Well..."
I said, "Honey, in the resurrection, when I come forth, to a young man like I was when we got married, straight shoulder, not a wrinkle, black wavy hair," I said, "that's the way I'll look again." Yes, sir. I said, "I'll never lose one of them then."
She said, "Well, well, where they at?"
I said, "I'll ask you something, and then, if you answer me, I'll answer you."
She said, "What?"
I say, "Where was they before I got them?"
She said, "Well, I guess God had..."
I said, "That's where He's got them too." I said, "They're still there. Every vitamin that was in them, every cell of life that was in them, every atom that was in them, every bit of petroleum that was in them, every bit of light it took to make them, God had it in His hands. And not one of them's perished. They're every one somewhere in the hands of God."
54 I look, my eyes are drooping down, baggy underneath, big wrinkles in my forehead. And sometimes I have to almost squint to look at my Bible. And the doctor told me I had perfect sight, 20/20, but said, "After you get pass forty years old, your eyeballs get flat, and you can't read too close to you."
I said, "Yes, sir, I know that."
He said, "You keep pushing your Bible out, and Bible out." Said, "After while you have it way out here?"
I said, "I'll just get bigger letters, or something like that."
He said, "Well, it's just a nature."
"I look off out there, and I can see a hair laying on the end of the plate."
He said, "Well, you're forty years old, sir." He said, "Your--your eyeballs just actually... Just like your hair gets gray, and so forth," said, "you just have to have it."
Said, "Uh-huh."
55 I looked at all this. And I notice my shoulder, and stand stoop-shouldered. I used to be kind of young athletical. I'm getting fat now. I got forty pounds extra weight. And I had flat feet to begin with, and now it's hard to walk around. Aches and pains coming, well, I'm getting old, that's all.
I don't need all this here glamor that I used to have, but I haven't lost any of it. Every meter that was in them skin that made me young, God's still got them. That's right.
And this old hull just pulling along, that's all. After while, it'll get old and wrinkled up, and perhaps like the rest of the Harvey's do, on my mother's side... Which, they said I look like a Harvey. All of them get the palsy. You all remember grandpa, the one that built the church here, you know. He's always shaking, going like that (See?), and got the palsy.
I noticed poor old mom the other day. Hope she ain't here, but... Oh, I don't know whether... Well anyhow, she started to take up a cup of coffee, and poor old thing just like that, and her old hands like that. And I looked at the wrinkles hanging out. I thought, "Oh, mercy." I might as well say it. She's setting there. See? So I am not... She can take it. But... And look... My heart just almost jumped up in my mouth. I turned my head. I thought, "God, how many times that stroked tears out of my eyes, and now she's got the palsy, shaking." I thought, "Yeah, I'll come too someday like that, if I live."
56 But, brother, one of these days, I'll just... The old wheels of mortal life will all stand still. When it does, I'm going over on Zion's hill to live awhile over There. Yes, sir. All these old mortal things. Oh, remember, he said:
There waits for me a glad tomorrow,
Where gates of pearl swing open wide,
And when I cross this vale of sorrow,
I will camp upon the other side.
Someday beyond the reach of mortal kin,
Someday, God only knows just where and when,
The wheels of mortal life will all stand still
Then I shall go to dwell on Zion's hill.

Swing low, sweet chariot,
Coming for to carry me Home;
Swing low, sweet chariot,
Coming for to carry me Home.
57 That's right. The mists will begin to flow before my face; perhaps the doctor run in and say, "Well, Billy, she's all over." Oh, my. I know that old black chamber's setting yonder, and a heart beating going right into it. I don't want to go like a coward. I want to wrap myself in the robes of His righteousness, knowing this, that I know Him in the power of His resurrection. And someday when He calls, I'll come out from among the dead and live again forever.
To know Christ is to know Life. That's right. And I don't care, I might not know my abc's, but I want to know Christ. That's right. I might not know all the theology, but I want to know Christ. I might not know about the President, and whether he's a good man or a bad, but I want to know Christ. That's right. To know Christ is Life. That's right. To know the President and to know this other is prestige, and knowing celebrity and stuff. But I don't care about that. I want to know Christ in the power of His resurrection, knowing that we have, this night, a High Priest setting at the right hand of God in His majesty there, making intercessions. Then I want to hold fast that profession.
58 [Blank.spot.on.tape--Ed.]... 'fore them fourteen different religions, of snake-worshippers and cow-worshippers, and everything. I said, "Gentlemen of the religions of this world, what can your religion produce towards this poor blind man standing here?" There he was, looked at the sun for twenty years. He's total blind. I said, "What can your religion do for this man?" Nothing in the world but offer him some kind of a mythical something out yonder that says, "Maybe someday Mohammed have mercy on him and save his soul. Maybe," that you think, "if he will still looking at the sun, and on and on, and keep his head that way, when he dies he will be saved."
I said, "He can't offer nothing. But the Blood of Jesus Christ, (Hallelujah.) can not only offer him Eternal Life, but can prove it right here in your presence, can give him back that sight that he once had back yonder." I said, "If he will do that, will you gentlemens of the religion of this world..." When, nearly hundreds of thousands of people that had been hearing that and had gathered in there... 'Course I couldn't get to that many to hear, 'cause you couldn't see that many." But I said, "Will you accept Jesus Christ if He will do it?" They raised up their hands, them black hands in the air, they would do it. I said, "Bring the gentleman here."
When he walked up there, I said, "Sir, you are blind. And if Jesus Christ will restore your sight, will you promise you'll serve Him?"
And he said, "I'll love Jesus Christ, and worship no other God but Him. If He will give me my sight back, I'll know that He raised from the dead."
I put my hands upon him. I said, "Dear God, as mortal hands, a working man, a sinful person; but if You're looking for holy hands, who'd have them? But I'm coming in a act of faith, that You told me to do it. And I'm coming, not to be smart or to make a boast, but I'm coming because You said they should do it. And I believe Your Word. And now, while thousands are here, just standing at the edge, and they're worshipping idols and everything else, let it be known tonight that You're the true and living God that raised up Jesus Christ from the dead, by giving this man his sight."
And the man, tears running down his cheek, he said, "I see." And down through the building he went as hard as he could go, with his sight. Oh, my.
That's amazing grace! how sweet the sound,
That saved a wretch like me!
I once was lost, (out yonder, horse racing and everything else, on Sunday);
I once was lost, but now I'm found,
I was blind, but now I see.
59 Look, brother, it's this good, old fashion Holy Ghost religion.
It's grace that taught my heart to fear,
It's grace my fears relieved;
How precious did that grace appear
The hour I first believed. (Yes sir. Oh, my.)
When we've been there ten thousand years
Bright shining as the sun;
We'll have no less days to sing His praise
Than when we first begun. (Oh, my.)
Through many dangers, toils and snares,
I have already come;
It's grace that taught me... or brought me, safe thus far,
It's grace that'll carry me on.
60 Oh, my. How I love Him. It's His grace, nothing I could do. Nothing I could do, nothing you can do, but we, coming tonight as Christian men and women, confessing that we're unworthy, and accepting Him as our--in our stead, accepting that One, that I know just as sure as God accepted Him and raised Him up, He raised me in a figurary form the same time He raised Christ. Amen. Oh, I got to stop. But look. In a figuretary form, He raised me the same time He raised Christ. He raised you the same time He raised Christ, for that was for our justification.
Look, if you're saved, you've got It. "Those who He has ordained, or called, He has justified. Those who He has justified, He hath already glorified in Christ Jesus." That right? He has glorified already in Christ, by the eyes of God, Who way back yonder, a millions of years before there was a world when the Word was with God. It was God's thought, then His Word, then it materialized out yonder. And just at the same time that He accepted Christ, He accepted me in Christ. And yonder in the world to come, with you and I and all Christians through all ages, will love Him and live with Him, and enjoy endless Eternity with our Lord Jesus Christ, our blessed Redeemer.
61 Oh, my. Brother Roberson, that makes me feel like a different person. See? Doesn't old fashion, just reading the Word of God, just scour you out? See, just scours you out.
Like mom used to do in fruit-jar time. Have to can the fruit jars, you know, put them full of preserves and things. She'd make me go out there and scrub them just as hard as I could scrub them with an old rag: had a little hand, get down there and scrub them. And then she'd take them and sterilize them, put them in boiling water and sterilize them, just boil it as hard as she could, them jars. I could never see why she boiled them. But she wanted to take all the germs out of them. 'Cause if there was germs in there, would make the preserves, or the stuff she put in it, sour.
So that's what we need to do when we come to Christ. Get down there until the Holy Ghost has sterilized us and boiled us all out, then God can put the Holy Ghost in there without any souring process. You see? He just puts It in there, and you're just sweet all the time.
62 And mom used to cook preserves. Did you ever see one of them big old kettles? You get outside and set it up on the bricks, you know, and have to put wood under it like that. Umm. I have. At preserve cooking time, had them little, old, yellow, gourd tomatoes. And she'd pour about a bushel of them in there, and put sugar. Um. And--and she would make me cut wood, you know. And--and I'd go cut wood and put it under there, you know, and it'd--it'd start boiling. The steam would coming up. I said, "Mom, ain't them things done?"
She said, "Nope. Go cut another fence rail."
Here I'd come in, you know, and sweat poured off of me and put it under there. And I'd say, "Mom, you think that'd be enough?"
"You better get another one."
And she'd make them things boil till they'd, you know, the--the oxygen or something would get under it, and make them pop, you know, "paw, paw," like that, pop up. When they was that way, she said they was ready to can. They got so hot, they couldn't stand it any more, and had to jump. See?
So I guess that's just the way God has to get us, you know, just boil all the devil out of you till you're jumping in glory. Then you're ready for canning. And God sealed you up then, you know. So that's what we need here, is a good old fashion meeting till al-all of the enmity, everything that's unlike Christ, gets all boiled out (See?), just boiled out till you just come, "Oooh, Lord, I'm sorry. Brother, forgive me. I didn't mean to do that. I--I won't do it no more. O God, be merciful to me." That, you're getting ready to can then. You see? God's getting ready to really use you. When you take them things back you stole, you know, and make that right, saying, "Brother, I didn't mean to steal that, you know. No, sir. I--I'm willing to even... I--I'll pay you double for it." See? Then you're getting all right then, you know. That's right. There's what we need. Oh, my.
63 I sing The Old-time Religion for you, if you want me to. Sing the verse, I'll sing the verse. You sing the chorus then.
Tis the old-time Holy Spirit,
And the devil won't go near It,
That's the reason people fear It;
But It's good enough for me.
Give me that old-time religion,
Give me that old-time religion,
Give me that old-time religion,
And It's good enough for me.
It will do when I am dying;
It will make you stop your lying;
It will start the devil flying;
And It's good enough for me.
Give me that old-time religion,
Give me that old-time religion,
Give me that old-time religion,
And It's good enough for me. (See?)
It's so good I want no other,
For It makes me love my brother;
And It brings things from under cover,
And It's good enough for me.
Give me that old-time religion,
Give that old-time religion,
Give me that old-time religion,
And It's good enough for me.
Now, how many here's got that old-time religion? Raise up your hand say:
I got that old-time religion,
Got that old-time religion,
Got that old-time religion,
And It's good enough for me.
64 Now, Father dear, we sometimes... And we get happy and we just really act like a bunch of children. But it's because that we are free. We're not under the bondage of evil, or any traditions, or any certain things of the elders. We're just free in the Holy Spirit, that we can sing and worship You, and fellowship around the Word, and enjoy ourselves. To that, we praise Thee, Almighty God. Oh, after seeing all the chaos of formal religions, and all kinds of idol worship, and to think that You were so good to me to let me know You in the power of Your resurrection, and to be able to tell others about it, we're so happy.
Bless this little church tonight, Father. Bless every one here. If there's strangers in our gates, bless them, Father, every one. Make us a blessing to others. Keep the power of God upon us. Sanctify our souls from evil thoughts. And if evil should come our way, may we quickly turn our heads, Lord, and walk the other way.
And now, Father, we pray that You'll bless us together tonight. Give us a great time. And now, when we're going to call the sick and afflicted, we pray that You'll heal every one of them. May glory... Get glory out of all that's done or said, for we ask it in Christ's Name.
65 And while we have our heads bowed, if any of you here, would say, "Brother Bill, just in my own soul now, I--I would like to come just God's accepted way and provided way. And I would like to ask you, while nobody else is looking, I'm going to put up my hand and say, 'Brother Bill, pray for me, that God will just give me His grace and make me a better Christian.'" Would you raise up your hand? God bless you, you, you, you. That's good. All right now.
Father, You see their hands, and I pray that You'll grant these blessings. May Thy love and grace be upon them all. And if they have sinned or done anything, then Father, I pray that You forgive them. If there be any in our midst tonight, Lord, anywhere in the building, man or woman, boy or girl, that isn't just exactly saved and under the Blood, Father, I pray that You'll do it right now, and may they become believers.
66 And Thou has said, "If thou canst believe..." And we believe what? Believe that God sent His Son into this world and was made sin in our stead. And we're no good, and we confess that we're not any good, and accept Him as our Saviour. That's what we believe, Father. In that You give us Everlasting Life. Oh, we're so happy. You said You'd give It to us because we had believed on Your Son. And Jesus said Himself, that if we believed on Him, that we had Everlasting life. So we're thankful for this.
Now, bless us tonight, and forgive every sin. And may not one person that's been in this meeting tonight, ever be turned away, but may they have Everlasting life, because they have gathered here tonight and have believed on You. And, Father, I pray that You'll watch over them now, and bless them in all they do or say. And may they come to You in peace at the last days. May we all gather There, and remember this night being together. Grant it, through Jesus' Name. Amen.
67 God bless you, my dear friends. And now, Teddy will come here to the piano. And those who are to be prayed for, if you'll gather around the altar, right quick. We'll just have a few minutes longer. We'll try to be out at nine-thirty, if you come now. While I have a letter here to read, someone has sent me here. It might be important for me to read it right now. So just... And the rest of you just remain in your seats, while those to be prayed for. I know Sister Ruddell's here to be prayed for. If anyone else, why...

Up